Гений Медицины. Том 4 (СИ)
Довольно опасное заболевание, если его вовремя не поймать. И вот случай, замаскировалось под повреждение печени.
— Значит, пациента надо направить в инфекционное отделение? — уточнил Хромов.
— Нет, в терапию, — ответил я. — Это заболевание считается терапевтическим. Если я сочту нужным, то приглашу ему кардиолога.
— Спасибо большое, Константин Алексеевич, — выдохнул Хромов. — Я что-то вообще растерялся с этим случаем.
— Обращайтесь, — кивнул я.
Вернулся в ординаторскую и отправил Чехова спать. Хватит на сегодня тренировок, как-никак он пациент, и режим никто не отменял. Попугай снова укрылся вместе с крысом, а я занялся текущими дежурными делами.
Принял пациента с эндокардитом, которого сам и направил с приёмного, дал распоряжения по поводу назначений, определил в палату. Затем обошёл нескольких пациентов, нуждающихся в осмотрах.
В общем, с головой окунулся в работу.
* * *Сегодня Семён Михайлович получил официальное извещение о комиссии конкурса на звание лучшей клиники города. Конкурс этот был очень престижным, и проходил обычно в течение довольно длительного периода времени. Почти целого месяца.
И вот сейчас пришло уведомление, что в течение следующей недели в «Империю Здоровья» будет направлена комиссия, для оценки показательной процедуры. Очень важной части конкурса.
Показательная процедура в этой клинике всегда была диагностической. Как ни крути, в диагностике «Империя здоровья» на голову превосходит остальных конкурентов. Большинство анализов здесь готово уже в течение нескольких часов. Больше никто не может добиться такого уровня!
Значит, надо это показательное выступление как-то сорвать. И Кобылин уже придумал как — надо вызвать сбой калибровки лабораторного оборудования.
А для этого, в свою очередь, нужен айтишник. Семён Михайлович ещё плохо был знаком с персоналом, поэтому отправился в кабинет айтишников сам.
И увидел там только одного бледного худого парня в растянутом свитере.
— А где все остальные сотрудники? — строго спросил он.
Парень взглянул на него через толстые стёкла очков и показал на часы. А затем быстро что-то написал на бумажке, и протянул какую-то записку.
«Доброе утро. Я немой. Рад познакомиться. Матвей»
Да это же прекрасно! Именно он и нужен для исполнения нового плана в действие! Только нужно подобрать правильный аргумент…
— А из-за чего немой? — сочувственно спросил Кобылин. — Ох, дырявая моя голова, я не представился. Семён Михайлович, новый заместитель главного врача.
Матвей слегка кивнул, и написал новую записку.
«После несчастного случая»
Лаконично. В голове у Кобылина мгновенно созрел гениальный план.
— Ты знаешь, наша клиника может выделить тебе деньги на лечение у очень хорошего специалиста, — никаких денег он ему давать не собирался. Да парню и не поверит никто, если попробует нажаловаться! Да и как он нажалуется, если немой. — Тебе это интересно?
Матвей неуверенно кивнул. Ещё бы! Молчать ему вряд ли нравится. Ох, как же повезло встретить рано утром именно этого айтишника!
— Но в ответ мне нужна твоя помощь… — Семён Михайлович медленно подводил к интересующей его теме.
Наврёт что-нибудь, почему именно нужно сбить калибровку. И комиссия уже не поставит высший балл.
Как же всё отлично складывается! Просто идеально!
* * *Утро прошло по стандартному сценарию: планёрка с шутками Зубова про опоздавшего Шуклина, затем обход своих палат.
Закончив с обходом, я направился к посту главной медсестры, передать очередные направления на анализы. И меня привлёк жаркий спор между Зубовым и медсестрой Анной.
— Михаил Анатольевич, я вам честно говорю, в той подсобке я видела птичий помёт! — воскликнула медсестра. — Нужно вызвать соответствующую службу!
— А я ещё раз вам отвечаю, что вы совсем сбрендили! — сердито ответил наставник. — Сначала мозг мне крысами выносили, так я поверил. Договорился со службой. Даже закрыл глаза на то, что вы вызвали каких-то шарлатанов, чуть не потравив пациентов! И что в итоге — вон, только у Боткина домашняя крыса нашлась, и всё.
Похоже, Анна наткнулась на ту самую подсобку, где Клочок прятал Гошу. Но теперь с её репутацией Зубов ей вряд ли поверит.
А я уже сегодня устрою перевод попугая в свой дом, где он спокойно будет ждать выздоровление Чехова. Главное, чтобы он ещё и там свой помёт не разбрасывал! Можно же выделить для этого отдельное место.
— Но я правда видела птичий помёт! — упиралась Анна. — Это несоблюдение санитарных правил!
— По вашей логике в отделении птица? В клинике? В терапии? — фыркнул Зубов. — Всё, бессмысленный разговор окончен.
Анна ещё попыталась что-то возразить, но Зубов махнул рукой и направился в ординаторскую. Пронесло.
С такой ответственной медсестрой моему Клочку стоит быть в десять раз внимательнее и осторожнее. А это как раз не про него, он то в вентиляции покалечится, то чуть медсёстрам не попадётся.
Рано или поздно эта бдительная Анна может его поймать.
— О чём призадумался, я тебя с того конца коридора зову! — подлетел ко мне Никита, выводя из раздумий. — Думаешь про завтрашний бал?
Уж про что про что, а про это я думал в последнюю очередь.
— А ты откуда знаешь, что я иду? — поинтересовался я.
— Так Маргарита рассказывала, — махнул рукой Никита. — Интересная всё-таки задумка. Все будут в масках, никого будет не узнать… Загадочная атмосфера, красивые дамы…
— Ты по всей вероятности одну даму будешь сопровождать, так что других оставь в покое, — усмехнулся я.
Сам я решил спутницу на бал не звать. Там будет полно свободных дам, и для танцев я кого-то найду. А сопровождать кого-то на протяжении всего приёма будет некогда. У меня были опасения по поводу этого бала, словно что-то должно было случиться.
— Господа, я тут краем уха услышал, что вы обсуждаете бал-маскарад у графа Филимонова? — к нам подошёл Валера.
Ага, краем уха. Стоял и специально нас подслушивал, я это прекрасно видел. Просто решил не обращать внимания, мы не обсуждали никаких секретов.
— Тебе-то что? — сразу помрачнел Никита. — Иди куда шёл!
— Дело в том, что наш род тоже пригласили на это мероприятие, — невозмутимо ответил Валера. — И очень рад, что там будут ещё и знакомые люди!
Лицо Никиты скривилось ещё сильнее. Прямо видно было, как он изо всех сил пытается сдержать себя в руках.
— Не лезь в чужие разговоры, — ещё раз повторил он, сжав кулаки от злости. — И главное, не лезь к моей даме на балу! Второй раз я этого тебе не прощу!
— Понял, — усмехнулся Валера. — До встречи на бале-маскараде у барона Филимонова!
* * *Барон Филимонов сидел с бокалом в руках, задумчиво наблюдая за огнём в камине. Его жена вовсю хлопотала над завтрашним балом-маскарадом.
— Милый, спасибо ещё раз тебе за такой чудесный сюрприз, — затормозив возле него, в который раз сказала она. — Прибудут такие важные гости! Я продумала такую программу! Всё будет в лучшем свете.
— Ты у меня умница, — рассеянно ответил Филимонов. — Всё для тебя, родная.
Супруга вновь побежала кому-то звонить и о чём-то договариваться, а барон всё продолжал думать.
О Жукове. Он попросил позвать на этот бал род Боткиных, а за это обещал старинный артефакт Галена — водные часы. Хотя денег сейчас у Жукова почти не было, артефакты, по-видимому, он продавать не стремился.
Почему? Ответ один — склад в другом городе. Склад…
Вряд ли у барона Жукова там только один артефакт. Он же археолог! Который всегда плевал на все правила обнаружения реликвий, и просто забирал всё себе. Там могут быть такие артефакты и ценности, которые Филимонову и не снились!
А за помощь Жуков пообещал какие-то жалкие водные часы… Нечестно.
Решение всё росло и росло внутри у барона Филимонова. На балу надо надавать на Жукова, потребовав большей оплаты…