Три подруги и таинственный жених (СИ)

— Я могу тебе как-то помочь? — Ниса знала, что отношения с отцом у меня, мягко говоря, были напряженными, а потому лишних вопросов никогда не задавала. Сдержалась подруга и в этот раз, хотя я видела, как её подмывало начать расспросы. Но именно за это я и любила Нису, считая её более родной, чем всех кровных сестер вместе взятых. Она знала, когда нужно было быть рядом, а когда стоило отойти в сторону и позволить мне все пережить самой.
— Дай мне какое-нибудь обезболивающее, — попросила я с натянутой улыбкой. — И хорошо было бы поспать.
— Ты же не умрешь во сне? — с подозрением покосилась на меня Ниса, доставая из прикроватной тумбочки блистер и выковыривая сразу несколько таблеток.
— Вряд ли этот мир отпустит меня так просто, — попыталась пошутить я, глотая таблетки и запивая принесенной Натой водой. Но подруга мой черный юмор не оценила. Покачала головой неодобрительно, встала, выключил свет, вытолкнула свою гостью и, закрывая за собой дверь, проговорила:
— Когда ты так шутишь мне хочется тебя побить.
— Все уже сделали, — пробормотала я, погружаясь в благодатный сон. — За тебя и до тебя.
— Вот от этого-то и печально, — услышала я прежде, чем глубоко уснуть.
— Это было глупо, — зло заявил Лозовский, стоя напротив меня под фонарем, который заливал нас ярким теплым желтым светом, очерчивая круг в непроглядной тьме, клубившейся вокруг и создававшей впечатление, будто мы одни во вселенной.
— Хотелось бы чуть больше конкретики, — вздохнула я, скрещивая руки на груди. — Что именно вы считаете глупым? Мой приход к вам?
— И это тоже, — кивнул Лозовский, лицо которого было настолько бледным, что казалось театральной маской. — На что вы рассчитывали? Что я сознаюсь во всех грехах?
— Во всех мне не надо, — честно заявила я. — Меня не особенно интересует ваша биография. И еще меньше меня интересует какому котенку вы в детстве к хвосту жестяную банку привязали и у какого четвероклассника мелочь на обед отобрали.
— Я не настолько стар, как вы себе представляете, — хмыкнул Лозовский, уставившись на меня так, словно видел первый раз.
— Это меня тоже не интересует, — пожала я плечами, но едва успела договорить, как Лозовский неожиданно закончил со сталью в голосе:
— На самом деле я еще старше. Я старше, чем ваш драгоценный отец, на встречу с которым вы сегодня так непредусмотрительно отправились.
— Откуда вы знаете? — мне не было страшно. На самом деле, мне было как-то… все равно. — Следили за мной?
— Не за вами, — ответил Лозовский. — За братом.
И вот тут всё моё безразличие смело, словно ураганом.
— Там были только двое, — шагнула я вперед, всматриваясь в молодое выразительное лицо. — Мой отец и мой… жених, — выговорить последнее слово оказалось непросто. — У отца братьев нет, значит, вы… брат Макса?
— Уверены? — нехорошо прищурился Лозовский. — Уверены, что у вас нет родственников, о существовании которых вы даже не подозревали.
Я отступила, закусывая губу.
— Но сейчас не об этом, — мужчина склонил голову набок, глядя на меня с упреком, который в его глазах было видеть странно. — Отправляться к отцу в вашем состоянии было верхом глупости. Вы должны были поехать домой или в больницу, а не встречаться с тем, кто расценивает вас исключительно как средство для достижения цели. В принципе, как истинный король. Вы знаете это?
— С тех пор, как научилась ходить, — пришлось признать мне. — И всю жизнь живу с этим знанием. Ничего нового или необычного. Вы за этим вторглись в мой сон? Чтобы рассказать мне, какой Таллас хороший правитель, но дерьмовый отец?
— Правитель из него тоже так себе, — раздраженно отмахнулся Лозовский. — Но нет, я здесь не за этим, а за тем, чтобы сказать вам… я не виноват. Я не убивал тех девушек. Да, мы были знакомы. И они интересовали меня в определенном плане, но совсем не в интимном. И я не имею никакого отношения к их смерти. На самом деле, для меня гораздо выгоднее было, если бы они оставались живыми.
— Почему я должна вам верить? — спросила я прямо, устав играть в прятки.
 
— Не должны, — согласился Лозовский. — Но у вас нет другого выхода. Либо вы поверите мне, либо скоро узнаете об еще одном нападении. Я не знаю, на кого они нацелились в этот раз. Список большой и предугадать сложно.
Я колебалась и не скрывала этого. Решение было принять очень трудно, но эта была одна из тех ситуаций, когда даже не выбирая ничего, ты все равно делаешь выбор.
— Зачем они нужны были вам? Элли, Ольга и Ниса?
— Я хотел их завербовать, — просто ответил Лозовский.
— Завербовать? — поперхнулась я, меньше всего ожидая услышать подобный ответ. — Куда? ЦРУ? ГРУ? Моссад? Морская пехота?
— Работать на меня. Грядут большие перемены, Ваше Высочество, и хотите вы того или нет, но вы тоже будете их частью.
— Вы мне угрожаете? — возмутилась я.
— Нет, я просто хочу вас предупредить, — качнул головой Лозовский, с каждой минутой все меньше и меньше напоминая человека. — Девушек убили, чтобы подставить меня.
— Не всех их убили, — рыкнула я. — Кое-кто выжил, если вы забыли.
— Да, — легко улыбнулся Лозовский, кажется, этот факт его радовал. — Ваша подруга. Она сильная, очень сильная. Сильнее многих среди своих, и я бы очень хотел видеть её на своей стороне.
— Только через ваш труп, — начала я злиться.
— Мы с вами оба знаем, что этого никогда не случится, — еще шире заулыбался Лозовский, став вдруг похожим на кота, которого перекормили сметаной. А после его образ начал расплываться, таять, словно утренний туман под лучами выбирающегося из-за туч солнца. — Вам очень многое придется осознать, принцесса, но чем раньше вы примете новые обстоятельства, тем лучше для вас. И для ваших друзей.
— Стойте! — я рванула вперед, пытаясь ухватить Лозовского, но лишь бестолково взмахнула рукой в воздухе.
Моё лицо обдало порывом ветра, который донес до ушей уже знакомый шепот:
— Скоро будет третья жертва, будь готова.
— Третья уже была, — с трудом сглотнув, ответила я, крутя головой по сторонам и пытаясь рассмотреть в окружающей меня темноте хоть что-то. Пытаясь ухватить ветер. — Управляющая бара “Белый кролик”.
— Разве её смерть похожа на остальные? — вновь зашептал мне на ухо бесплотный голос. Завыв, воздушный вихрь взметнулся ввысь, поднимая пыль из-под ног и унося её за собой.
— Нет, — закашлялась я и начала отмахиваться от мелких частичек, которые полетели мне прямо в лицо. — У неё остановилось сердце.
— Сердце остановилось, потому что ему приказали остановиться, — зашептал голос, удаляясь и становясь с каждой секундой все тише и не разборчивее.
— Разве это возможно? — хватаясь за горло и содрогаясь в кашле, кое-как смогла вымолвить я.
— У таких, как она — да, — уже издалека пропел голос. — Проверь её. Ты знаешь, что искать.
И голос затих окончательно. Тут же потеплевший и уже более спокойный воздух, больше не рвущийся порывами, словно дикий зверь на цепи, ласково мазнул по моей щеке. И все исчезло. Я осталась стоять под фонарем в тошнотворном давящем одиночестве.
Вздрогнув, я вынырнула из сновидения, не сразу осознав, что в изножье кровати кто-то сидит. Кто-то, чье лицо скрадывала темнота, но поток света, падающий из приоткрытой двери, подсвечивал силуэт.
— Как ты? — раздался голос Нисы. Скрипнула кровать, и подруга подалась вперед, давая мне возможность увидеть её лицо.
— Ягнята все еще кричат, — рвано вздохнула я, потирая руками лицо.
— Тебе надо заканчивать смотреть фильмы про маньяков, — заявила подруга, вставая. — Там сплошные ужасы.
— Ужасы меня бодрят, — криво ухмыльнулась я и, кое-как выбравшись из постели, похромала в ванную.
 
Там, облокотившись о край раковины, я вынула телефон из кармана и начала звонить.
  
Глава XXIX
 
— Совсем охамела? — сонно пробормотал Мишка. — Время видела?
Я отодвинула край грязного и порванного рукава, взглянула на потрескавшийся циферблат и виновато поморщилась. Половина второго ночи.