Ты жена мне, помнишь?

Написав на маленьком клочке бумаги и отправив распоряжение своему безопаснику, муж сам увлекает меня к двери архива. И вскоре мы уже вместе по уши увязаем в изучении хранящихся в нём материалов. И их оказывается довольно много. Ещё и без какой-либо чёткой системы в том, где что расположено. Дневники, биографии, генеалогическое древо с пояснением в виде огромного фолианта, содержащего информацию обо всех представителях рода Мораду. Целые многотомные жизнеописания выдающихся представителей этой семьи. Магические гримуары, вызвавшие особый интерес у моего мужа. Сборники рецептов по зельеварению. И просто всевозможная деловая документация всего рода.
И всё это на многочисленных полках, выстроившихся вдоль каменных стен.
Чтобы изучить такую прорву всего и найти нужную мне информацию, вероятно, придётся просидеть тут не один день. И где же искать те самые ведьмовские гримуары, мысли о которых навеял мне замок? Магические ведь есть, уже нашли. А ведьмовские должны быть отдельно, наверное. Или я сама себе их придумала?
Задумавшись, не замечаю, как подхожу к высокому и узкому стеллажику, заваленному свитками. Притом подхожу уже не первый раз. Что-то притягивает меня сюда. А что, непонятно. Ну не любовная же поэзия в самом деле. Мы с Федериком уже просмотрели несколько штук, и я, честно говоря очень удивилась содержанию. В этих свитках хранятся поэмы и баллады одного из предков Анны, некоего Давида, который подписывался никому неизвестным Бардом, погибающим в оковах чести и долга. Наверное, семья не одобрила страсть бедолаги к поэзии, вот он и строчил в стол. Кстати, произведения у него получались довольно красивые и романтичные. Плавные, лирические, цепляющие за душу. И отнюдь не ханжеские, скорее совсем наоборот. Этот давно почивший трубадур явно знал толк в том, как поэтично и образно описать муки и наслаждения любви.
Странно только, что его творчество тут хранится, а не в библиотеке. И странно то, что я вот уже четвёртый раз подхожу к этому стеллажу, вместо того, чтобы искать нужную мне информацию о ведьмах рода Мораду. Может в этих свитках есть какие-то важные упоминания?
– Федерик, как думаешь, ничего страшного не случится, если я возьму несколько свитков с собой, чтобы почитать на досуге? – окликаю мужа, закопавшегося в очередное жизнеописание. Провожу пальцами по золотому набалдашнику, венчающему деревянный держатель одного из свитков. И внезапно палец обжигает болью. Укололась обо что-то.
Поморщившись отдёргиваю руку, рассматривая каплю крови, выступившую на подушечке указательного пальца.
– Думаю, ничего. Ты же сама сказала, что ведьмовская защита замка признала тебя за хозяйку, – отвечает благоверный, мазнув по мне внимательным взглядом. – Всё в порядке? – вопросительно вскидывает бровь.
– Да, укололась просто, – улыбаюсь успокаивающе.
Муж хмурится, выравниваясь. Кажется, хочет что-то сказать. Но отвлекается на свой почтовый футляр.
– Иезеннию нигде не нашли пока. Рэймандо говорит, что нужно больше людей. Замок большой. Надавили на слуг, и те подтвердили, что она вчера утром тут была. Но с ней никого не видели. И куда старуха делась потом, тоже никто не знает, само собой, – сообщает мне Федерик.
Кивнув, я опускаю задумчиво взгляд и тут замечаю, как падает капля моей крови на пол. Медленно и плавно, как в замедленной сьёмке. Какая-то слишком яркая и алая, она будто светится. И как только соприкасается с камнем, на нём вспыхивают странные светящиеся линии… целый узор, замысловатый и ажурный. Растущий и бегущий по полу странными дорожками. Похожий на заклинания, которые я уже не раз видела. Но напитанный совершенно другой силой. Близкой и родственной мне.
– Федерик, я, кажется, что-то нашла. Случайно… а может и нет.
 Глава 44 
 
Вот хорошо, что я не сама поехала. Без Федерика все эти светящиеся узоры на полу для меня так и остались бы всего лишь светящимися узорами. Всё-таки ведьма я необразованная. И даже если бы интуитивно поняла, что делать, то либо потратила бы уйму времени, либо что-нибудь снова сожгла.
 
– Тайник должен быть здесь, – уверенно сообщает мой супруг, расчистив проход к стене в ближайшем от того самого стеллажа с поэмами углу.
– И как его открыть? – заглядываю я из-за его спины, обойдя отодвинутые в сторону ящики.
– Сейчас разберёмся. Вполне возможно, что тебе опять придётся своей кровью жертвовать. Раз уж все эти ведьмовские плетения на неё завязаны, – задумчиво изрекает Федерик, изучая эти самые плетения, проступающие на стене. – Смотри, как они на твоё присутствие реагируют. Как живые.
– Угу. Если бы я их ещё понимала, – вздыхаю с досадой. Терпеть не могу чувствовать себя неучем.
Облизнув пересохшие губы, сжимаю странно зудящие пальцы в кулаки. Хочется уже поскорее добраться до содержимого этого тайника. И раздражает тот факт, что сама я бы с этим никак не справилась.
– Я тоже в них далеко не всё понимаю, – явно уловив мои эмоции, уверяет муж. – Они сильно отличаются от классических, используемых в магии. Со временем научишься читать и понимать. Если не найдём тут учебников по ведовству, я найму тебе лучших наставников, изучишь приёмы классической магии, и мы вместе придумаем, как приспособить их к твоей смешанной силе. И будем искать информацию дальше. В конце концов, не только в роду Мораду были ведьмы. И не только в Арганде.
Он прав, конечно. Раскисать, действительно, нечего. У меня вся жизнь впереди. Если никаким тёмным не позволю её укоротить. Успеется ещё всё изучить и понять.
Без моей крови действительно не обходится.
Скрупулёзно всё изучив, Федерик объясняет мне, куда нужно ткнуть порезанным пальцем, чтобы тайник открылся. И вскоре фрагмент стены перед нами сначала немного проваливается внутрь, а потом и вовсе отъезжает в сторону, скрипя скрытыми механизмами. Открывая нашим взглядам глубокую нишу с деревянными полками. И на них… книги. Под мерцающим магическим куполом. Древние даже на вид. И разящие такой мощной энергетикой, что у меня волосы дыбом поднимаются на затылке, и мурашки бегут по всему телу.
Громадные фолианты, закрытые на настоящие замки, которые то ли охраняют, то ли… сдерживают. Такие манящие, обещающие огромные знания и силу. Обещая невероятные возможности. Мне, своей новой хозяйке.
Мой взгляд, как прикованный, скользит по кожаным переплётам, сознание дурманится острым желанием немедленно прикоснуться, поделиться своей кровью и зачерпнуть из этого кладезя всё что, смогу. И я сама не замечаю, как шаг за шагом подхожу к гримуарам всё ближе и ближе. Пока меня за талию не перехватывает Федерик.
– Подожди. Это может быть опасно. Дай, сначала я проверю, – требует, оттаскивая в сторону.
– Нет. Они зовут, – шепчу, лихорадочно пытаясь освободиться. – Мне очень нужно. Они мои. Отпусти.
Внутри поднимается неконтролируемая злость. Почему он мне мешает? Почему держит? Себе забрать решил?
Муж резко разворачивает меня к себе лицом, заглядывая в глаза.
– Что с тобой? – прищуривается хмуро.
– Всё хорошо. Отпусти, – изо всех сил выкручиваюсь из жёсткой хватки. Впиваюсь ногтями в его запястья, стараясь отодрать от себя.
Кажется, ещё чуть-чуть и из ушей пар повалит, так меня раздражает это вынужденное промедление. Мне кажется, я уже даже голоса вожделенных книжечек слышу. И они взывают ко мне, просятся в пульсирующие жаром руки. Они соскучились. Они хотят снова обрести хозяйку, которая сумеет их понять.
– Отпусти немедленно, – уже почти рычу я.
Вместо этого муж меня ощутимо встряхивает.
– Приди в себя, Лана. Сейчас же! – приказывает жёстко. – Если не успокоишься, прямо сейчас уведу отсюда, и никаких гримуаров ты сегодня не увидишь.
– Что? – непонимающе смотрю на него. Даже сознание чуть-чуть проясняется от шока. – Как это не увижу? Ты не можешь…
– Хочешь проверить? – вскидывает бровь. Такой суровый, что даже дрожь берёт. И ведь не блефует. Действительно, уведёт.