Три подруги и таинственный жених (СИ)

— Ты о чем? — не сразу сообразила я.
— О ком, — поправила подружка, стоя за моей спиной. — О Максе. Он хороший парень, красивый, умный, добрый, в тебе души не чает. Ты не видишь, но он смотрит на тебя так…
— Как? — начала я злиться, потому что терпеть не могла обсуждать свою личную жизнь. Да и обсуждать-то особенно нечего было. Личная жизнь моя напоминала болото — зеленая трясина, в которой сигналы о наличии жизни подавали только квакающие на берегу лягушки.
— Как больной щеночек, — наконец, смогла подобрать нужную метафору подруга. — Тоскливо и умоляюще одновременно.
— Ты же знаешь, я не могу, — проронила я тихо как раз в тот момент, когда лиф достиг пункта назначения и, после повторной пытки скрипом, мы увидели стоящую перед нами раздраженную Русю.
— Мне пришлось напугать бабулю, вышедшую погулять со своим шпицем, — гневно заявила подруга, нервно постукивая ножкой по полу.
— Бабуля-то хоть жива? — поинтересовалась Ниса, помогая мне выволакивать ковер.
— Жива, — Руся нервозно поправила волосы и оглянулась по сторонам. — Но вполне возможно, что ближайшие несколько недель она будет заикаться. И возможно, писаться по ночам.
— Не страшно, — отмахнулась Ниса и поторопилась к выходу, увлекая за собой и меня, отчаянно вцепившуюся в край ковра словно в последнюю надежду.
— В следующий раз, когда опять кого-нибудь убьешь, утилизируй труп самостоятельно, — попросила я, придерживая бедром дверь подъезда и пропуская вперед Русю. Муза, оценив обстановку, махнула нам рукой и побежала открывать багажник припаркованной чуть наискосок машины Нисы.
— Надеюсь, больше я никого не убью, — проскрипела зубами подруга. — Почему он такой тяжелый? Мне кажется, или за последние несколько минут он стал еще тяжелее?
— Это на тебя давит твоя совесть, — пропыхтела я, хотя и сама ощущала нечто подобное.
— Совесть в доле, — ответила Ниса и мы приступили к запихиванию трупа в багажник, пока Руся наворачивала круги вокруг нас, пытаясь контролировать одновременно и детскую площадку, с которой она согнала парочку школьников, и окна выходящих во двор квартир, и двери подъездп. Уже через пару минут у неё выступил пот на висках, а лицо стало выглядеть таким красным, словно вот-вот задымится.
— Поехали, — распорядилась я, с усилием захлопывая багажник.
  
Глава III
 
Через несколько минут мы уже рулили в сторону съезда на объездную трассу, чтобы выехать из города. За руль села я, потому что единственная знала, куда ехать.
— Ты была на этой даче раньше? — поинтересовалась Ниса, выглядывая в окошко, напоминая любопытного золотистого ретвивера, который, наконец, вырвался из душной городской квартиры. Разве что язык не высовывала и не капала слюнями на сидения.
— Один раз, — ответила я. — Неделю назад. Место там не особенно глухое, но и не оживленное. В зимнее время поселок почти пустой, а вот к лету народ начинает съезжаться.
— Пока еще не лето, так что, будем надеяться, что соседи не увидят, как мы прячем труп, — понадеялась Ниса, довольно щурясь на уже пригревающем солнышке.
— Лето через две недели, — угрюмо заметила Руся с заднего сидения.
— А вот тех, кто на галерке я попрошу помолчать, — с ласковой улыбкой заявила подружка и добавила: — Не нагнетай, а?
— Ты бы мужиков не гробила, я бы вообще молчала, — процедила Руся, всем своим видом демонстрируя, как она рада быть частью нашего скромного, но пышущего энтузиазмом отряда. — А еще лучше, если бы ты была чуть более разборчива в связях.
— Подумаешь! — фыркнула банши. — Всего один разочек не повезло! Кто ж знал, что я наткнусь на этого…Просто я очень общительная!
— Я бы сказала, с перебором общительная, — заметила я.
— Вот-вот, — покивала Руся в мою поддержку. — А я бы сказала, что твой круг общения — неприлично широк. И так уже полгорода знает все анатомические подробности твоего тела.
— Всего-то полгорода? — притворно удивилась Ниса, складывая ручки на груди. — Теряю навык!
 
— Остальная половина просто либо еще в детский сад ходит, либо уже вставную челюсть полирует, — скривилась Руся, отбрасывая за спину блестящие волосы.
— Вот давай не начинать, ладно? — возмутилась Ниса. — А то я сейчас начну пересчитывать всех твоих кавалеров!
И всю оставшуюся дорогу они громко препирались, выясняя, кто из них ведет более развязную жизнь. Уже через пять минут у меня начала болеть голова от этих воплей, больше похожие на вопли свихнувшейся совы. Но к счастью, до дачного поселка, где располагалась избушка моей соседки, путь был недолгим. И добрались мы быстро, благо трасса в этом направлении была практически пустой. Оно и не удивительно, кто еще потащится в понедельник с утра на дачу?
Нужный участок я нашла быстро несмотря на то, что когда приезжала сюда в первый раз по просьбе соседки прилично покружила по маленьким улочкам, у которых отсутствовали названия, а у участков — нумерация. Как здесь ориентировались местные жители для меня осталось загадкой. Наверное, срабатывал инстинкт родного гнезда.
— Приехали, — оповестила я, заглушая мотор и выбираясь из машины.
— Любопытное строение, — оценила Ниса, выходя следом за мой и оглядывая небольшой, нестандартно узкий и высокий, двухэтажный домик, выглядевший как половина нормального дома. — Словно кто-то взял и отрезал от него кусок.
— Не важно, как выглядит дом, — буркнула Руся, приближаясь к выкрашенным в зеленый цвет воротам. — Главное, что территория большая и деревьев много. Не так заметно будет со стороны, что мы там копаем.
— А от кого скрываться? — развела Ниса руками. — Здесь все равно никого нет.
На первый взгляд так и было. По обеим сторонам дачного домика располагались незастроенные и вроде как даже заброшенные участки, уж слишком много беспорядочно разросшейся растительности там имелось. Территория напротив, то есть, через дорогу, вообще напоминала пустырь, владелец даже не потрудился огородить свою собственность забором. А вот чуть наискосок возвышался приличный кирпичный дом, который выглядел слишком основательно для дачного.
— Похоже, здесь живут круглый год, — тихо заметила Ниса.
— Если мы будем выволакивать труп, — подошла к нам Руся, уставившись в том же направлении, — то из его окон мы будем видны как на ладони. Не успеем за лопату взяться, как к нам уже нагрянут ребята с наручниками.
— Ворота вроде открываются, — присмотрела я к зеленой конструкции. — Возможно, смогу заехать на участок.
— И, кстати, о лопатах, — заметила Ниса. — У нас их нет.
— В доме, на первом этаже, я видела в углу сапку и грабли, — припомнила я, направляясь к воротам. — Зайди, посмотрите. Может, там и лопаты имеются.
И бросила подругам ключи от дома.
— А если их там нет? — напряглась Руся.
— А если их там нет, то Ниса будет копать землю садовой лопаткой! — вспылила я.
Следующие полчаса мы были очень заняты. Я занималась воротами, которые несмотря на местами проржавевшие петли все-таки удалось открыть с третьей попытки, а Ниса с Русей искали орудия труда, которые когда-то сделали из обезьяны…ну, то, что мы имеем сейчас.
— Ну, что? Готовы? — поинтересовалась я, после того, как въехала на территорию и обратно заперла створки ворот, у замерших возле багажника девушек, умудрившихся где-то раздобыть сразу четыре лопаты.
С максимально сосредоточенным видом они кивнули. Проверив, надежно ли нас прикрывают уже покрывшиеся молодой зеленой листвой деревья, мы сначала выволокли тело из багажника, пристроили его под особо внушительным стволом ореха и все трое начали копать, раз уж на каждую нашлось по лопате. Четвертый садово-огородный инвентарь остался про запас. Не вручишь же покойнику лопатку с просьбой присоединиться к мероприятию по организации его собственной могилы.
 
— Ненавижу тебя, — выдохнула Руся через полчаса интенсивной работы, втыкая лопату в землю и устало облокачиваясь о черенок. — Вот просто ненавижу.