Дядя Фёдор, пёс и кот. Полное собрание
У Печкина одна надежда остаётся на дядю Фёдора и кота Матроскина.
— Пошкурь, дядя Фёдор.
Дядя Фёдор шкурит.
— Попаси, Матроскин!
Матроскин пасёт.
— Сбегай, Шарик, на почту. Получи мою зарплату.
Шарик бежит, получает.
Но однажды дядя Фёдор сказал:
— У вас, дядя Печкин, потому ничего не получается, что вы за всё берётесь и ни одного дела до конца не доводите. Надо одним делом заниматься. Займитесь коровой и пчёлами, а с мотоциклом мы вам поможем.
— А как быть с ботиночной базой?
— Базу придётся покинуть, — сказал Матроскин. — Иначе вы всю деревню разорите. Все жильцы уже давно свои дела оставили, только вашей коровой и пчёлами занимаются.
И Печкин поплёлся на базу увольняться. И правильно, у него и на почте дел хватало.
Дядя Фёдор и Матроскин быстро ошкурили мотоцикл. И в этот же день его покрасили в правильный автомобильный цвет, в самый неаварийный, в ярко-жёлтый.
Шарик вместе с хромым Шуряйкой притащили борт почтальона Печкина, который у кривой сосны за торфяной фабрикой был установлен. И всех пчёл в новый улей вытряхнули.
И ещё дядя Фёдор домой родителям позвонил:
— Купите, пожалуйста, Печкину колокол посильнее и маячок со стрелочным искателем. А то он своей коровой всю деревню замучил.
Так что всё хорошо кончилось. И ещё в Простоквашино что-то вроде церковного звона появилось. И дачные люди говорили:
— Слышите, бом-бом! Не иначе как к заутрене звонят.
А это почтальон Печкин свою Зорьку на пастбище отправляет.
История девятая
День котов
Дело близилось к сентябрю. Грачи ещё не улетели, но намыливались. Они собирались стаями и с радостью грабили сады тружеников-дачников, освобождая их от вишни и сливы. Большой, огромной стаей мух носились по пейзажам скворцы.
Кот Матроскин вдруг ни с того ни с сего сказал:
— Так дело не пойдёт. День учителей есть. День шахтёров есть. Даже День птиц есть. А Дня котов нет. Будем это положение исправлять.
— А как? — спросил пёс Шарик.
— А так. Выберем какой-нибудь день получше и назовём его «День котов». В этот день все будут поздравлять котов и дарить им подарки.
— Пойдём советоваться к профессору Сёмину, — сказал дядя Фёдор.
— В принципе мы можем провести такое мероприятие, — сказал профессор. — Только я думаю, нас не поддержат на всероссийском уровне.
— А мне не надо, чтобы на всероссийском уровне, мне хватит и простоквашинского, — сказал Матроскин. — Ведь главные подарочники живут здесь.
— Это кто главные подарочники? — спросил Шарик.
— Как кто? — ответил Матроскин. — Ты и дядя Фёдор. И папа и мама. И профессор Сёмин.
— А почтальон Печкин? — спросил Шарик.
— Какой же он подарочник! Он — получалочник. Он пять подарков возьмёт и только один подарит.
— Я, наверное, тоже получалочник, — сказал Шарик. — Я больше люблю подарки получать, чем дарить.
— Я, наверное, подарочник, — сказал профессор Сёмин. Я больше дарить люблю. Подарочникам легче живётся. Когда я дарю человеку подарок, например будильник, я сам радуюсь, и он тоже радуется. Две радости получается.
— Мне кажется, что одна, — возразил Шарик. — Какой же человек будильнику радоваться станет. От будильника одни неприятности.
— А что будет в этот день, кроме подарков? — спросил дядя Фёдор. — Для птиц скворечники строят, а для котов что?
— В этот день для котов и кошек люди будут блюдечки с молоком выставлять на крыльцо, — сказал Матроскин. — Музыку будут передавать по радио кошачью.
— Это какая такая кошачья музыка? — спросил Шарик.
— А вот такая: МАУУУУ-УУУУУ-ЙЯЯЯЯ-УАУАУАУАУАУА!
— Жуть какая-то, — сказал Шарик.
— Это для вас жуть, — поправил его профессор Сёмин. — А если перевести с кошачьего на русский, получается: «Выхожу один я на дорогу. Сквозь туман кремнистый путь блестит». Очень даже красивая музыка.
— Ну, и какие будут наши действия? — спросил дядя Фёдор. — Получается, что это что-то вроде запасного дня рождения.
— Нет, — сказал Матроскин. — Это большое государственное дело. Масштаб другой. И отмечать этот день надо по-государственному: с музыкой, с демонстрациями. С администрацией на трибуне.
— У нас администрации в деревне всего-то двое, — сказал дядя Фёдор, — почтальон Печкин и инспектор Люськин. И всё.
— Ещё сторож Шуряйка с лесопилки, — напомнил Шарик.
— Вот пусть они и стоят на трибуне, — предложил кот.
— Кто же тогда в колоннах пойдёт с плакатами? — спросил профессор Сёмин.
— Все мы и пойдём, — сказал дядя Фёдор.
— А мне куда же? — спросил кот Матроскин.
— Ты сначала на трибуне постоишь в честь праздника, а потом в колонне пройдёшься с нами, — предложил Шарик.
Решили День котов двадцать девятого августа отмечать. И стали к этому светлому празднику готовиться. Трибуной назначили крыльцо почты почтальона Печкина.
Профессор Сёмин напечатал на компьютере большие буквы «К», «А», «Ж», «Д», и так далее. Одна буква помещалась как раз на одной странице А-4. А когда их вместе склеили, получился очень длинный лозунг. Его на всю крышу хватило:
КАЖДЫЙ КОТ — ПОДАРОК ЛЮДЯМ!
Все вышли на праздник нарядные и красивые. На крыльцо взошли представители администрации — почтальон Печкин и сторож Шуряйка с лесопилки. Вышел кот Матроскин в матросском воротнике. Но украшением трибуны был, безусловно, инспектор Люськин в парадной милицейской форме. Он пришёл на почту перевод получить. Но Печкин был занят праздником и велел ему подождать.
Они стояли и приветственно махали руками колонне демонстрантов.
А колонна демонстрантов стройными рядами шла мимо трибун, неся портрет Матроскина на палочке. В колонну входили: дядя Фёдор, профессор Сёмин и пёс Шарик с фотоаппаратом. В последнюю минуту к ним присоединилась Пелагея Капустина с граблями.
Колонна торжественно прошла мимо трибуны, выкрикивая лозунги: «Да здравствует всемирный День котов», «Привет выдающемуся коту Матроскину!», «Люськин, когда техосмотр проведёшь?»
Когда колонна прошла мимо трибун, она развернулась и пошла в обратную сторону. Кот Матроскин быстро сбежал с крыльца и влился в ряды демонстрантов.
Теперь уже он вместе со всеми шёл мимо трибун и махал своим портретом. И снова из колонн демонстрантов слышались лозунги: «Коты всех стран, соединяйтесь!», «Чем больше котов, тем больше коров!», «Люськин, когда проведёшь техосмотр?»
После этого колонна демонстрантов гордым маршем дошла до дома дяди Фёдора, где уже был накрыт стол. Администрация осталась на крыльце, и получилось как-то неудобно, было неловко перед ними.
С другой стороны, внутри дома дяди Фёдора места всем не находилось. Больно много было администрации — целых три человека.
Всё же дядя Фёдор нашёл выход. Они с Матроскиным вынесли во двор все столы, все табуретки, всё угощение, а Шарик сбегал на почту и всю администрацию позвал. И День котов отмечали все вместе.
Веселье во дворе дяди Фёдора было очень весёлое. Почтальон Печкин даже принёс гармошку и стал петь.
Песни у него были народные, но не очень неприличные:
— С неба звёздочка упала
Милому в тарелочку.
Мне моей старухи мало —
Подавайте девочку.
С этого момента Шарик, который больше всех посмеивался над Матроскиным, тоже стал думать, а не устроить ли ближе к зиме, когда совсем грустно станет, День собак.
И профессор Сёмин стал подумывать:
— А что, День профессоров — это тоже звучит неплохо.
И хорошо бы профессорам тоже ставили мисочки с молоком на полу у входа.
История десятая
Как дядя Фёдор снег убирал без лопат
Вообще-то в Простоквашино всегда лето было, но иногда зима приходила. Особенно после осени. А тогда и снег выпадал. Когда как: иногда совсем немного, так что можно было в тапочках ходить, а иногда сыпало снега по пояс. Слава Богу, что дядя Фёдор в это время в городе жил, потому что учился. А когда дяди Фёдора в доме долго не было, дисциплина и хозяйственность в нём резко падали.