Выдыхая наши ссоры (СИ)

Я была счастлива, что простила его. Эти пять дней были самыми трудными для меня. Было пусто, не хватало рук и объятий. К нам подошла бабушка и мы остановились.
- Кто же тебя так подрал, внученька? - она с удивлением смотрела на мои джинсы с дырками на коленях. Лео, отвернувшись, засмеялся. Бабушка это заметила и ударила палкой ему по ноге, а я закрыла рот ладонью.
- Упала случайно, - удалось найти мне ответ, - вот иду домой, чтобы переодеться, - она молча кивнула и пошла дальше. Нелепая ситуация.
- Черт, у нее что, палка из камня сделана? - бубнел Лео, потирая ногу.
Я прижалась к нему, и он, довольно улыбнувшись, потянулся ко мне за поцелуем. Поцелуй был легкий и невинный. Эти губы вновь принадлежат только мне. Мы забыли или, по крайней мере, попробуем забыть все ужасные слова, которые наговорили друг другу в порыве злости. Я не хотела прощать его настолько быстро, но я и не могла устоять при виде него. Из меня выходит слабый и глупый подросток. Мне нужно было время, но я не жалею от том, что простила его. Мы не были близки друг другу еще начиная с того момента, как он улетел из Лос-Анджелеса в Испанию. Я скучала и мне было мало его, чертовски мало. Вот он вам пример настоящей любви. Это не ваниль, это чувства, о которых знают немногие и поэтому их называют сладкими. Но мне плевать на мнение других, я буду говорить этот «шоколад» столько, сколько буду дышать!
Лео оторвался от моих губ и обнял меня еще крепче. Он тоже скучал. Я знаю этого человека так хорошо, что могу сказать, что он чувствует по его движениям. Мы перевязали рвущуюся сторону каната в крепкий узел, который, я надеюсь, не развяжется.
- Как там Ник? Он писал тебе? - спросила я. Лео подвел меня к лавочке и, убедившись, что она сухая, сел, потянув меня к себе на колени. Мне хотелось крикнуть, что лавочка холодная, а он болен, но в миг передумала. Он ведь сидит на пальто.
- Нет, он не появляется в сети, а телефон выключен, - ответил мне Лео грустным тоном. Нам обоим дорог этот сумасшедший, и то, что от него все также не поступает новостей, никак меня не радует. Лучше сменить больную для нас тему.
- Я хочу записаться на курсы английского, - сказала я, а он нахмурился.
- Зачем?
- Желание быть ветеринаром пропало каким-то чудным образом, хочу улететь подальше от России после окончания школы.
- Что? Но ты же всегда мечтала стать тем, кем стали твоя бабушка и мать, почему ты не хочешь это продолжить?
- Я не знаю, просто мне захотелось чего-то нового, я не хочу продолжать работу после мамы, - я сама не поняла, что только что сказала. Это сложно объяснить, просто не хочу и все.
- Ладно, но почему сразу покидать страну? Разве здесь нельзя добиться всего, чего только твоей душе угодно?
- Как бы это не звучало, пусть это и моя родина, но мне не нравится Россия.
- И куда же ты хочешь? - я поцеловала его между бровями и хмурость с его прекрасного лица ушла.
- Еще не решила, надо сначала сдать экзамены, - мне на телефон пришло эсэмэс и я поднялась с колен Лео.
 
«На моих коленях ты бы выглядела намного лучше», - пишет Алекс и я, нахмурившись, смотрю по сторонам.
- Все в порядке? - спрашивает Лео.
- Да, - удаляю сообщение, - пойдем домой, а то я что-то замерзла.
Тот берет меня за руку и ведет к выходу из парка. Смотрю по сторонам и, обернувшись, натыкаюсь на глаза Алекса. Он криво улыбается и машет мне рукой. Лео ничего не заметил.
Выдох двадцать седьмой
Дина
- Сильно больно? - спросил меня Лео, когда я села на пол и начала гладить лодыжку. Я подвернула ногу, когда делала замах ногой.
- Терпимо, - вру я, но тот без лишних вопросов берет меня на руки и несет на железный стол.
Когда он вышел, я думала, что заплачу. На самом деле это ужасно больно, но я стараюсь не показывать слабость. Хочу быть в глазах тех, кто меня знает, сильной девушкой, которая умеет выдерживать все. Это не так-то просто, когда ты видишь, как краснеет твоя нога. Лео сказал, что у него была похожая ситуация, и что врач здесь не понадобится. Все не так плохо, как может показаться на первый взгляд. Мне надо научиться терпеть боль, заглушая её другой болью. Я начала бить кулаком об стену так сильно, насколько позволялось. Со стороны это выглядит очень странно и, плюс, ни черта не помогло.
После того, как мы пришли домой и пообедали, я предложила Лео провести тренировку. Его здоровье улучшилось и пока никаких одышек не наблюдалось, что не может не порадовать. Мама сказала, что надо попить таблетки еще пару дней, чтобы все закрепить. Также мама заставила пить нас «иммунели», на что Лео смешно сморщился. Он ненавидит йогурты, что не скажешь обо мне. Я выпила три баночки за раз и он пошутил, сказав, что я резко пополнела.
- Как ты?
- Неплохо.
Лео сел около моей ноги на одно колено и подтянул мою штанину от спортивного костюма до колена. Только сейчас понимаю, что забыла побрить ноги. Ужасно! Надеюсь, он этого не заметит.
- Кое-кто забыл побрить ноги, - ухмыляется он, и я заметно краснею, парень, заметив мой румянец, начинает смеяться, и я смущаюсь еще сильнее, - не переживай, котенок, эти волоски создают образ независимой девушки и делают тебя намного сексуальнее. Кажется, этот волос, - он слегка тянет один маленький волосок, который даже не может ухватить пальцами, - намного длиннее моего.
- Лео! - не выдерживаю я и складываю руки на груди.
- Ладно, шутки шутками, а мне надо позаботиться о твоей прекрасной волосатой ножке, - он начинает массировать лодыжку и я чуть ли не таю от расслабления.
 
После того, как он намазал и забинтовал больное место, мы пошли к нему в комнату и, включив компьютер, начали выбирать место, которое посетим на весенние каникулы. Нам уже будет по восемнадцать, поэтому мы сможем передвигаться по странам, не боясь, что появятся проблемы. У нас есть выбор: посетить ближайшие страны на колесах или полететь куда-нибудь через океан. Я выбрала второе.