После него (СИ)

Мне даже не удалось выяснить, уходит он сам или его увольняет Тимур. Каждый раз, как я заводила разговор, он отделывался туманными фразами про то, что с позиций топ-менеджера уходят не так, как с позиций уборщицы. В подобной ситуации нельзя сказать, кто ушел, а кого уволили, это все долгие многосторонние переговоры, обсуждение компенсаций, передачи дел, золотых парашютов…
В конце концов, говорил Тимур, у нас теперь сложилась странная этическая ситуация, в которой я влюблен в жену своего подчиненного…
  
— Бывшую! — уточняла я.
— Еще хуже!
И каждый раз разговор не доходил до своего логического конца.
Сначала появилась продавщица с ворохом пакетов с моими новыми платьями. Под ее умиленным взглядом применять пытки было неудобно.
Потом принесли наш заказ в ресторане, куда мы отправились после такого утомительного дела.
В следующий раз Тимур просто заткнул мне рот поцелуем. Возражать против этого было бы глупо.
И наконец — просто-напросто заснул, и я задавала свои вопросы сопящему телу.
Никак не выходило прижать его к стенке и выпытать все подробности.
В конце концов, этот мужчина в принципе был не из болтливых.
Он предпочитал действовать.
Я так думала. Пока на вечеринке офицеров с изумлением не увидела, как он активно общается и с удивительным для этого сурового мужчины красноречием рассказывает подробности о своей работе.
На коктейль-пати я, разумеется, надела то самое сливовое платье. И поначалу Тимуру было настолько трудно оторвать от меня взгляд, что он едва обратил внимание, когда к нему подошел пожать руку капитан корабля.
В этот момент мне даже хотелось провести пальчиками по линии его изумительно мужественной челюсти — и повернуть уже в сторону собеседника!
Но потом он слегка привык к моему сногсшибательному виду, выпил сухого мартини и расслабился. В одном из стихийных кружков начали разговор про оформление кают лайнера, и Тимур поделился, что и сам занимается премиум-строительством.
А дальше его понесло…
Он поведал о том, как выбирают локации для зданий премиум-сегмента — это самое важное. Богатые люди могут позволить себе изменить внутренности дома до неузнаваемости. Единственное, что переделать невозможно — вид за окном.
Посетовал, что на корабле этот аспект самый простой. Кто же не хочет любоваться залитым солнцем океаном?
Рассказал, как по всему миру ищет особенный мрамор, редкую древесину, экзотическую кожу для оформления, как месяцами с участием профессиональных реставраторов восстанавливают камины и лепнину в старых домах.
И как после этого вызывают специалистов по фэн-шую, астрологов, нумерологов и медиумов, чтобы доказать клиентам, что в доме нет призраков, хорошая энергетика и все стоит на своих местах.
Я слушала, открыв рот и забыв о бокале шампанского в руке, проклинала свой плохой английский и мысленно клялась, что этой ночью вместо секса раскручу Тимура на подробности мельком упомянутых им сделок, когда он выкупал целый этаж в старом питерском здании и разбивал сад под окнами элитного ЖК, чтобы закрыть вид на психоневрологический диспансер.
У Тимура горели глаза, когда он рассказывал о том, как важно отличать действительно редкое розовое дерево от подделок, как сложно правильно его обрабатывать, чтобы сохранить текстуру и аромат, за который эту древесину и ценят. О том, что часто просят «тот самый» каррарский мрамор, из которого творил Микеланджело, и у него уже самые прочные деловые связи на севере Италии. О том, что все чаще клиенты просят заменить натуральную кожу ската, каймана, аруаны на имитацию, но найти мастеров, которые повторят не только текстуру, не только свойства, но и природные особенности вроде шрамов или пор — практически нереально.
Максим вообще-то тоже этим занимался и вообще ничего мне не рассказывал!
Ни о том, как они нашли целый тайный этаж в старом особняке, ни о том, как контрабандой везли из Китая трон кого-то из древних правителей, чтобы поставить его в кабинете одного требовательного клиента, ни о том, как пришлось поучаствовать в операции спецслужб по устранению наркокартеля, чтобы добраться до старых запасов дерева бакаут, заготовленных еще до введения запрета на его добычу.
Какие там каюты с призраками!
Если б я знала, что мой муж занимается такими потрясающими вещами, я бы с него живого не слезла, напросилась бы с ним на работу и в командировки!
Вот в этот момент меня и ударило пониманием.
Именно поэтому.
Именно поэтому он мне ничего не рассказывал.
Потому что я бы напросилась. И бегала бы по комнатам, простоявшим запертыми больше ста лет с восторженным визгом. И ныла бы, чтобы меня взяли в джунгли Амазонии. И возможно, даже выучила бы китайский!
А судя по тому, что рассказывал Тимур, заказчики у них были непристойно богатые и шокирующе известные люди, которые не хотели светиться сами и светить свои привычки.
Они даже меняли строительные бригады на каждом этапе. Тайно приезжали смотреть объекты по ночам. И подписывали документы в бронированных комнатах без окон.
Иногда Тимур сам не знал, с кем работает, мог только догадываться по косвенной информации. Например, когда требовалась художественная мастерская с определенным светом или спортивный зал профессионального уровня. А то и целая комната для коллекции часов. И то это были лишь догадки и сопоставления фактов.
Конечно, я бы что-нибудь сболтнула не там и не тем.
Наверное.
Я и сама в себе не была уверена.
Когда Тимур наконец перешел к обсуждению сертификатов и пошлин на ввоз, я смогла отойти в сторонку и утащить с фуршетного стола крошечный крекер с невероятно вкусным паштетом.
Рядом придирчиво выбирал самые сочные ягоды клубники, раскладывая их по тарелке в форме сердца Энрике.
— Привет! — сказал он. — Рад, что ты все-таки выбралась на вечеринку офицеров. Потанцуем попозже?
Удивительно легкий товарищ!
Танцевать я бы с ним вряд ли пошла, но то, что он не оскорбился смертельно, что ему предпочли другого мужчину, было изрядным облегчением.
Энрике подмигнул мне и отправился со своей добычей к симпатичной даме, ожидающей его на диванчике с бокалом шампанского в руке.
Впрочем, зачем ему оскорбляться, если повсюду есть достойные альтернативы?
— Капитан пригласил нас на особое празднование пересечения экватора. Он был рад, когда узнал, что ты делаешь это впервые, — Тимур подошел ко мне сзади и обнял, вдыхая запах моих волос. — Ты уже выбрала, какое из новых платьев наденешь?
Я на мгновение даже зажмурилась, ловя острое ощущение счастья, разливающегося по моим венам.
— Нет. Поможешь? — сказала я, оборачиваясь и договаривая все, что не могла сказать вслух, одним лишь взглядом.
  
42. День Нептуна
 
Тонкие узкие бокалы с серебристой жидкостью, переливающейся от густого синего до ярко-бирюзового нам вручили прямо у подножия лестницы.
— Коктейль «Морские глубины»… — прошелестел официант, сам весь облаченный в серебристый костюм и от этого похожий на стайку плотвы.
Конечно, на вечеринке в честь Дня Нептуна был дресс-код. И, конечно, он был морской.
Я заранее выбрала себе платье, а вот Тимур надел простой белый пиджак, но под него где-то раздобыл настоящую тельняшку. Я то и дело косилась на него, в первый раз в жизни испытывая неожиданное сексуальное влечение к морякам.
— Приветствую сурового морского волка! — пожал ему руку капитан. — Кажется, вашему костюму чего-то не хватает!
И под мой изумленный выдох он снял с себя фуражку и лихо нацепил ее на Тимура.
  
Надеюсь, она была не настоящая парадная!
Оформление для вечеринки готовили несколько дней — даже нашу йогу выгнали с козырного места у бассейна, потому что вся верхняя палуба превратилась в большую стройку.
И теперь я тянула через трубочку крепкий и сладкий коктейль, с восхищением рассматривая декорации морского дна — трон Нептуна, колышущиеся водоросли, распахнутые сундуки с пиратскими сокровищами, скелеты в обрывках старинной одежды, выстроившихся для танца.