Дядя Фёдор, пёс и кот. Полное собрание

Услышав слово «багаж», экзотическая Нэнси взволновалась:
— Багажа? Какая багажа? Мне не нужна никакая багажа. Моя друзья — вот моя багажа! Почему мы стоять? — оживлённо спросила экзотическая гостья и заговорила быстро-пребыстро, а профессор Сёмин её переводил.
— Скорее сажайте меня на ваш русский вездеход для сельской местности. Скорее везите меня в дом, покажите мне мою уютную комнату с ванной и видом на лес и горы.
— Да у нас отродясь такой комнаты не было, — тихо сказал Шарик Матроскину. — Разве что будка моя отдельная из ящиков. Так это тётка в неё не влезет.
— Почтальон Печкин её позвал, вот пусть он её и селит где хочет, — сердито ответил Матроскин.
Они подошли к машине.
— Это что такое? — спросила Нэнси из Интернета.
— Русский вездеход тр-тр Митя, — объяснила девочка Катя, которая тоже умела говорить по-английски.
— Может, лучше подождать такси? — спросила зарубежная Нэнси.
— Лучше не ждать, — объяснил Шарик.
— Почему?
— У нас такси пустят в следующем году.
Тень печали пробежала по восторженному лицу экзотической гости. Но она села на самое удобное место на тракторе и сказала по-английски:
— Смело вперёд, к романтическим горизонтам загадочной России!
Во всём Простоквашино не было ни одной уютной комнаты с ванной и с видом на лес и горы.
Утреннюю Звезду целый час возили по большой деревне, предлагая разные комнаты и виды.
В конце концов она выбрала баню почтальона Печкина при условии, что ей туда принесут телевизор дяди Фёдора, диван профессора Сёмина, зеркало девочки Кати и поселят к ней экзотическую, невиданную в её краях птицу Кукареку.
Чтобы выполнить все её требования, всем пришлось изрядно потаскать, погрузить, поподметать и побегать по огородам за ничейным приблудным петухом.
— Что-то мне не очень нравится эта перьевая гражданка, — тихо ворчал вечером кот Матроскин, когда всё угомонилось и все стали расходиться.
— Ничего, ничего, она ещё раскроется и расцветёт лучшими красками, — уверял его почтальон Печкин. — Утренние Звёзды раскрываются с утра.
  
Глава 7
 
Романтические горизонты Простоквашино
 
Почтальон Печкин ошибался. Утренняя Звезда раскрылась только к обеду.
Сначала всё было так. Печкин и дядя Фёдор с утра пошли в школу, в соседнюю деревню в подготовительный класс. Вернее, не пошли, а поехали, потому что Печкин на своём велосипеде «Ха-кив» ехал, а дядя Фёдор сзади у него на багажнике сидел.
Хорошо ехать по зелёной, ещё не вытоптанной школьниками тропинке. Тёплое лето тебя обнимает, ласкает, а солнце целует в затылок. А уж всяких птиц там полное небо, во всех этажах. Внизу трясогузки, выше жаворонки, ещё выше ласточки и уж в самых верхних этажах — стрижи.
— Интересно, а школьникам стипендию платят? — спрашивает Печкин у дяди Фёдора.
— Платят, — отвечает дядя Фёдор.
— Чем?
— Бубликами, — говорит дядя Фёдор. — Один бублик в один день.
— А если я круглый отличник? — спрашивает Печкин. — Мне что, самый большой бублик дают? Или два бублика?
— Я такого не знаю, — говорит дядя Фёдор. — Я думаю, если ты круглый отличник, тебе самый круглый бублик дают.
Ребят в школе уже меньше собралось, кое-кого отсеяли до будущего года. Не умели они ещё рассказ по картинке делать и народные загадки отгадывать.
Учительница Татьяна Викторовна объявила:
— Ребята! Сегодня будем проверять ваше умение логически мыслить и выделять главное. Понятно?
— Понятно, — сказали ребята, хотя понятного в этих словах было мало чего.
— Сейчас я назову три предмета, и вы скажете, какие два из них можно отнести к родственным, а какой предмет лишний.
Она сказала три слова: «тапочки», «сапоги» и «лужа».
Ребята закричали:
— Лужа лишняя! Лужа.
— Потому что сапоги и тапочки — обувь. Это одинаковое.
Почтальон Печкин молчал.
— А вы, Игорь Иванович, по-другому считаете?
— Конечно.
— Что же, по-вашему, здесь лишнее?
— Тапочки.
— Почему? — удивилась учительница.
— Потому что в сапогах по лужам я всегда пройду и все письма разнесу. А в тапочках ни за что.
 
— Можно и так считать, — сказала учительница. — Как я уже заметила, у вас, ученик Печкин, нестандартный подход к жизни. Сейчас я вас персонально проверю. Я назову вам три других предмета, а вы скажете, какой предмет лишний в этом случае.
Она назвала «тарелку», «вилку» и «стол».
— Здесь нет лишних предметов, — сказал нестандартный Печкин. — Здесь, наоборот, не хватает кое-что.
— Чего же здесь не хватает? — удивилась учительница. — Каких предметов?
— По крайней мере, котлеты и хлеба, — заметил Печкин. — Про соль я уже молчу.
Ребята тоже стали добавлять:
— Хорошо бы туда компот поставить, на этот стол.
— И салфетки положить.
— И про стул мы забыли. Нельзя же есть стоя.
Татьяна Викторовна многих учеников в школу принимала, но с такими нестандартными первоклассниками первый раз встретилась. Она совсем растерялась.
Но тут в открытое окно класса всунулись перепуганные кот Матроскин и пёс Шарик.
— Дядя Фёдор, — трагическим шёпотом прошептали они, — Утренняя Звезда проснулась!
Дядя Фёдор и Печкин бегом из класса выскочили. Только догадались в окошко с улицы всунуться и сказать:
— Простите, Татьяна Викторовна, у нас караул!
Печкин вскочил на велосипед и закричал:
— Дядя Фёдор, за мной!
Но дядя Фёдор не очень торопился встречаться с Утренней Звездой. Он подумал, что почтальон Печкин сам с ней справится, ведь это его гостья.
Когда Печкин подъехал к своей бане, около Утренней Звезды собрался уже весь колхоз. Там была и девочка Катя. Она всё переводила.
Утренняя Звезда Нэнси сразу бросилась на шею Печкину со слезами:
— О! Я думала, что меня все бросили! Я уже полчаса назад как проснулась, а у меня на столе нет завтрака. Нет свежих овощей и бананов. Нет горячего шоколада. Это ужасно.
«Это действительно ужасно! — подумал Печкин. — Где же всё это брать?»
Но всё же взялся исправлять положение. Побежал домой. Вместо бананов очистил огурцы пожелтее, посыпал сахаром и положил на тарелку.
Нашёл прошлогоднюшнюю («С Новым годом!») шоколадку, расплавил её в половнике на свечке. Положил всё на поднос и бросился к Утренней Нэнси:
— Ешьте на здоровье. Мерси, пожалуйста!
Утренняя Звезда попробовала всё это и всеми своими лучами перекосилась.
Она подозвала девочку Катю и сказала:
— В самолёте я набрала несколько коробок с завтраками. Несколько дней я продержусь. Но дальше я хотела бы перейти на традиционную русскую кухню: пироги с грибами, плов, уху из рыбы, жареную курицу, медвежатину, блины, в крайнем случае, шашлык. Я не привередлива.
Когда почтальону Печкину всё это перевели, он сел на лавочку и заплакал.
  
Глава 8
 
Романтические горизонты Простоквашино расширяются
 
Когда утончённая Нэнси из Интернета одолела две коробки с самолётными завтраками, она пришла в хорошее настроение и сказала Кате, дяде Фёдору, Матроскину, Шарику и почтальону Печкину:
— Уважаемые господа! Дорогие друзья по разуму! Давайте мы все сегодня соберёмся и обменяемся мыслями на разные темы.
— На какие темы? — спросил господин Шарик.
— На самые жгучие! — ответила Нэнси.
— На самые жгучие! — обрадовался Шарик. — Давайте про охоту. У меня целых две жгучих мысли есть.
— Какие же это у тебя жгучие мысли? — поинтересовался Матроскин.
— Одна — стрелять, другая — не стрелять, — ответил Шарик. — С одной стороны, зверей жалко, а с другой — они такие вкусные.
— Охота — это не очень интересно, — возразила Нэнси. — Охота — это не зажигательно.
— Тогда, может, про пожары? — предложил почтальон Печкин. — Сейчас жара, горит много.
— Есть более важная тема, — решила Нэнси.
— Какая?
— Место Простоквашино во Вселенной.