Ты жена мне, помнишь?

Хм. Интересно, а в этом мире случаются романы между гувернантками и отцами их воспитанников? Думаю, что вполне могут. Особенно, если отцы свободны. И так хороши собой, как Федерик.
Упавшее из-за вынужденного затворничества настроение, неожиданно как-то портится ещё больше.
Так, что-то не о том думаю. Никаких оснований предполагать роман между Федериком и этой незнакомкой у меня нет, кроме её схожести с Мией Васиковской. Да даже если она действительно гувернантка, это вот вообще ничего не значит и не должно меня волновать. Вот совсем.
Это у меня уже от безделья ум за разум заходит.
От разглядывания предполагаемой гувернантки близняшек, меня отрывает тихий стук в дверь. И, после моего разрешения войти, в будуаре появляется Бригитта.
– Ваше высочество, в особняк прибыла данна Иезенния и требует немедленной встречи с вами. Она хотела пройти к вам в покои, но дан Рэймандо запретил. И почтенная данна теперь очень… раздражена. И отказывается покидать особняк, пока не увидится с вами.
Хорошо, что я ничего нем пью и не ем. На этом известии вполне поперхнуться можно было бы. Это же о ней Федерик спрашивал, помню ли я. Я ещё подумала, что, может, это его любовница... А она вот сама пожаловала, чтобы напомнить о себе.
– А данне Иезеннии разве известно, что я здесь? – интересуюсь, поднимаясь с кушетки.
– Она твёрдо в этом уверена.
Капец. И откуда такая осведомлённая взялась?
Теперь я уже здорово сомневаюсь, что это любовница Федерика. Разве любовницы ломятся с таким остервенением к законным жёнам? Разве что совершенно борзые и попутавшие берега.
И что делать?
Смотрю на служанку. Та на меня, явно ожидая что именно я приму решение и разберусь с этой ситуацией.
– А-а-а, позови-ка ко мне дана Рэймандо. Мне нужно с ним посоветоваться, как лучше поступить, – нахожу я компромисс. – А данне Иезеннии подайте чаю со сладостями.
– И что сказать? – мученически задерживает дыхание Бригитта.
Она что боится? Что там за дракон такой пожаловал?
– Что не имеете права отвечать на её вопросы без разрешения его высочества, – выразительно смотрю я на девушку.
– Хорошо, ваше высочество, – смиренно кивает горничная и поспешно отправляется выполнять мою просьбу.
А я, разгладив складки на юбке, вслед за ней выхожу в гостиную. Что-то мне подсказывает, что принимать постороннего мужчину в личном будуаре будет крайне неправильным с моей стороны.
Дан Рэймандо является практически сразу. Словно под дверью стоял.
– Доброе утро, ваше высочество, – почтительно склоняет голову, как я подозреваю, безопасник Федерика. Улыбается доброжелательно: – Рад видеть, что вам уже лучше. Бригитта сказала, что вы хотели поговорить со мной?
– Благодарю, дан Рэймандо. Да, хотела, – искренне улыбаюсь в ответ. – Можете мне посоветовать, как поступить в сложившейся ситуации? Я понятия не имею, кто такая эта данна Иезенния, и зачем я ей понадобилась. Его высочество велел мне по мере возможности не демонстрировать никому, что я нахожусь тут в особняке. Но она, кажется, и так об этом знает. Мне отказаться от встречи?
И что я такого спросила, что он так удивлённо на меня смотрит?
– Вы спрашиваете у меня, встречаться ли вам с вашей... гостьей? – с непонятным выражением уточняет мужчина.
– Ну, я бы у его высочества спросила, но его, как видите, сейчас рядом нет. А вы явно лучше разбираетесь, кто может представлять для меня угрозу. Поэтому, да, спрашиваю. А что тут такого? – склоняю голову набок.
– Эк-хм, да нет. Ничего такого, ваше высочество. Меня просто поразило ваша… рассудительность, – широко и обаятельно улыбается дан Рэймандо. – Думаю, вам всё же лучше встретиться с данной. О том, что вы здесь, она действительно уже догадалась, и может поднять слишком много шума, если ей сейчас отказать. Это явно лишнее. Будет лучше, если вы лично настоятельно попросите её не распространяться на эту тему. Но если данна Иезенния вдруг захочет погостить в особняке и составить вам компанию, сразу предупреждаю, его высочество будет категорически против.
 
Можно подумать, я бы соглашалась на такое без ведома «мужа». Хотя, может, Анна бы согласилась, а меня ведь по ней судят.
Должна признаться, что я немного надеялась на другой ответ, но раз так, придётся всё-таки встретиться с этим неведомым драконом в юбке.
 Глава 20 
 
М-да, это точно не любовница, если только Федерик не является поклонником женщин… постарше. Намного старше.
В одной из гостевых гостиных, куда меня провёл Рэймандо, я увидела пожилую седую даму в чёрном строгом платье, со строгим низким пучком из кос, идеально прямой осанкой и выражением вселенского недовольства на лице. Чопорная – вот и не скажешь по-другому – старуха, двумя пальчиками с оттопыренным мизинцем как раз наливала себе чай из изящного чайничка, когда я вошла.
И даже бровью не повела, когда я вежливо поздоровалась. Просто продолжила делать то, что и делала, словно ничего не слышала.
Я, честно говоря, опешила. И вот уже минуты две ошеломлённо наблюдаю, как эта Иезенния сначала чай налила, потом добавила сахар… Может, она глухая? Возраст всё-таки.
– Здравствуй, Анна, – произносит наконец, отложив маленькую ложечку.
И поднимает на меня взгляд. Да такой, что у меня возникает отчётливое ощущение, будто это я к ней на поклон пришла, а не она вломилась в дом «моего мужа», требуя срочной встречи.
– Позволь спросить, что это за неподобающее фривольное безобразие на тебе надето? Разве так должна встречать визитёров хорошо воспитанная девушка? – интересуется она холодно, оглядев меня с ног до головы.
Девушка? Я бы ещё поняла, если бы услышала такое обозначение своей особы в моём мире. Сама терпеть не могла, когда ко мне кто-то обращался «женщина». Все мы хотим оставаться подольше девушками. Но вот в этом мире? В этом обществе? К замужней особе? Да ладно!
Да и тот тон, которым эта... данна позволяет себе со мной разговаривать, мне мягко говоря не нравится. Интересно, кем она была для Анны? И не из-за неё ли девчонка чудила не по-детски?
– Мне передали, что вы просили срочной встречи, данна Иезенния, – натягиваю я на лицо вежливую улыбку. – Но если вас настолько не устраивает мой внешний вид, что вы готовы ждать, пока я переоденусь в подобающий наряд, то, конечно же, я пойду и приведу себя в порядок.
Не полезу я ради неё в то пыточное платье ни за какие коврижки на самом деле, но чутьё мне подсказывает, что это и не понадобится.
Данна подозрительно сужает глаза, буравя меня испытывающим взглядом. И недовольно поджимает губы. А я невозмутимо прохожу и сажусь в кресло напротив неё. Понятно же, что ждать она точно не собирается.
– Ты могла бы принять меня в своих покоях. И тогда бы не пришлось бегать по дому в домашнем платье, как какой-то распутной девке, – сварливо замечает гостья.
– Простите, но мне муж запретил принимать кого-либо в наших покоях. Разве не должна я слушаться своего супруга?
И взгляд невинный-невинный.
– В ваших? – взвивается данна. – Ты спала с мужем в одной кровати? Позволила ему забрать твою невинность? Запятнать твою чистоту своей мерзкой животной похотью?
Э-э-э, что?! Она сейчас серьёзно?
– Не-е-ет, – тяну осторожно.
Может, эта бабулька немного тю-тю? Или не немного? Не зря Федерик так радовался, что я её не помню.
«Мерзкой похотью»? «Запятнать чистоту»?
Так она что, думает, Анна до сих пор с мужем не спала? Это... и-и-интересно.
– Мы сейчас же уезжаем отсюда, Анна! Иди переодевайся. Я не позволю тебе находиться там, где твою добродетель подвергают таким испытаниям, – пафосно изрекает старушка, подхватываясь с места, и я совершенно выпадаю в осадок.
Что сейчас происходит вообще?
– Я никуда не поеду, данна Иезенния, – твёрдо возражаю, собравшись наконец с мыслями. – Меня пытались убить. И здесь я в безопасности.
Пожилая дама поражённо ахает, хватаясь за сердце. Зажмуривается в немом ужасе... Слегка переигрывает, как по мне.