Дядя Фёдор, пёс и кот. Полное собрание

И папа согласился. Он тоже не любил нежностей. И мама согласилась. Она любила нежности. Но она к Шарику не привыкла.
И Шарик уехал. А дядя Фёдор спал. И снилось ему только хорошее.
  
Каникулы в Простоквашино
 
В Протоквашино была зима. Папа, мама и дядя Фёдор жили в городе.
Дядя Фёдор в школу ходил. А Шарик и Матроскин в деревне жили.
Дымки чуть вьются над деревней. Снега нападало как в старину. А дом дяди Фёдора почему-то поделен белой линией пополам. Посредине дома ходит кот Матроскин и ворчит:
— Безобразие! На дворе социализм построили, а у нас одна пара валенок на всех, как при гнилом царизме.
— А почему так получилось? — спрашивает почтальон Печкин. — У вас средств нету? Денег у вас не хватает?
— Средства у нас есть, — отвечает кот. — У нас ума не хватает. Говорил я ему: «Купи себе валенки». А он кеды купил. Тоже мне чемпион сельской местности. Лучше бы он альпинизмом занялся.
— Почему альпинизмом? — спрашивает Печкин.
— Там несчастных случаев больше. Тьфу! Балбес он!
— А вы скажите ему об этом. Раскройте ему глаза.
— Не могу. Мы два дня не разговариваем.
Печкин сразу нашел выход:
— Вы ему письмо напишите. Я вам даже открытку дам. Вам простую или поздравительную? У меня только поздравительные.
Взял Матроскин поздравительную открытку с цветочками и стал писать: «Шарик, ты — балбес».
— Неправильно это, — говорит Печкин. — Если бланк поздравительный, сначала поздравить надо.
Тогда кот дописал: «Поздравляю тебя, Шарик, ты — балбес».
Шарик на печи обиделся и говорит Печкину:
— Я в него сейчас кочергой брошу.
А Печкин говорит:
— Зачем бросать, если почта есть. Это уже бандероль получается. Сейчас мы её упакуем и коту передадим. Платите десять копеек.
Он к коту подошел и говорит:
— Вам кочергу прислали бандеролью. Хотели в вас запустить.
— Что?! — кричит Матроскин. — Да я за это в него утюгом!
— Это уже посылка получается, — говорит Печкин. — Потому что больше килограмма. Платите двадцать копеек за доставку.
Так они ползимы ссорились. А папа с мамой ничего этого не знали. Папа и дядя Фёдор старый «Запорожец» купили и чинили его прямо в комнате. И папа говорит:
— Скоро у нас Новый год. Надо в Простоквашино на каникулы собираться.
А мама говорит:
— Вы как хотите, а у меня выступление в «Голубом огоньке». Я не могу в Простоквашино.
— А после выступления — на последней электричке? — предлагает дядя Фёдор.
— Я, конечно, люблю Простоквашино, — отвечает мама, — но не до такой степени, чтобы в вечернем платье в электричках разъезжать.
— Это верно, — заметил папа. — Сейчас в Простоквашино надо вечернюю телогрейку надевать и вечерние валенки.
Тут в дверь постучали. Телеграмма пришла. Вернее, почтальон пришел. В телеграмме было написано:
 
ШАРИК С МАТРОСКИНЫМ ПОРУГАЛИСЬ. ВЕЩИ ДЕЛЯТ. СКОРО ПЕЧЬ ПИЛИТЬ НАЧНУТ. ПЕЧКИН.
 
— Ничего не понимаю, — говорит мама. — Почему они скоро печь пилить начнут?
А папа все понял и стал в Простоквашино собираться.
А в Простоквашино ссора продолжалась. Кот подзывает Печкина и говорит:
— Передайте этому типу срочную телеграмму.
— Записываю, — говорит Печкин.
Матроскин ему диктует:
 
СКОРО ДЯДЯ ФЁДОР ПРИЕДЕТ. СРОЧНО БЕРИ МОИ ВАЛЕНКИ И ИДИ В ЛЕС ЗА ЕЛКОЙ.
 
Печкин посчитал на счетах и говорит:
— Четырнадцать слов, доставка. С вас пятьдесят копеек.
Потом он к Шарику подошел и сообщает ему:
— Вам телеграмма пришла. Будете ответ писать?
— Не буду, — отвечает Шарик. — У меня денег нет.
— А вы поищите в карманах.
— Все равно не буду. У меня и карманов нет. Я ответ нарисую.
Он мелом рисует домик на печке.
— Что это? — спрашивает кот. — Что это за народное творчество?
— Это индейская национальная изба, — говорит пес. — Фигвам называется.
Тогда кот про Шарика сказал:
— Мы его на помойке нашли. Отмыли, отчистили от очистков, а он нам фигвамы рисует. Лучше бы дядя Фёдор черепаху завел в коробочке.
 
— А это потому фигвамы, — объясняет Шарик, — что мне жалко елки рубить. Они такие красивые.
— А ты не о красоте думай, — кричит кот, — а о том, что они бесплатные! Сейчас, между прочим, пятилетка экономии. Все бесплатное в цене…
И он все время ворчал:
— Он о красоте заботится. А о нас кто позаботиться — Антон Павлович Чехов?
Печкин спрашивает:
— Разрешите узнать, а кто такой будет Антон Павлович Чехов?
— Не знаю! — отвечает кот. — Только так пароход назывался, на котором моя бабушка плавала.
— Наверное, он был хороший человек, — говорит Шарик, — раз его именем пароход назвали. И он не стал бы елки рубить.
— А что бы он стал делать?
— Пошел бы в магазин и искусственную елку купил.
Тут в дверь постучали. Входит человек в маске и с искусственной елкой.
— Угадайте, кто я? — спрашивает.
— Антон Павлович Чехов, — говорит Печкин.
А это папа дяди Фёдора приехал. Все закричали: «Ура!» А кот стал лапами меловую черту стирать.
— А где дядя Фёдор?
— Он в машине сидит. Мы застряли.
И вот, как бурлаки на Волге, наши герои стали лямкой тянуть «Запорожец».
— Ездовые собаки — это я слышал… — ворчит Матроскин. — Но ездовые коты?.. Такого еще не было.
— Ничего, ничего, — говорит папа сзади. — У нас дороги такие, что и ездовые академики встречаются. Я сам видел.
Папа решил телевизор включить, чтобы «Голубой огонек» посмотреть.
— Странная у вас какая-то настроечная таблица, — говорит папа. — Кругами.
— Это у них не таблица, — объясняет Печкин. — Это у них все паутиной заросло. У них на каждой кастрюле такая таблица. Потому что они поссорились.
— Мы уже помирились, — говорит кот. — Потому что совместный труд для моей пользы облагораживает.
— Говорят, что скоро елки будут выпускать вместе с игрушками, — сообщает Печкин, вешая игрушки. — Они будут, как зонтики, открываться.
— У нас во дворе настоящая елка есть, живая! — кричит дядя Фёдор. — Давайте её наряжать.
Они на чердак бросились — там старинные вещи были, и стали ими елку во дворе наряжать.
— Какие там у вас новости в городе? — спрашивает Матроскин у мальчика.
— Никаких особых нет. Только родители еще одного ребенка решили доставать.
— Дожили… — ворчит кот. — Теперь детей, как дубленки, доставать стали. Или как черную икру.
Тут Печкин из окна высунулся:
— Ой, вашу маму по телевизору показывают. Какая радость — ей тип с большими усами розы подарил.
Папа сразу помрачнел и к окну бросился.
— Это вовсе не тип, — сказал он. — Это руководитель маминой самодеятельности.
А Печкин телевизор в окошко выставил, чтобы всем маму было видно.
Дядя Фёдор говорит:
— Ой, сейчас наша мама петь будет. А у вашего телевизора звука нет.
И точно, появляется в телевизоре мама, начинает петь, но её не слышно.
— Как жалко, что мы её не слышим, — говорит дядя Фёдор. — Она к этому выступлению полгода готовилась.
И вдруг мамин голос потихоньку становится слышен.
— Ой, — удивился Печкин, — кажется, звук включили! А вот и сама мама появилась с лыжами.
— Ничего себе, — заявил Печкин, — до чего техника дошла: вашу маму и там и тут передают.
А это не техника дошла, это мама дошла. Все бросились к ней и стали качать вместе с лыжами.
— Я же говорила, — сказала мама, — что не могу без вашего Простоквашино.
И тут часы двенадцать пробили. Пришел Новый год.
  
Дядя Фёдор, пёс и кот и политика
 
Однажды Шарик прибежал домой и к дяде Фёдору:
— Дядя Фёдор, вот ты скажи, возможен у нас на селе военный переворот?
— А почему ты меня об этом спрашиваешь?
— Потому, что все об этом говорят. Что это такое «военный переворот»?