Настоящий полицейский (СИ)

– О боже.
– Опять защита.
Данилов представил победную улыбку бывшей жены и решил попробовать быть честным – как повел бы себя тот Игорь, который выходил из этих школьных ворот двадцать семь лет назад.
– Я видел его…
В трубке воцарилось молчание. Она поверила ему, но решила, видимо, что он сходит с ума – в ее следующей фразе послышалась печаль.
– Во сне?
– Пока был в коме. Я говорил с ним, и он сказал мне, что… отправился в будущее.
Кристина вздохнула.
– Послушай, Игорь, я знаю, ты мне не доверяешь, но я могу организовать тебе бесплатную встречу с настоящим профессионалом. Он работает очень глубоко, задействует гипноз. Только обязательно, ты должен сам принять это решение. Сам, понимаешь меня?
– Спасибо, понимаю.
– Пока ты не хочешь понимать. Но ты должен принять ответственность за свою жизнь, иначе это никогда не закончится. Ты продолжаешь вести себя как ребенок, придавленный страхом и чувством вины. Все еще ждешь какого-то чуда.
– Но что же мне делать?
– Отпустить его. Признать, что его нет.
– Нет?
– Ну, конечно! Он умер! Ты же сам говорил, что в вашем городе в то время был какой-то маньяк. Да, это ужасная трагедия, но нельзя чтобы и ты становился его жертвой. Ты ведь и сам понимаешь, что если бы ты даже и правда был плохим братом, он бы сотню раз уже простил тебя и меньше всего хотел, чтобы ты мучился всю жизнь. Тебе давно пора отпустить его. Не только ради себя, но и ради него. Пора уже повзрослеть и перестать сочинять детские небылицы.
Вероятно, она была права, думал Данилов, убирая смартфон в карман. Именно сейчас, глядя сквозь пасмурную пелену на знакомую и одновременно незнакомую Школьную улицу, ему впервые по-настоящему все случившееся показалось странным сном.
Он приоткрыл окно и закурил. Вместе с дымом по салону растекались звуки джазовой мелодии. Данилов опустил взгляд на дисплей и прочитал бегущей строкой: Scott Hallgreen - Film Noir.
На обратном пути, он заехал в Леруа Мерлен и купил большой цельнокованый топор. Взяв его в руку, он стоял некоторое время, задумчиво глядя на лезвие и привлекая к себе настороженные взгляды продавцов.
– Значит, сон, – тихо сказал он, напугав проходившую мимо женщину, и, крутанув топором, направился к кассе.
  
Глава 38
 
В понедельник он вышел на службу. Черкасов отправил его в автомобильный патруль на самый далекий маршрут. Дневная смена. Непривычные мелкие звездочки на погонах. Напарник – старший сержант, но почти ровесник. Данилов меланхолично вытаскивал уснувших алкашей из-под кустов, выслушивал жалобы на квартирных буянов, проверял документы, неспешно преследовал на служебном «Форде» голого по пояс наркомана, бегущего по дороге.
День был долгий, рутинный, но работа помогла ему отвлечься от мыслей, не дававших покоя – хотя случившееся с каждым днем действительно все больше напоминало сон, и он уже готов был согласиться с Кристиной. Возможно, и впрямь неспособное смириться подсознание, подогретое психотропным ядом, породило тот загадочный трип. Возможно… Ведь все исходные данные у него имелись с самого начала. Он сам придумал Вилли, сам оживил мертвецов и свои старые подростковые фантазии.
После наряда Данилов сдал оружие, наручники, служебный жетон и, вспомнив, что забыл отдать Черкасову топор, зашел в его кабинет, но дверь оказалась закрытой. Оно и к лучшему – начальник любил болтать и читать нравоучения, а Данилову было сейчас не до этого.
Во второй половине дня появились признаки бабьего лета – нежаркое солнце выглянуло из-за туч, асфальт посветлел, прохожие расстегнули ветровки. Данилов быстро разобрался с пробками в Новой Москве и устремился к кольцевой. На светофоре перед круговым перекрёстком справа он увидел отделение Сбербанка, занимавшее половину этажа в небольшом двухэтажном здании. У торца – вход в помещение с банкоматами. Площадка перед зданием непривычно пустовала. Данилов решил свернуть к нему, чтобы снять немного наличных с новой карты – в Москве ему без очередей и утомительного поиска места для парковки такой случай вряд ли представится.
 
Припарковав машину возле единственного съезда, он поднялся в тамбур. В помещении у стены стояли рядом два банкомата, один из которых размещался прямо напротив окна. Карты в бумажнике не обнаружилось, Данилов похлопал себя по карманам и нашел ее в кармане полицейской куртки, прямо под шевроном с надписью «ПОЛИЦИЯ».
Собираясь уже сунуть карту в банкомат, он вдруг вспомнил, что новый пин-код записал на листок из блокнота и снова зашарил по карманам.
В этот момент за спиной открылась дверь, к соседнему банкомату неслышно подошла невысокая женщина. Данилов скользнул по ней взглядом, обратил внимание на бледную кожу и небольшие руки с ярким маникюром. На указательном и безымянном пальцах левой руки поблескивали кольца, а на среднем темнела свежая ссадина. Возможно, на нем тоже раньше было кольцо и возможно с драгоценным камнем.
Листок с пин-кодом нашелся в том же кармане. Данилов сунул карту и набрал код. Женщина проделала то же самое, руки ее немного дрожали.
Данилов бросил быстрый взгляд в антикражное круглое зеркало под потолком и увидел отражение красного универсала «Ауди» за окном, затем снова скосил взгляд на женщину, только что вынувшую дрожавшей рукой из лотка внушительную пачку пятитысячных купюр – видимо максимально возможный лимит. Она слегка дернула головой в его сторону, как будто хотела что-то сказать, хотя быть может, ему просто показалось – уж слишком это движение было незначительным.
Данилов забрал свою карту, и десять тысяч мелкими купюрами, достал бумажник и снова бросил быстрый взгляд на женщину.
Она растерянно держала в одной руке пачку денег, в другой карту – будто не знала, что делать.
– У вас… какие-то проблемы? – спросил Данилов, хмуро глядя в свой бумажник.
Женщина замерла на мгновение, после чего коротко, почти незаметно мотнула головой и принялась дрожащими руками пересчитывать деньги.
Данилов снова посмотрел в антикражное зеркало. За рулем «Ауди» сидел кто-то крупный. И еще два силуэта на заднем сиденье.
– Если вам нужна помощь, но вы не можете об этом сказать, положите ладонь на панель. – Проговорил он, не глядя на женщину.
Женщина перестала судорожно считать деньги, замерла и тихо вздохнула. На десятой секунде она снова зашуршала купюрами.
Сомнений не было, но Данилов подождал еще какое-то время, а потом убрал бумажник и сделал движение, чтобы развернуться, но женщина вдруг резко хлопнула ладонью по металлической панели, так что звякнули кольца.
Данилов посмотрел на них и медленно вернулся в исходное положение.
– Продолжайте, – сказал он, – ладонь – это «да», кулак – «нет». За вами наблюдают?
Женщина приподняла ладонь и опустила.
– Красная «Ауди»?
То же движение.
Данилов посмотрел в круглое зеркало над банкоматом.
– В машине трое, один из них… заложник?
Снова ладонь.
– Он на заднем сиденье… Ваш муж?
На этот раз ладонь сжалась в кулак.
Данилов увидел маленькие часы «Картье» на ее запястье, модель – «Танк». Подделки таких часов продавали цыгане возле Киевского вокзала. Только вряд ли на ее руке подделка.
– Сын?
Ладонь вцепилась в антивандальную панель, но остановить дрожь это не помогло.
Не совсем матерые, раз сорвали только кольцо, а «Картье» не заметили, подумал Данилов. Действуют на эмоциях. Возможно, наркоманы. Впрочем, риск плачевного исхода это только повышало.
– Ездите по банкоматам, снимаете наличку?
Ладонь.
– Этот последний?
Кулак.
Данилов прикинул, что самая главная проблема для них - свидетели. Даже если они не связываются с мокрухой, после рейда по банкоматам мать и сына вывезут в глухое место, вероятно куда-нибудь в соседнюю область, подальше от оживлённых трасс и населенных пунктов, отберут средства связи и скорее всего, привяжут к дереву в каком-нибудь лесу. Это в лучшем случае. Разумеется, Данилов теперь повлияет на их планы – сообщит в дежурную часть и передаст дэпээсникам данные машины. Вот только вряд ли грабители добровольно остановятся по взмаху гаишного жезла. Более вероятный вариант – погоня, автомобильное родео, ДТП, возможно с жертвами. В любом случае, заложникам придется несладко.