Поймать фортуну за хвост (СИ)
— Доброго дня вам, господа. Вы к кому? У нас проживают добропорядочные граждане. Я лично за всем слежу. И стражу у нас никто не вызывал, — поспешила добавить женщина, решив, что господа ошиблись домом.
— Отлично. Тогда, уважаемая, может вы мне и расскажете об одной вашей жилице? Катара дие Ганрахт. Что из себя представляет? Кого у себя принимала? Дома ли сейчас? С кем общается? — вперед вышел страж. Раз уж его форма вызвала уважение, то он надеялся, женщина сможет им поведать хоть что-то интересное. И не ошибся.
— Катара? Тьфу, дрянь девка, уж простите. Паршивая овца в этом доме добропорядочных граждан. Вечно шумно у нее, громыхает так, что дом трясется. Она со своим дружком уже всем надоела. И жаловались на них, и стражей вызывали, а им на все наплевать. Да и дружок ее странный. Вечно в плаще, капюшон надвинут на глаза и идет, опустив голову. Скрывается, значит. Хорошие и честные люди не прячут лица, — быстро начала излагать женщина. Только Затара вдруг явно ощутила в ее голосе странную теплоту. Но к кому из этих двоих: Катаре или ее спутнику — пока не распознала. Хотя удивилась противоречивости. Если бы к девушке она так отнеслась, то зачем тогда ее оскорблять? Значит, парень. Кто же он такой? Особенно, если дама злится на девицу именно из-за него. Этот вопрос она решила отложить на потом, а сейчас только пристальнее начала наблюдать за говорившей.
— А вы его, значит, не знаете? Раньше тут не было этого парня? И как давно Катара живет в этом доме? — осторожно поинтересовалась Затрина.
— Да кто ж его знает, был он или нет. Я ж не знаю, кто под капюшоном сейчас скрывается. А живет, нет, не так давно, года два всего. Откуда она вообще взялась, никто не знает, а сама девица скрытная очень. Правды от нее не добъешься. Но одно могу сказать, почти два года она жила затворницей, из дому редко выходила, вела себя спокойно. Никаких нареканий от соседей. А тут… — женщина всплеснула руками. — Как с цепи сорвалась. Вот уже почти три недели она каждый день закатывает концерты. Мешает спать соседям. Постоянные крики, ругань, битье посуды. У нас-то дом не расчитан на погромы, — смутилась женщина.
Вот тут-то ведьма и ощутила ложь в словах собеседницы. Пристально глянув на женщину, ведьма нахмурилась. И теперь в ее голове зрел только один вопрос: что же она пытается скрыть такого важного? А главное — зачем? Ведь правда все равно вылезет наружу. И тогда может быть много проблем из-за этого. Неужели она сама не понимает и не осознает? Вот глупая.
— Это как раз получается после освобождения Лиера, — обернулся Шайр к Затрине, все еще сжимающей локоть шефа. Она так заслушалась, что не заметила, что сильнее вцепилась в рукав мужчины. Ведьма все время пыталась поймать некую мысль, настойчиво стучащуюся в голову, но каждый раз она ускользала от ведьмы.
— Лиер… — протянула женщина. — Вы сказали — Лиер? Так ведь это хозяин квартиры, в которой она и жила. Мы-то сначала думали, она жена его, раз вот так въехала и жила тут все время. А его все нет и нет, — сердобольная тетка руки развела в стороны и задумалась. И снова Затрина уловила фальшь в голосе женщины.
— А сейчас Катара дома? — снова повторил вопрос Шайр, на миг прикрывая глаза. Затрина заметила, как с его пальцев сорвались два едва заметных светлячка и закружили над головой привратницы. Один из них мгновенно потемнел и начал затухать, но, сев на макушку женщины, начал светиться ярче. А сама она вмиг изменившимся голосом вдруг начала говорить, словно ей кто-то вкладывал слова в голову, которые необходимо повторить.
— Они придут. Ты им расскажешь, что никогда меня тут не видела. Поняла? Никто не должен узнать, кто я на самом деле. И будет лучше, если я тебе в этом помогу. Так ты точно не проговоришься. Катара уехала, куда — неизвестно. С ней тип в плаще с капюшоном, скрывающим лицо. Вещи все забрали и вывезли. Все. Сюда они больше не вернутся. Запомнила? — вдруг привратница пришла в себя и зажала себе рот рукой. Ее лицо мгновенно изменилось, стало злым и полным ненависти. Она готова была разорвать Шайра, прекрасно поняв, кто выудил закрытую информацию из ее головы.
— А теперь вы нам честно все расскажете. Кто же такая Катара и тип в плаще, который наверняка вам прекрасно знаком, — с легкой издевкой произнес Ганр. Затрина выпустила, наконец, его локоть и отошла на шаг. Вот теперь до нее дошло, кого покрывала женщина. Сомнения развеялись. Значит, тип в плаще кто-то родной для этой дамы. А вот Катару она и правда не особо жалует. Осталось только узнать, почему.
Ноис спрыгнул с ее плеча и двинулся к женщине. Он терся об ее ноги, мурчал, вызывая недрумение окружающих. Ведьма даже рот приоткрыла от удивления. Вопрос готов был сорваться с языка, но она молчала, боясь все испортить. Сама же привратница застыла столбом, только наблюдая за питомцем. Но на руки не брала, да и не пыталась его отшвырнуть.
— Ну все, теперь можем идти и проводить обыск. О ее сыне я все узнал. В квартире Катары… упс, точнее Лиера Жаташа Гонро поговорим, — важно выдал кошак, ступая на первую ступень лестницы. Но женщина вдруг отмерла и бросилась ему наперерез.
— Никуда я вас не пущу. С какой такой стати вы собрались обыск проводить в моей квартире? — она даже расставила руки в стороны, всем своим видом выражая несогласие пропускать народ.
— В вашей квартире? — удивился страж, впервые за все время подавший голос. Ведь все время он только наблюдал за происходящим. Тетка покраснела, сообразив, что сболтнула лишнего. Но теперь вызывающе задрала подбородок, всем своим видом показывая: ничего говорить больше не станет. Шайр глянул на Затрину и усмехнулся. Ганр вышел вперед и протянул ей ордер на обыск.
— С ним вы нас тоже не пропустите? Тогда мы вынуждены будет отправить вас в департамент и взять под стражу за сопротивление органам власти при исполнении. Вы этого добиваетесь? — мягко поинтересовался Ганр. Привратница на миг стушевалась, но тут же снова вздернула подбородок.
— Все равно не пропущу. Можете вызывать, кого хотите. Но в квартиру вы не войдете, — упорно стояла на своем женщина. — К тому же ордер выписан на одно имя, а хозяйкой данной квартиры являюсь теперь я. Поэтому вам придется все переделать заново, если желаете попасть внутрь. В противном случае, я вас не впущу внутрь.
Как это не прискорбно, но Ганр едва не выругался вслух. Ему пришлось признать правоту дамы. Только отступать сейчас, когда они были у цели, не в его правилах. Шеф задумался, пытаясь сообразить, как все провернуть. И тут на пороге возник еще один персонаж.
— Прекратите ломать комедию. Ваш сын скоро погибнет. Если вы нам не поможете. Он больше никого не сможет убить, — строго и холодно произнес Жʼаш, стремительно приближаясь к привратнице, открывшей от ужаса рот после слов дракона. — Более того, боюсь, он сам скоро пополнит ряды жертв. Ему осталось совсем недолго жить. В данный момент только ваша помощь сможет удержать его на пороге жизни. В противном случае, вы даже трупа не получите для достойных похорон.
Женщина зажала себе рот рукой. Второй с силой вцепилась в перила лестницы. Она сразу поняла: дракон не врет. И сейчас перед ней стояла дилемма: спасти сына и все рассказать, или же следовать и дальше указаниям собственного сына. Ведь она ему обещала ничего никому не говорить.
Остальные тоже смотрели на чешуйчатого в недоумении. Но вопросов задавать пока никто не стал. Не место. Сначала необходимо было прояснить ситуацию с женщиной.
— Что значит, погибнет? От чего? Он же здоров и полон сил, — выдохнула потрясенная мать убийцы. Она вцепилась и второй рукой в перила, чтобы не упасть. Ее ноги подкашивались. Горе исказило ее лицо. Но верить в плохое определенно не хотелось. — Он обещал приехать за мной и забрать к себе на острова.
Женщина вдруг осознала, что сказала, и снова быстро закрыла рот ладонью. Потом еще раз осмотрела дракона. И вдруг нахмурилась. Первый шок прошел, теперь она начала злиться.
— А вы, собственно, кто? И откуда знаете, что моему сыну грозит опасность? Вы его так хотите заманить в свои сети? Отобрать у него талисман, приносящий ему удачу? Он меня предупреждал, что за этой необычной штукой скоро начнется охота. А тут и вы, явились-не запылились. Уходите сейчас же! — привратница даже ногой топнула от досады.