Дядя Фёдор, пёс и кот. Полное собрание

— Ладно, — говорит дядя Фёдор, — учи его этим словам. Любое учение в жизни пригодится.
Потом всей семьёй ходили гулять. А когда с прогулки пришли, папа взял самую лучшую фотографию тёти Тамары, наклеил её на лист бумаги и квадратными буквами написал:
 
КАНДИДАТ В ГОРОДСКУЮ ДУМУ
 
Т. С. ЛОМОВАЯ-БАМБИНО.
 
Мама была потрясена:
— Мою сестру Тамарочку выдвинули! Когда же это случилось? Было собрание избирателей? Где?
— Было, — ответил папа. — У нас в погребе. Собиралась инициативная группа.
Он стал дальше писать:
— «Она — военная пенсионерка. Закончила службу в армии в звании полковника. Строга и выдержанна». Правильно?
Все согласились, что это правильно. Папа продолжал:
— «Имеет колоссальный опыт хозяйственной работы. Уверена в себе».
— Как танк! — сказал дядя Фёдор.
Папа дописал:
«Уверена в себе как танк. В Думе будет представлять интересы сельских жителей».
— И женщин, — добавила мама.
— «Сельских жителей и женщин», — добавил папа.
— Клянётся, что будет уважать собак! — вставил Шарик.
— И других домашних животных! — предложил Матроскин.
Папа подумал и дописал. Получилось так:
«Уверена в себе как танк. В Думе будет представлять интересы сельских жителей и женщин. Клянётся, что будет уважать собак и других домашних животных». Что ещё?
— Надо добавить про личную жизнь, — сказала мама. — В детстве она много читала. На танцульки не ходила. Поэтому замуж и не вышла.
— «В детстве она много читала, — добавил папа. — Поэтому не вышла замуж». Что ещё напишем?
— О правительственных наградах надо, — подсказала мама.
— А какие у неё награды?
— У неё одних значков килограмма три, — говорит Шарик. — Она ими может Хватайку с головой завалить.
Папа так и написал. А потом добавил:
— «Все на выборы тёти Тамары!»
Кажется, получилось неплохо.
— Теперь я всё сначала прочту, — сказал папа.
Он прочитал:
 
КАНДИДАТ В ГОРОДСКУЮ ДУМУ
 
Т. С. ЛОМОВАЯ-БАМБИНО.
 
Она — военная пенсионерка. Закончила службу в армии в звании полковника. Строга и выдержанна. Имеет колоссальный опыт хозяйственной работы. Уверена в себе как танк.
 
В Думе будет представлять интересы сельских жителей и женщин. Клянётся, что будет уважать собак и других домашних животных.
 
В детстве она много читала. Поэтому не вышла замуж.
 
Имеет правительственные награды.
 
У неё одних значков военных килограмма три. Можно ими с ног до головы небольшую ворону завалить.
 
ВСЕ НА ВЫБОРЫ ТЁТИ ТАМАРЫ!
 
— Теперь всё правильно? — спросил папа.
— Теперь всё правильно, — сказали все.
Папа взял ведро с клеем, которое от шариковской будки осталось, ушёл на почту и там на входную дверь эту листовку приклеил.
Через час почтальон Печкин прибежал.
— Знаете, какая новость! Нашу тётю Тамару в Городскую думу выдвинули.
— Кто выдвинул? — спрашивает папа.
— Не знаю, — отвечает Печкин. — Может, народ, а может, президент Ельцин. Только её фотография во всё лицо у нас на двери почты висит. Еле-еле двери хватило.
— И что там написано? — спрашивает папа.
— Написано, что она умная как танк. И будет защищать домашних животных. И ещё, что много в детстве читала, поэтому её никто замуж не берёт.
Умная тётя Тамара в это время в районном центре на телефонном узле выбивала телефон.
Начальник телефонного узла говорил:
— А что мы можем поделать? У нас точек не хватает.
— У вас, товарищ Фёдоров, не точек не хватает, — объясняла ему Тамара Семёновна, — у вас шариков не хватает. Вы первым делом должны пенсионеров обслуживать, а вы коммерческие ларьки обслуживаете.
«Какая противная тётка с медалями! — думал про себя товарищ Фёдоров. — Откуда она всё знает?»
А тётя Тамара оттуда всё знала, что она первым делом разведку среди старушек в очереди провела. Старушки ей всё и доложили.
Товарищ Фёдоров пробовал сопротивляться:
— А у меня главный телефонист Куценкович в отпуск ушёл. Работать некому.
Но тётя Тамара была не промах. Она всё знала:
— Это верно, главный телефонист Куценкович в отпуск ушёл. Зато запасной телефонист Косолапченко из запоя вышел. Есть кому работать. И ученик Савельев простую работу может выполнить.
 
На это товарищ Фёдоров просто глазами похлопал, но ничего сказать не мог.
— В общем, я военная пенсионерка, — объяснила ему тётя Тамара, — и с вами чикаться и чирикаться не собираюсь.
Товарищ Фёдоров не очень ясно представлял, что такое «чикаться и чирикаться», но понимал: если с ним не будут «чикаться и чирикаться», то ему будет плохо. Уж лучше бы с ним «чикались и чирикались».
— Итак, мы ждём! — сказала Тамара Семёновна.
— Сделаем всё, что в наших силах! — пообещал товарищ Фёдоров.
Тётя Тамара пожала руку товарищу Фёдорову. От её рукопожатия он присел и потом целых полчаса не мог свои пальцы расклеить.
Тихо и хорошо в Простоквашине. За окном снежинки пролетают. Поздний вечер то надвинется, то опять отойдёт, чуть-чуть за окном посветлеет.
Сидят за столом папа, мама, дядя Фёдор, Матроскин и почтальон Печкин и в лото играют.
Галчонок Хватайка им сильно мешает. То одну фишку схватит, то другую. И все за ним бегают, отнять хотят.
Вдруг раздался страшный шум — и входит в дом разгневанная тётя Тамара с дверью от почты в руках:
— Смотрите, что творится! Меня без моего ведома куда-то выдвинули! Это же катастрофа!
Она так дверью размахивала, что почтальона Печкина чуть-чуть с ног не сбила.
Тут Печкин возмутился:
— Что вас куда-то выдвинули без ведома — это пустяки. А то, что почта без двери осталась, — это по-настоящему ужасно! Там одних конвертов рубля на четыре лежит. А клей канцелярский!
А скрепки!
Он дверь у тёти Тамары выхватил и упал с ней.
А когда он упал, все увидели, что с другой стороны двери другой кандидат наклеен:
 
ГОСПОДИН ТОЛСТОВ А. С.
 
Он — президент объединения «МННГ» («Мыло — Нефть — Нафталин — Гуталин»). Образование высшее техническое, правительственных наград не имеет.
 
Все сначала прочитали про нефтегуталинного кандидата, потом подняли почтальона Печкина, и он с Ивановым-оглы пошёл дверь на место ставить.
Мама с папой стали тётю Тамару успокаивать.
— И чего ты переживаешь, — говорит мама. — Ну выдвинули тебя. Это же хорошо. Значит, люди в тебя верят.
— Да, — говорит тётя Тамара, — и почему они пишут, что я много читала, а потому не вышла замуж. Я не потому не вышла замуж, что много читала, а потому, что мужчины совсем измельчали.
— Так чего же ты удивляешься, — объясняет папа, — что тебя в Думу выдвинули. Неужели этих мелких мужичков выдвигать? На тебя вся надежда.
После таких слов тётя Тамара успокоилась и даже развеселилась немного:
— А что? Я им всем в Думе покажу! Пожалуй, я в городе наведу порядок.
«Вот и хорошо, — подумал про себя Матроскин. — Пусть там всем показывает.
А мы здесь немного отдохнём от её показательных выступлений».
Иванов-оглы и Печкин шли и дверь тяжёлую несли. На улице ещё немного стемнело. Совсем немного. Но от этого так темно стало, что, если дороги не знать, можно совсем в другую сторону уйти, например в лес.
Снежный дождик накрапывал. Капли дождя на тётю Тамару падали.
Тогда они дверь перевернули тётей Тамарой вниз. Пусть тётя Тамара сохнет. Пусть Толстов А. С. промокает.
Иванов-оглы-Писемский опять истории рассказывал про военную жизнь:
— Как сейчас помню: зима, метели, мороз. Местами на дорогах гололёд. И вдруг телеграмма приходит: «Смотр на плацу провести, новичков начальству показать. Как они маршировать научились». Интересно?
— Захватывающе, — отвечает Печкин.
— Только как их показать, когда гололёд в городе? А на плацу особенно. Шаг шагнёшь и катишься, — говорит Иванов.
— Надо плац песком посыпать, — предложил Печкин.