Не надо, папа! (СИ)
Сарада очнулась и посмотрела вокруг. Над макушками деревьев виднелась размытая статуя.
Сарада стерла большим пальцем кровь с щеки, провела по руке и сложила печати. На земле развернулась печать. Появился Дайса. Последний козырь, Котоамацуками — его все еще можно было использовать, чтобы победить Обито.
«Джуин, Сарада, — напомнил Орочимару. — Их ставят в основном с одной целью».
— О чем ты?
«Котоамацуками остановит Обито, но может случиться так, что это и убьет его. Убитый, он не вернет Девятихвостого, а пока мы с тобой будем возиться со статуей, Наруто-кун…»
Она зарылась руками в волосы. Пальцы были холодными, как лед, и снова дрожали.
«Есть еще один путь», — продолжал Орочимару, очень осторожно, словно боялся спугнуть ее.
Ничто в душе не шелохнулось. Сарада сомневалась, что в мире есть что-нибудь еще, способное ее напугать. Самое страшное уже лежало перед ней — Нанадайме, из которого стремительно утекали последние капли жизни.
«Мы не можем быстро извлечь Кьюби из статуи. Но есть еще одна половина».
Сарада прислушалась к внутреннему голосу внимательнее.
«Йондайме Хокаге Минато запечатал в Наруто-куна лишь половину чакры Кьюби. Вторая половина — в нем».
— Он мертв. Это пустые разговоры.
«Не пустые».
Орочимару зловеще улыбнулся. Прежде Сарада бы рассердилась на него за этот коварный голосок, слюнявое облизывание и кровожадность, но сейчас было не до того. Сознание лихорадочно металось в поисках выхода: как спасти дорогое существо.
«Ты всегда узко мыслила, Сарада. Его можно призвать техникой Эдо Тенсей. Образец у меня найдется».
К потустороннему холоду в крови прибавился ледяной ужас. Сараде показалось, сами мертвецы дыхнули на нее из могил пеплом и трупным запахом разложения.
Для Эдо Тенсей нужна жертва.
«Она есть».
Сарада с силой моргнула и яснее взглянула на мир вокруг себя. Прямо на нее во все глаза пялился Тензо. Она отшатнулась от него. Тензо потянулся к ней, но Сарада яростно вырвалась, словно он мог убить ее одним касанием, или, того хуже, прочитать те ужасные мысли, которые ей нашептывал Орочимару.
Исключено.
Саннин внутри мягко улыбнулся.
«Решать тебе».
****
Примечание автора:
Если вы полагаете, что общее благо должно стоять превыше личного, вам к главе 175 (следующая).
Если наоборот — глава 179.
Глава 175. Ветвь Младшего: За перекрестком
175
Орочимару затих внутри. Реальность прояснилась. Взволнованный недоумевающий Тензо напротив. Вибрация от шагов статуи. Тяжелый воздух, полный влажной морской прохлады. Тело Наруто под дрожащими руками.
«Решать тебе», — мелькнула в голове мысль, повторяя слова Орочимару.
Сарада отняла руки от груди Наруто и посмотрела на свои ладони. На долю секунды она пригрела на сердце шальную мысль: поддаться на провокацию Орочимару и отобрать жизнь у Тензо, чтобы окольными путями вернуть ее Наруто. Губы тронула кривая улыбка. В последние годы эгоизм и цинизм в сердце окрепли настолько, что будь дело только в ее желаниях, она бы так и сделала.
Останавливало только одно: воля самого Наруто. Сарада лихорадочно пыталась понять, как бы на ее месте поступил он, но почему-то не получалось. Воображаемый Наруто так и не мог сделать выбор. Зато Сарада отлично представляла, что бы он сказал на своем месте, вернувшись к жизни, примени она на Тензо Эдо Тенсей.
Нанадайме бы ее не простил.
****
С высоты Обито заметил, что остров стал меньше. Вода подступала со всех сторон. Черепаха не выдержала бойни, которую они устроили, и решила уйти под воду.
Убраться бы отсюда, пока тут все не затопило. Но в измерении Камуи Сарада и Какаши. Что же…
Шаринган поймал движение. Обито едва успел сотворить стержень. Сюрикены звякнули о металл, и следом на него всем телом навалилась Сарада. Прут скрежетал под кунаем: острие едва не распороло ему горло. Обито напряг единственную руку и с силой отшвырнул девушку от себя. Она упала на плечо статуи в основание воротника и жадно пыталась вдохнуть — легкие свело спазмом от удара. Обито швырнул ей вдогонку прут, пока не опомнилась. Стержень вошел четко в лоб и, пробив череп, пригвоздил девушку к телу статуи.
Как она выбралась? Чертов Какаши…
Сарада не пыталась применять свою технику глаз, иначе он был бы уже мертв. И Сусаноо не стала использовать. Не хватило чакры, не иначе. Победа далась ему неожиданно легко, однако и такое в жизни случалось. Ставка Сарады наверняка была на внезапность атаки. Не могла использовать сильные техники и решила застать врасплох. Не получилось.
Обито спрыгнул к свежему трупу.
Оставлять пропадать такие хорошие глаза было расточительством. Сарада стеклянным взглядом пялилась в небо. Вокруг стержня во лбу выступила кровь. Очаг чакры медленно гас. Обито склонился над ней и надавил пальцами по краю глаза. Черная радужка вдруг стала алой, проступившие томоэ сложились в рисунок сюрикена.
Обито не успел отвести взгляд. Слишком быстро.
Этот рисунок Мангеке... Учиха Шисуи!
Внутри что-то болезненно оборвалось. Рука провалилась в голову Сарады. Тело девушки разбилось на воронов. Крикливые птицы разлетались восвояси, задевая крыльями его лицо.
Вороний клон. Надо же. Да еще гендзюцу.
В груди было тепло и больно. Глаза пекли от жгучей соленой влаги.
Обито бездумно пялился на свою руку в темной перчатке. Вспышка боли в груди была неслучайной — это разорвалось сердце. Но вместе с тем пришло понимание.
Другой мир создать невозможно. Потому что мир — настоящий мир — только один.
Такая простая и ясная истина, даже странно, как он не отыскал ее раньше. Дикий стыд душил Обито. Рин ведь всегда наблюдала. Она точно все видела, в том числе и его позорные метания.
Жар стыда чуть схлынул. Вместо него нагрянуло непривычное, практически забытое чувство счастья и общности: за спиной — друзья, которых он уже давно вычеркнул из своей жизни, рядом — Какаши…
А впереди — Рин.
Слабая мысль, что он все сделал не так, угасла в зародыше, задавленная болью в груди и невесть откуда свалившимся облегчением. Тьма приняла его в объятия.
****
На коже выступил липкий холодный пот. Чакра утекала на медицинскую технику. Наруто еще можно было спасти. После Котоамацуками Обито должен был стать их союзником. Вся надежда была на то, что Орочимару ошибся и джуин на сердце не сработает на убийство.
Вибрация стихла. Статуя перестала шагать. Накатившая тишина пугала.
Сработало? Насколько сработало?
Руки снова задрожали. Сарада зажмурилась и выдохнула.
Спокойствие. Лучшее, что она может сделать сейчас, это поддерживать жизнь в теле Наруто. И дожидаться вестей.
С неба спустился Дайса, приземлился неподалеку. Сарада захватила его в гендзюцу и в обратном порядке считала память. Обито оживал и отходил от вороньего клона, взлетал спиной на голову статуе…
Сарада разорвала ментальный контакт с птицей.
Голову сдавило тисками.
Обито не выжил.
«Ты все еще можешь…» — осторожно начал саннин.
— Заткнись! — рявкнула Сарада.
Слезы жгли слепые глаза. Она уже приняла решение: не использовать Эдо Тенсей. Поздно было пытаться склонить ее к этому.
— Я… ничего не говорил, — сказал Тензо.
— Заткнись, — выдохнула она сквозь зубы, на этот раз ему.