Дядя Фёдор, пёс и кот. Полное собрание

Печкин дальше листает:
— «Зуд и чесотка… Выпадение волос и зубов…»
Шарик говорит Матроскину:
— А что, если попробовать? Если у дяди Фёдора все зубы и все волосы выпадут, я думаю, никакая девочка его не полюбит.
Кот Матроскин даже рассердился:
— Если у дяди Фёдора все зубы выпадут и все волосы вылезут, я тебя этим отваром каждый день буду поить. Будешь ты у нас всю жизнь бегать замшевый, безмеховый. Как молью поеденный. Тебе придется шубу дяди Фёдора навыворот надевать. А на голове ты у нас парик носить будешь, как Алла Пугачева… — Он остановился и на Шарика гипнотически посмотрел. — У нас задача другая: мы должны любовь расстроить, а не дядю Фёдора погубить.
Печкин долго листал свою книгу, что-то шептал, сердился, наконец нашел в своей книге то, что надо. Он нашел страницу, где все про любовь было написано:
«Как расстроить любовь между мужем и женой».
«Как расстроить любовь между матерью и дочкой».
«Как расстроить любовь между сестрами».
«Как расстроить любовь между молодым человеком и барышней».
— Читайте! — кричит кот.
Печкин начал читать:
— «Чтобы расстроить любовь между молодым человеком и барышней, надо найти большой белый перепончатый гриб — африканец. Он сверху белый, снизу — черный. Очистить его и сварить. Бросить в отвар три листика дурман-травы. Посыпать зверобоем. Замаскировать молодой картошкой и подавать к столу вместе со свежей зеленью из крапивы и пустырника».
— И что будет? — спрашивает Шарик.
— А то, что ваш дядя Фёдор сначала очумеет. А потом в себя придет и про девочку забудет.
— А нет ли там противопоказаний? — спрашивает Матроскин.
— Что это такое? — удивился Печкин.
— А то, что для одних людей лекарство — это лекарство, а у других от этого лекарства голова квадратной становится, и уши хлопать начинают.
— Нет никаких противопоказаний, — кричит Печкин. — Здесь об этом ничего не написано. Или отвораживаем вашего Фёдора от этой девочки, или я спать пошел.
Матроскин и Шарик посоветовались и решили отвораживать. Создать отвар и угостить им дядю Фёдора.
— Все, — сказал Матроскин, — завтра сенокос отменяется. Грибосбор объявляем.
— И грибовар, — добавил Шарик.
— Операция под секретным названием «Большое спасение дяди Фёдора» начинается, — сказал почтальон Печкин.
  
Глава пятая
 
Большое спасение дяди Фёдора. Начало
 
Обычно в Простоквашино у дяди Фёдора постоянно звонил телефон. Это мама и папа все время спрашивали — как здоровье у него и что ему привезти.
Дяди Фёдор всегда отвечал, что здоровье у него нормальное, привозить ничего не надо, только книжки с картинками и мороженое. И еще кости для Шарика.
И сегодня с утра (в этот операционный день) мама тоже позвонила:
— Мой мальчик, как у тебя дела?
— Дела у меня хорошо, — ответил дядя Фёдор. — Температура у меня нормальная. И вырос я на один сантиметр.
— А что ты делаешь?
— Сижу, читаю Брема. Про слонов.
— А что тебе привезти? — спросила мама.
— Книжки про американские машины и самолеты. И про флаги разных стран. И еще жевательной резинки несколько пачек. Она для зубов полезна.
Тут в разговор папа вмешался:
— А где Шарик с Матроскиным? Что-то я не слышу, как Шарик на Матроскина воспитательно рычит. А Матроскин его дружественно из дома выталкивает.
— Они за грибами пошли, — говорит дядя Фёдор. — Еще с утра сегодня.
— А что, уже грибы появились? — говорит папа. — Тогда я к вам завтра же с утра приеду. Я страсть как люблю грибы собирать.
— А что Матроскину в подарок привезти? — спрашивает мама. — Я ему нарядный передник вышила.
— Передник он и сам вышить может, — ответил дядя Фёдор. — Ты ему что-нибудь про бизнес и про культуру торговли привези.
— А чем тр-тр Митю порадовать? — кричит папа.
— Ничем. Мы его и так каждый день творогом радуем, — говорит дядя Фёдор. — Молоко в радиатор заливаем. Он у нас скоро сливочным маслом плеваться начнет.
Они еще долго разговаривали.
А Матроскин, Печкин и Шарик в это время уже два часа как по лесу ходили, с комарами сражались.
 
На комаров в этом году был большой урожай. Такие комары летали, что их можно было палкой сбивать, в корзину собирать и кур ими откармливать. Когда на Печкина восемь комаров село, он упал.
Наши друзья от комаров специальной мазью спасались, повышенной вонючести, и белыми халатами. Комары, как известно, всего белого боятся. Я, например, никогда не видел комара в холодильнике.
Самое трудное было найти этот коварный гриб африканец. Потому что время для грибов еще не очень подошло. То есть нет, извините. Время уже подошло, но только для плохих грибов — для поганок, мухоморов, дедушкиных табаков. И всяких там африканцев. Просто нашим «спасителям» не везло.
Печкин, кот Матроскин и Шарик с корзинками весь лес обыскали. Наконец Матроскин закричал:
— Вот он!
И точно, под трухлявым пеньком стоял молоденький белый гриб. Ровненький, аккуратненький. Вымытый, как столик в кафе. А снизу он был весь черный. Видно, его снизу редко промывали. И запах у него был какой-то тухлятенький.
Почтальон Печкин свою колдовательную книгу из-за пазухи достал, тряпицу развернул, посмотрел на картинку, понюхал её и сказал:
— Точно. Пошли домой целебную картошку с грибами делать.
— А все остальное? — спросил Матроскин.
— Все остальное у меня есть.
— Послушайте, — спросил Шарик, — как же мы дядю Фёдора этой отвораживающей гадостью накормим? Принесем ему в тарелочке и скажем: «Дядя Фёдор, поешь этой тухлятинки перед сном».
Кот Матроскин задумался.
— А мы скажем, что у нашего Печкина день рождения. И что он свою любимую еду для гостей приготовил. Дяде Фёдору и отказаться будет неудобно.
— Он мне еще и подарок принесет, — гордо сказал Печкин.
— Этот подарок не будет считаться, — проворчал Матроскин. — Мы его обратно унесем.
«Как же! — про себя подумал Печкин. — Я вам тоже гриба попробовать дам, вы про подарок и забудете». И пошли наши заговорщики к Печкину спасательный отвар готовить в виде грибов с картошкой.
Тут почтальон Печкин свою печку затопил и стал всякие травы доставать сопроводительные: дурман-траву, зверобой, крапиву и картошку молодую.
Матроскин говорит:
— Вообще-то, хорошо бы это отворотное средство испытать на ком-нибудь. Проверить его действие, прежде чем дяде Фёдору давать.
— А на ком? — спрашивает наивный Шарик.
Матроскин так, глядя в потолок, отвечает:
— Обычно всякие медицинские лекарства прежде, чем людям давать, сначала на собаках проверяют.
— Чего? — кричит пес. — А на кошках не проверяют?
— А на кошках не проверяют, — говорит Матроскин.
— А почему?
— Потому что кошки царапаются.
— И ничего подобного, — кричит Шарик. — Не потому, что они царапаются, а потому, что кошка — это не существо, а так, одна шкурка! А собака — друг человека. Собаку ничем не заменишь.
— А кошку чем заменишь? — спрашивает Матроскин.
— Мышеловкой, — отвечает Шарик. — Вот чем!
— Да?! — кричит Матроскин. — И собаку запросто заменить можно.
— Это чем? — спрашивает Шарик.
— А тем, — говорит Матроскин. — Замок в дверь поставить. А в собачью будку радиогавкалку запихнуть.
— Вот что, друзья животные, прекратите ссориться. Мы должны работать дружно, в сговоре, — говорит Печкин.
— И потом, от кого ты меня отворачивать собираешься? Не от себя ли? Я и так на тебя смотреть не хочу, все время отворачиваюсь.
— Ладно, ладно, — успокоил его Матроскин. — Я думаю, это средство не надо проверять. Оно, наверное, уже веками проверено, раз оно в колдовскую книгу попало.
На этом они сошлись и решили испытания не проводить.
А дядя Фёдор ничего не знал, сколько заботы о нем проявляется. Он себе спокойно в гостях у профессора Сёмина чай пил.
Профессор Сёмин его о личной жизни спрашивал: