Дрейк (СИ)
Оттуда уже, по сложившейся традиции, доносился запах только приготовленной еды, неплохо затуманивающий разум. По крайней мере, я сам не заметил, как дошёл до кухни.
Сегодня моим рационом будет: местное подобие яичницы, которое было создано с моих слов о прошлом мире и его культуре. К тому же, Мия добавляла какие-то здешние травы, дополняющие вкус этого блюда, так что как запах, так и ощущения при употреблении этого шедевра были другими.
— М-м, вкуснятина! — небезосновательно сказал я, ведь по сравнению со всей едой, которую я употреблял на Земле, это была пища Богов.
Не в ущерб вокзальной шаурме будет сказано, так как за всё время своего здесь пребывания более мощного слабительного я так и не нашёл…
— Мам, а ты умеешь принимать облик лисицы? — как бы невзначай спросил я. Не ну а что? Вдруг даже в нашем народе за это полагалось… что-то плохое?
— Дре-ей… Только не говори, что ты пробудил Силу Предков? — я покачал головой, так как просто не знал, что эта Сила из себя представляет. Вдруг они искажали реальность силой мысли? Я так не могу… пока, хе-хе.
Она на моё молчание лишь потёрла виски и начала рассказ:
— В нашем народе, ещё до того, как возник этот мир, были намного более сильные воины. Их особенностью было непосредственное управление… энергией. Любой! Это давало множество возможностей, как и накладывало большие ограничения. — я наклонил голову набок, что, в купе с моими новообретёнными ушками, выглядело настолько мило, что Лени подавился чаем, а мама почему-то покраснела.
Даже не буду пытаться понять почему — учитывая женскую логику, только поврежу свою не слишком-то стандартную для этого мира психику.
— Высшие Кицуне, как их впоследствии прозвали за абсолютное единение с миром и его энергетическим планом, не могли иметь потомства, что сильно ударило по нашему народу. — Мия вздохнула, после чего продолжила свой рассказ. — Постепенно они, а точнее — их личности, растворялись в Мире. После первого такого случая Вождь нашего племени запретил перешагивать эту черту, из-за чего на некоторое время мы стали полностью беззащитны перед своими врагами. Те не упустили шанс напасть на обессиленных противников, из-за чего общая численность моего племени стала ещё меньше…
Пока она говорила, её голос становился всё более грустным и, чтобы она окончательно не расклеилась, посадив себе на колени, Лени приобнял её за талию. Мда-а… он и вправду мужик, а не тряпка.
«Ну посадил и посадил — чего тут такого?» — подумаете вы.
Всё дело в том, что Кицуне очень эмоциональные существа, в горячке эмоций способные навалять многим. Да, потом, когда эмо-фон стабилизируется — они будут сожалеть о том, что натворили, но… сожаление не умеет оживлять трупов, коим вполне мог стать Лени.
— Они истребили почти всех наших… Остались лишь те, кто шагнул за Грань и превратились в Высших, чтобы защитить своих близких. Возможно, есть ещё кто-то, успевший сбежать в горячке боя, но… навряд ли таких много — десяток сородичей не смогут возродить былое величие.
Я случайно хлюпнул чаем, который был немного горячеват. Мия тут же уставилась на меня.
— Теперь ты понимаешь, что я имела в виду, говоря про опасность Лисьей формы? — устало сказала она, всё ещё находясь в своих воспоминаниях.
— Ага. Вот только я не стану олицетворением понятия "живая энергия" из-за особенностей своей системы. Она позволяет мне спокойно возвращаться в мой обычный вид. — я пожал плечами, словно для меня это было прописной истиной.
— Поня-я-ятно… — протянула мама, после чего, вытащив из-под стола бутылку непонятно чего, залпом её ополовинила.
— Будешь? — спросила она у второго родителя. Тот кивнул и добил остатки алкоголя в трёхлитровой бутылке.
— Я спать. Не дай Герой Щита, ты вытворишь ещё что-нибудь неординарное — я такого не переживу, без необратимых последствий… — сказала она, отправившись в их с отцом комнату. А вот уже в комнате тихо договорила. — В число коих может войти частичное поседение…
— Ну ты и удружил. И ведь каждый раз происходит что-то новое… Скажи-ка по секрету: у тебя есть результаты завтрашних скачек? — я покачал головой. — Эх-х, а жаль…
— Вместо этого могу сказать, как будут звать Героев, которых призовут в Мелромарке. — спокойно отозвался я, собираясь преподнести более нормальную новость в след за неординарной. — Кстати, я скоро отправлюсь в путешествие по свету. Сам знаешь: молодость, тяга повидать мир…
Решив не морочить себе голову первой фразой, он ответил?
— Да-а, было дело- сам шастал по придорожным трактирам, чтобы "мир повидать". Отправляйся, как сможешь — маме я всё объясню. К тому же, думаю, она будет даже рада, что ты некоторое время не сможешь ломать нашу картину мира…
Последние слова он проговорил уже почти отключившись. Он обычный человек, так что то, что такая большая порция алкоголя быстро сморила его — совсем не удивительно.
***
Собрав всё необходимое, я хотел было отправляться, как вспомнил, что не предупредил о своём отъезде одну примечательную демоницу.
Впрочем, её саму я не обнаружил, лишь записка на столе напоминала о недавнем присутствии здесь представительницы демонического плана.
В письме, оставленном на столе было не так много информации. Однако, она была довольно исчерпывающей.
«Снова здравствуй, Дрей. Я отбыла на свою родину, так как хочу попытаться побольше узнать о том, как остановить твоё слияние с Миром. Удачи тебе в твоём путешествии! (Твой отец проболтался). Главное: не теряй книги — они, если понадобится, послужат своеобразным маяком, способствующим твоим поискам.
P.S: повеселись как следует, чтобы мне не пришлось опять выдерживать твой варварский способ снятия напряжения на такой бедной, хрупкой демонессе…
Твоя Диана.»
«Проблема прощаний решилась сама собой» — подумал я, закидывая лежавший на полу рюкзак на своё плечо.
Проходя мимо спальни родителей, услышал громогласный храп… Мии. Что ж, у каждого свои недостатки.
— Ум-м, запах свободы! — тихо сказал я, выйдя на своеобразное крыльцо. Постояв пару секунд, я сделал судьбоносный шаг, который тут же обернулся катастрофой — под моими ногами образовался прозрачный портал, тут же засосавший меня в своё нутро…
***
— Русские не сдаются! — крикнул я, перекатом приземлившись на какую-то неестественно серую площадку… очень похожую на бетон.
«Да, по национальности я уже не слишком-то и русский, если не считать меня Чернобыльской лисицей. Однако! Русский — это не национальность, а состояние души, так что я вполне основательно зову себя таковым…» — думал я, настороженно оглядываясь по сторонам, оставаясь настороже.
Расслаблять булки в такой ситуации станет только законченный идиот, так мне оставалось лишь оставаться настороже, готовясь к неожиданной атаке.
— Эх-х, давненько я не призывал людей из твоей страны… — прокряхтел с виду сухонький старичок. Он смутно мне напоминал кого-то до одури знакомого… — Слишком уж сильны ваши души, в большинстве своём, переполненные любовью к Родине.
С каждым его словом вокруг меня словно бы рассеивалась какая-то пелена, создававшая ощущение пустоты. Теперь же я находился в квадратном помещении, обставленном парой стульев и ещё несколькими шкафами, на которых было нагромождение каких-то вещей.
Как раз-таки на одном из стульев, оббитых кожей, расположился тот, благодаря кому я здесь оказался. Выглядел он… обычно. Как агент ФСБ под прикрытием — встретишь на улице и, даже если разглядишь лицо, тут же оное забудешь.
Неброская белая рубашка, джемпер поверх неё, седые волосы, лишний раз напоминающие о его возрасте… А также немного затемнённые очки. Кого-то он всё же напоминал…
Но тут произошло невероятное — он взял какую-то табличку, стоящую перед ним и, развернул её ко мне надписью. Сразу после этого он поднял со стола… комикс, с названием Блэйзер Бой, а потом… с хитрым прищуром уставился на меня.