Настоящий полицейский (СИ)

Может быть, так звучит голос того, кого он никогда не слышал, но знал?
Игорь прошел уже половину пути – девять ступенек. Отчего-то спускаться становилось труднее. Преодолев еще три ступеньки, он понял, что дело еще в одном звуке. Он был громким, но Игорь с трудом его различал. Каким-то неведомым чувством он понял, что его ухо, обычное человеческое ухо с трудом распознает подобные звуки, оно просто не приспособлено к ним. Вопрос почему – остался без ответа, хотя была еще одна догадка. Когда осталась всего пара ступенек, Игорь остановился, глядя на кусок красноватой стены. На ней замерла тень: два скрученных конуса.
– Игорь! – Позвал голос и на этот раз Игорь понял, что этот голос и ультразвуковой стрекот были одним и тем же звуком. Стрекот раздавался совсем рядом. Игоря прошиб ледяной пот, в следующее мгновение два скрученных конуса на стене дернулись, но от разрыва сердца его уберег оглушительный удар в ухо. Искры буквально посыпались из глаз, засверкали в красноватых углах, но оценить красоту преображения он не успел, поскольку потерял сознание.
Через плотную черноту сначала пробились голоса.
– У тебя че, Скользкий, батон совсем рассохся?! – Хохотал кто-то в конце длинной-предлинной трубы. – Это ж в натуре дитё!
– Да глохни ты, фанера бестолковая!
Хохот размножился.
– Не, я думал, в натуре может карлик какой.
– Какой нах..й карлик?
– Ну бл.., Джеки Чан х..й его знает.
– Сам ты Джеки Чан! Вон Чингизу предъявляй!
– Бл.., ну вы даете, пацаны. Если бы я вас с Чингизом не знал, подумал что за лошье.
– Веник привяжи, я сказал!
Снова смех.
– Ладно-ладно, просто шустрый пацан оказался.
– Где нашли-то мусорёнка?
– Стоял на Дольфа пялился как зомби, видать сам не понял, что сотворил.
– Ладно, братва, не гони волну, оклемался малой.
Кто-то дал Игорю жесткую пощечину и остатки дурмана мгновенно разлетелись. Он открыл глаза и увидел перед собой широкоскулое лицо того, которого уже сегодня разоружил. За ним стояли пять или шесть крепких мужиков, среди которых выделялся один высокий в кожаной куртке. Черные волосы его были аккуратно зачесаны назад, как у какого-нибудь чикагского гангстера из черно-белого кино. Выделялся он и взглядом больших глаз, которые глядели удивленно, но при этом уверенно и сомнений не было что он здесь главный.
У Игоря болело правое ухо и в голове звенело. Он закрыл глаза и снова получил удар по щеке.
– Скользкий, не зажмурь его, он еще нам спеть должен.
Высокий подошел ближе. Лицо его было совершенно белым и вытянутым как у лошади.
– Ну, че малой, кто этот мусор тебе? Брательник?
– Никто.
«Лошадь» кивнул, словно только и ждал этого ответа. Справа за спиной раздался глухой удар и стон. Так Игорь понял, что Вилли пока соблюдает свой жизненный сценарий.
На самом лице Игоря не отразилось никаких эмоций – даже страха. Видимо это слегка удивляло «вожака». Он присел перед Игорем на корточки. Заскрипела дорогая кожа. К ее запаху примешивался аромат какой-то ядреной туалетной воды с запахом лимона.
– Зачем вы ездили за девушкой? – Спросил он тихим голосом и даже как будто ласково.
– Я ищу брата.
– Мусор тебя на эту байку натаскал?
– Он просто помогает мне. Где мой брат?
Сидевший рядом бандит ударил Игоря в больное ухо.
– Отвечай на вопрос, выбл..док мусорской!
– Мой брат глухонемой. – Проигнорировал его Игорь.
Он заметил, что взгляд «лошадиного» вожака метнулся в сторону, словно искал кого-то.
Бандит схватил Игоря за шею и начал душить.
– Отпусти ребенка, – просипел Вилли где-то из-за спины, – такое тебе с рук не сойдет, ты же знаешь.
Обращался он видимо, к вожаку.
– Пугаешь, мусор? – Ухмыльнулся «вожак», поднимаясь во весь свой немалый рост.
– Ты же не идиот. Убийство милиционера и ребенка. Ты сам знаешь, что поднимется. Вас под корень за… – Вилли не договорил и захрипел от очередного удара.
– А мне какое дело, что поднимется? Я только вижу, что ты один с пиз..юком и нет у тебя ни телефона, ни маячка на тачке. Даже рации нет – что ты за мент такой? – Вожак сунул руки в карманы, приближаясь к Вилли, так что Игорь его уже не видел, а слышал только его низкий спокойный голос. – И даже если ты и маякнул кому, в чем я сомневаюсь, наша принцесса так вас помотала, что вас теперь сам черт не найдет. А катакомбы здесь знаешь какие? Даже тачка твоя испарится навсегда.
 
– Твоя «Вольво»… засвечена… – Хрипел Вилли.
– На кого засвечена? Ветерана войны? Он в доме престарелых овсянку беззубым ртом жует, не помнит даже свое имя… Знаешь, где ты просчитался, мусор? Ты сунул нос в дела, в которые совать нос не следует.
– Я не сую нос в твои дела. Мы просто искали пацана.
– Ты еще не понял, мент? Ты никого больше не ищешь. Ты отсюда не выйдешь.
Вожак вернулся обратно, посмотрел на Игоря.
– Вот только что с пиз..юком делать? Здесь ваша хитрость мусорская удалась. Дитё жмурить не по понятиям. – Вожак достал из кармана сияющий шестизарядный кольт с укороченным стволом. – Пускай решит смотрящий небесный. Он ошибок не делает.
Вожак высыпал на ладонь большие сорокапятимиллиметровые патроны и начал вставлять их обратно в барабан по одному. Игорь заметил, что он вставил только три патрона, остальные убрал в карман.
– Это и есть убийство! – Закричал Вилли.
– Нет, мусор, это ваши козлячьи понятия. Воля всевышнего самая справедливая. Пятьдесят на пятьдесят. Да или нет. И ты сам его к этому выбору притащил. Не я сюда вас привел. Держи, пацан.
Вожак протянул пистолет Игорю. Сразу же ему в лицо нацелились автоматы двух бандитов.
– Крути барабан, но не дури – иначе просрешь свой шанс.
Интересно, подумал Игорь, забирая тяжелый кольт, может, в этой реальности для него уготован именно такой конец? И что будет, если это произойдет? Что будет с его будущим и прошлым? И что будет с Вилли? Кого он встретит в будущем? А может это просто неудачная попытка? Тогда стоит ее быстрее закончить, чтобы… Чтобы дать кому-то новый шанс. Шанс сделать то, что он не сумел.
Игорь крутанул барабан и приставил пистолет к виску.
Он заметил, что бандиты смотрели хмуро – их происходящее явно напрягало, кроме одного. Глаза вожака горели возбуждением, он даже приоткрыл рот. Так ты любишь играть, сукин сын?
– Прижимай крепко, у него сильная отдача, – сказал вожак.
Игорь чувствовал, как холодный ствол пережимает вену на виске и кровь, в голове сливаясь со звоном в ухе, стучала, отзываясь болью как удары молота. Сейчас все закончится. Игорь много раз сидел в кресле, приложив свой «ПМ» к виску безо всяких «пятьдесят на пятьдесят». Под ногами, как правило, валялась пустая бутылка из-под виски, но только два раза он близко подходил к той грани и знал, что чем дольше ждешь, тем выше поднимается волна в груди, которая заставляет отводить руку. Главное, не тянуть с этим – будет только хуже. Потому что в отличие от мрачных алкогольных вечеров здесь есть те, кто сумеет закончить то, на что у тебя не хватает духу.
Игорь нажал на спусковой крючок. Тихий знакомый щелчок.
На паре суровых лиц отразилось едва заметное облегчение.
Вожак улыбнулся и кивнул.
– Я же говорил: небесный смотрящий ошибок не делает. Опусти руку, малой. Ты сегодня заново родился.
Вожак подошел, забрал пистолет. Возбуждение в его глазах угасало, но Игорь уже понял его слабую сторону.
– Я хочу еще раз сыграть, – сказал Игорь.
Огромная спина в кожаной куртке замерла. Вожак обернулся – на «лошадином» лице играла улыбка, по которой Игорь понял, что выбрал правильный глагол – именно «сыграть».
– На что?
– На него. – Игорь указал на Вилли. – Пускай смотрящий на небесах решит и его судьбу.
– Он мент.
– Ты сомневаешься в воле смотрящего? Ты ведь ничего не теряешь, зато можешь получить – второй шанс, – Игорь указал на себя.
Понятия, смотрящий – все это чушь, об этом говорил огонь, снова зажегшийся в глазах. Его интересовала только игра.