Счастье из чужой вселенной (СИ)

И если Мирель пылала гневом, то Мик выглядел растерянным. Но слава Вселенной, не расстроенным или злым. Видимо, и правда смирился с ролью друга.
— Так, — вздохнула я, желая раз и навсегда расставить всё по своим местам. — Мик, Мирель, я не просила Айлира выбирать меня умом, инстинктом или как-то ещё. Мне это совершенно не нужно, и да, это правда. А касательно того, что якобы из-за меня у него какие-то проблемы, то вынуждена разочаровать. Во всех своих бедах виноват только он сам.
  
— Да как ты смеешь! — взвилась девушка.
— Мирель, хватит, — тут же оборвал её Мик.
— Вот вы где, — раздался женский голос, и в кабинет вошла красивая девушка. — Не мешайте Еве работать. И вообще, ждите меня на улице, — брат с сестрой не очень хотели уходить, потому гостья тихо, но внушительно добавила. — Быстро.
Фотографии Лики я видела в галасети, но в жизни она оказалась ещё лучше. В ней было то, что окружающие величают породой. А так же её окутывал незримый шлейф чувства собственного достоинства и уверенности в себе. Не сомневаюсь, ей оборачиваются вслед на улицах, а женщины, завидев, готовы выдирать волосы на голове. Вроде бы, на первый взгляд, ничего особенного, и вместе с тем эта женщина завораживала. Неудивительно, что наш начальник посольства ради неё отказался от диких традиций своей родины.
— Вот ты какая, Ева, девушка, из-за которой в последнее время так много шуму и благодаря которой стало известно о чудовищном заговоре.
— Здрасьте, — отозвалась я потерянно.
— Ой, да брось ты, не такая я и старая, чтобы обращаться ко мне на «вы», — как девочка-подросток, хихикнула Лика, усаживаясь в кресло Айлира, но быстро вновь стала серьёзной. — Ева, я хочу сказать тебе пару слов.
— Если вы… ты про Мика, то не о чем беспокоиться. Мы просто друзья, — иных мыслей, о чём может желать со мной поговорить Лика, у меня не было.
— Да нет, конечно, — махнула она рукой. — Я считаю, что Мик уже достаточно взрослый, чтобы самостоятельно решать, с кем хочет быть. Да и муж мой, наверняка, уже выел тебе мозг. Ястон слишком опекает детей, всё не желает понять, что они выросли. Я хочу поговорить с тобой о расе моего супруга, дочери и… Айлира.
— А чего о них говорить? — моё недоумение только росло.
— Ева, эры отличаются от привычного тебе окружения, — вздохнула землянка. — Впрочем, все расы имеют свои особенности, и я не про внешний вид. Традиции, законы, уклад жизни. И если жители Федерации так или иначе за века бок о бок притёрлись к друг другу, то эры всегда жили обособленно. Да и их инстинкты накладывают свой отпечаток на характер. Мне ли не знать, как с ними может быть сложно? Возьмём, к примеру, Мирель. Она выросла на Лендоре, в многорасовом мире, но при этом у неё чётко проступают черты характера, свойственные именно эрам — вспыльчивость и фантастическое упрямство. Я не хочу сказать, что все эры неуравновешенные ослы, но они и правда… сложные. Айлир же и вовсе долгие годы был наследником в роду главы Совета. Имела я честь пару раз с ним общаться, непростой парень. Самомнение просто поражает, но притом я не чувствую в нём злобы или подлости. Знаю, он поступил с тобой отвратительно, но постарайся… м-м-м… простить. Быть терпимее.
— Лика, — меня уже начала утомлять реклама хвостатого, — я не собираюсь писать каких-то кляуз на Айлира и уже говорила это вашему мужу. В остальном, не от меня зависит его судьба.
Замерев, женщина внимательно смотрела мне в глаза. Чего она там хотела увидеть? Не знаю. Но, видимо, не увидела, так как, встав на ноги, тяжело вздохнула.
— Не понимаешь, — вынесла Лика вердикт.
— Не понимаю чего? — уставилась я на гостью.
— От тебя зависит куда больше, чем ты думаешь, — как-то грустно улыбнулась она и быстро ретировалась вон, оставляя в воздухе множество вопросов.
Я и правда не поняла, что хотела сказать мне эта женщина. Что я должна понять и к чему быть терпимее? Красноглазый сам испоганил себе жизнь, при чём тут я? Да и просто, я сильно сомневаюсь, что после всего этого, его оставят здесь, на тёплом местечке. Вряд ли Айлир расстроится из-за увольнения из посольства. Он никогда не жаловал эту работу.
И тем не менее, в душе заворочалось беспокойство. Ястон отказался мне рассказывать, как у хвостатого обстоят дела, сказал лишь, что тот пришёл в себя и уверенно идёт на поправку. И всё. А ведь очевидно: за свершённое его по головке не погладят. Мне остаётся лишь гадать о масштабе его проблем. Как ни странно, несмотря на всё пережитое по его вине, зла я Айлиру не желала. Просто не хотела встречаться ещё когда-либо.
Следом пришла злость. На саму себя. Да что это я, в самом деле? Какое мне дело до этого предателя? Да пусть хоть на плаху отправляется! Меня это не касается. Сам влез в это дерьмо, сам пусть и выпутывается.
А на смену вспышке злобы пришёл страх. Это не я. Странным образом я никогда и никому из своих обидчиков не желала смерти или больших бед. Это было мне не свойственно. Иногда было даже обидно из-за того, что не могу заслуженно ненавидеть некоторых индивидов и приходится носить на сердце боль и обиду. Сейчас во мне говорят изменения после плена. И меня они пугают. Не хочу становиться злобной тварью, ненавидящей окружающих, уж лучше как раньше уметь не держать зла и отпускать обиды. Так что, Айлир, хоть ты и сволочь, но пусть у тебя всё будет хорошо!
— Здравствуй, Ева, — услышала я голос, который надеялась не слышать больше никогда.
Что я там говорила? Пусть у него всё будет хорошо? Забираю свои слова обратно! Пусть его накажут, призовут обратно в Империю. Да что угодно, ну, кроме смерти, лишь бы красноглазого не было рядом! С его появлением снова проснулись душевная боль, острая обида и мрачная ненависть, и мне не хотелось утонуть в этом океане отрицательных эмоций. Но меня, как обычно, никто ни о чём не спрашивал. Эр тут и, судя по тому, что уселся в своё кресло и активировал галамонитор, уходить он не собирается.
Отвечать на приветствие, естественно, не стала, а просто уткнулась в свой экран, пытаясь понять, что вообще там написано.
— Нам надо поговорить, — раздалось совсем близко.
Когда он успел подойти? Как я не заметила? Да и о чём нам говорить? Я не хочу! Было желание вскочить и убежать, но разум напомнил, что это глупое ребячество. Потому, медленно вздохнув, подняла голову и посмотрела в красные глаза Айлира. Мужчины, который имел все шансы прикарманить моё сердце, но вместо этого отдал на откуп психопату. Что же, если ему есть, что сказать, я послушаю.
Глава 18
АЙЛИР
Часы одиночества и масса тяжёлых мыслей по кругу были готовы свести меня с ума. Это невыносимо, когда изнутри разрывает от отчаяния, вины и безысходности. Когда стоит острая необходимость сделать невозможный выбор. А собственное будущее при любом раскладе видится мрачным и безрадостным.
Лжёт мне Ястон или говорит правду? Как понять? Да и если отбросить это в сторону, что будет правильнее, с последствиями какого выбора легче жить: продолжать молчать в надежде помочь родителю или рассказать всё, что знаю, пытаясь спасти остатки собственной жизни?