Выдыхая наши ссоры (СИ)

- Где же наш Паша? - послышалось с коридора второго этажа и в комнату вошел Альберт. Он посмотрел на бугор под одеялом и потихоньку подошел.
Когда я был маленьким, Альберт часто со мной играл. Я точно так же бегал по дому, но чаще прятался за спину Анджелы, чем под одеялом. Это были хорошие времена. Иногда, мне хочется вернуться в детство, когда я не был таким эгоистом и собственником.
Альберт схватил Пашу и тот снова залился смехом. Вольт попросил поиграть с ними и, когда Альберт сказал, чтобы они прятались, то вышли из комнаты. Он посмотрел на меня и сел на край кровати.
- С Днем рождения, - протягивая мне конверт, сказал Альберт, - здесь от меня и от Вовы.
- Спасибо, но не стоило, - признался я, ведь правда не стоило.
- Успокойся, - он неуверенно поддался вперед и я тоже. Когда мы обнялись, я почувствовал что-то такое, чего давно не чувствовал - отцовскую поддержку и любовь.
Выдох сорок шестой
Лео
Я остановил машину напротив дома Ника. Почему он так далеко живет? Чтобы доехать до него, надо проехать слишком длинную лесополосу. Как было и обещано, я приехал на «Мазде». На улице шел небольшой снег. Постучав в дверь, я вспомнил про звонок и нажал на него. Самым главным для меня было то, чтобы не пить слишком много и не наделать разных глупостей. Да, это мой день, и я в праве отпраздновать свое совершеннолетие просто потрясающе, чтобы никогда это не забыть, но я не могу. Ввиду сложившихся обстоятельств и страшного горя в своей семье, я вообще, по идеи, не должен справлять этот день, да и желания, прям такового нет. Не знаю, в чем смысл празднования Дня рождения, обычный день в который родилось больше миллиона людей помимо тебя, вот и всё.
Уже прошло минуты три, а Ник все так же не открыл мне дверь. Чем он там занимается? Я знаю, что его отца сейчас нет дома. Терпение кончается и, достав телефон из кармана, нахожу в записной книге номер друга, однако трубку он не взял и после пятого звонка. В бешенстве направляюсь к машине и собираюсь сесть в нее, как спотыкаюсь в темноте об какую-то штуку и громко чертыхаюсь. Свечу телефоном на предмет того, что чуть не заставило меня поцеловаться с землей и вижу коробку. Поднимаю и ставлю ее на капот машины. Не спеша открываю, потому что её мрачный цвет не хило меня отталкивает. Открыв ее, вижу обычную записку, приложенную булыжником. В ней говорится, чтобы я посмотрел в окно второго этажа, поднимаю голову и, когда резко включается свет, отскакиваю в жутком крике.
Там весит чья-то голова.
Несусь к входной двери и буквально выламываю ее. Когда ручка валяется где-то в засыпанной снегом клумбе, а открытая дверь бьется от того, что ее резко толкнули об стену, залетаю внутрь и зову друга. Я не прощу себе, если с ним что-то случится и убью каждого, кто посмеет к нему притронуться, такая уж настоящая мужская дружба. Включаю свет, так как знаю, где что находится и бегу к лестнице, продолжая кричать. На первом этаже что-то падает и, когда я поднялся до середины ступенек, вижу, как что-то красное вытекает из его комнаты. Меня охватывает страх и я буквально трясусь от злости и волнения. Забегаю и не вижу ничего. Свет выключен, а когда я включил его, не было ни головы (или что эта за хрень была), ни каких-либо признаков того, что здесь кого-то убивали. Собираюсь выйти, как вижу точно такую же коробку, об которую споткнулся на улице, лежащей на столе. Подхожу к ней и с дрожащими руками открываю. Внутри лежит еще одна записка, поверх которой, лежит пластмассовое сердце. Хоть оно и не настоящее, мне, почему-то, становится очень жутко. На листке говорится, чтобы я спустился в подвал.
 
Кинув скомканную бумажку в стену, бегу к подвалу, который пристроен к гостиной, я бы назвал это кладовкой, только большого размера. Нервы уже ни к черту, поэтому я достаю ингалятор, который положила мне в карман Дина (какая же она у меня заботливая), словно знала, что я им воспользуюсь. Приступ похожий на астму уходит и, остановившись на кухне, прихожу в себя и дохожу до нужной мне двери. Открываю ее и все сразу начинают кричать какие-то поздравления. Это была самая тупая шутка из всех и они, похоже, поняли это. Увидев мое гневное лицо, все замолчали. Ника среди них не было.
- Кто за этим всем стоит? - я указал на коробку, которую зачем-то взял с собой. Наверное, в порыве сильного волнения решил прихватить с собой хоть какое-то оружие, пусть тем будет даже дурацкая коробка.
- Я, - сказал парень, который стоял по середине. Оказываюсь с ним рядом и прижимаю его к стене, хоть и очень хотелось ударить пару раз кулаком по его лицу. Он смотрит в мои глаза, словно не понимая, что именно меня вывело. Я знаю его, пару раз сталкивались в школе.
- Ты ведь понимаешь, что это была наиглупейшая шутка из всех, которые могли посетить твою кудрявую головку? - цежу я сквозь зубы. Теперь никакого волнение не осталось, лишь только злость. Чистая животная злость.
- Что за нахрен? Что с входной дверью? - говорит кто-то сбоку и, повернув голову, вижу Ника в проеме с пакетами в руках и леденцом во рту. Отпускаю паренька и смотрю на друга. Видимо, он вообще не при делах. - Какого вы забыли в кладовке? Что с тобой? - спрашивает друг, увидев мое перекошенное от злости лицо.
- Парни решили подшутить надо мной, повесив голову в твоей комнате возле окна. Ты был в курсе? - я указал на виновника моих нервов, он сделал виноватое лицо, а Ник покачал головой, давая понять, что не в курсе.
- Это была голова от манекена, - слышится с другого конца. Парней в подвале или кладовке, как правильно называть это место, было около пятнадцати и половину из них я не знал, а некоторых признавал только по лицам. - Прости, чувак, мы поняли, что это была дерьмовая шутка, просто решили сделать что-то необычное.
Злиться на них больше не было смысла. Они поняли свою ошибку и продолжать портить настроение всем сразу, очень глупо. Мы вышли на кухню после того, как Ник отчитал парня затеявшего это безумие, а затем закрыл входную дверь, сказав, что завтра с ней разберется. Все извинились еще раз триста и мы решили, что начнем все заново. Каждый начал меня поздравлять и совать коробки мне в руки. Один из парней подарил мне резиновую огромную куклу, на что все начали смеяться и я не исключение. Оказывается, Ник был в магазине, чтобы купить еду и выпивку. В гостиной уже установлен Мистер Кальян - именно так назвал его один из ребят, он гость нашего вечера и Дима (парень на класс младше меня) начал его заправлять. Когда в кухне остался я и еще один парень, он заговорил со мной.
 
- Это правда, что ты пихаешься с Романовой? - его слова меня напрягли. Я не хочу разговаривать на эту тему с тем, кого едва знаю. Мне это никак не поднимает настроение, однако ответить стоит, потому что он ничего плохого не сказал, это обычный вопрос.