Не надо, папа! (СИ)

Послышался грохот. Посреди поваленного леса вставала исполинская статуя. Она была настолько огромна, что даже Сарада со своим зрением различала ее очертания. Цепи потянулись к статуе. 
— Отлично, — послышался голос Обито. — Хачиби, теперь ты мой.
От чакропокрова Наруто отделился протуберанец с зарождающимся расенганом. Цепи туже стянули горло. Наруто захрипел. Протуберанец рассеялся.
— Куда ты бить им собрался! — в отчаянии воскликнула Сарада, по инерции скользя на крови Хачиби. — Себе по рукам? Стержень все равно останется в ладонях!
Позади с треском ломались деревья. Восьмихвостого утягивало цепями к статуе все быстрее.
«Хачиби не спасти. Забирай Наруто и уходим».
Орочимару командовал, деловито озвучивая ее же собственные мысли.
Прикасаться к пруту нельзя. Техники разрушат лишь видимую часть. Не отрывать же Наруто руки… Черт. 
Фокус Канрен врезался в прут. Горячий поток чужой чакры внутри. Очень мощной жалящей чакры. Глаза запульсировали — их разрывало от давления. Снова стало влажно от выступившей из глазниц крови.
Почему я каждый раз трачу заряд Канрен на все, кроме нашего врага?
«Плевать. Протянуть бы эти восемь с половиной минут. С Учихой Обито разберутся птицы».
Импульс чакры передался в стержень. Поток чакры Обито внутри стержня сбился. Цепи, сдерживающие Наруто, поблекли. Импульс вышел из-под контроля и разорвал прут. Наруто отбросило отдачей, но его мигом подхватил Какаши-сенсей. Оба скрылись из виду.
Сарада тихо заскулила от боли. Мир заволокло уже знакомой коричневой пеленой, вспыхивающей яркими пятнами. Ей казалось, что это уже не просто кровь выступает на ресницах, а вытекают сами глаза.
Кто-то подхватил ее. Внутри стало легко — прыжок, миг полета. Чакра рядом была знакомой. 
Тензо.
****
— Ублюдок! Отпусти их! — заорал Наруто.
Он хотел снова ринуться на статую, но его остановил Какаши-сенсей.
— Не горячись, а не то снова попадешься. 
Наруто сжал кулаки в бессильной ярости и тихо сказал:
— Если из него извлекут биджу, он умрет.
Страшная мысль, которая загоняла его паникующий разум в ловушку. Но что он мог сделать? Было лишь два пути спасти Би. Один он только что опробовал и едва не попался сам. Второй — убить Не-Мадару.
Но как можно убить ублюдка, которого не можешь коснуться?
Цепи втягивались все быстрее.
Горячие слезы заволокли зрение. Наруто показалось, что это не дядьку Би, а его подтягивали к некой решающей черте. За той чертой лежала другая вселенная — мир беспощадный и острый, как лезвие куная. И Наруто отчаянно не хотел оказаться по ту сторону. 
— Не позволю.
Ему безумно хотелось стать огромным и сильным, как эта статуя, на которой торчал Не-Мадара. Даже режим Кьюби казался каплей в море. Мощь и покалывание на коже успели стать привычными.
Земля задрожала: это взяла разгон огромная белая лошадь. Пять хвостов развевались за ее крупом. Она неслась прямо к беззащитному осьминогу. 
Добивать? Куда уже!
Но Пятихвостый неожиданно пронесся мимо дядьки Би — направлялся к статуе.
— Что оно делает? — в недоумении спросил Скрытный Анбу.
— Без понятия, — ответил Какаши-сенсей.
Осьминога перестало притягивать к статуе. Не-Мадара отвлекся. Из его ладони вырвалась цепь и обвилась вокруг шеи Пятихвостого. Лошадь споткнулась. Не-Мадара дернул цепь. Гоби завалился на бок и рухнул на землю. Вибрация от его падения достигла Наруто и передалась ему в кости, а с ней принесло тихий мучительный стон: «Как же больно…»
— Что это? — пробормотал он ошарашенно.
«Пятихвостый, — рыкнул Курама. — Телепатия».
Пятихвостый…
Наруто впервые видел столько биджу в одном месте. Такие разные, сильные… И в то же время неожиданно человечные.
«Не зевай, Наруто! Это наш шанс освободить Хачиби и его джинчурики. Я поделюсь с тобой силой».
Наруто оглянулся на Кьюби, прижавшегося щекой к прутьям клетки.
— У тебя осталась чакра?
— Да, — нетерпеливо ответил Лис. — Давай, скорее. Открой клетку! Из-за нее я могу дать тебе лишь крупицу чакры. У тебя уходит куча времени на бой!
 
Наруто заметил протянутый сквозь прутья кулак и оцепенел. Не время было предаваться сантиментам, но все же… Этот жест в его жизни символизировал очень глубокую духовную близость.
— Слей свою чакру с моей, — скомандовал Кьюби.
— Опять поиграем в перетягивание каната? — ухмыльнулся Наруто.
Он старался вести себя уверенно и дерзко, но вот в глубине души его мучили сомнения.
Без мамы и Сарады я бы не справился тогда. Если Курама захочет… 
— Тупица. У нас нет на это времени, — Лис угрожающе наморщился и приподнял верхнюю губу, обнажая зубы. — Впрочем, у меня времени предостаточно.
На кону была жизнь Би. Наруто посмотрел на свой кулак и, недолго думая, прижал к мохнатому кулачищу Девятихвостого. Словно импульс прошел от Кьюби к нему, прямо в сердце. Так легко стало внутри и весело, несмотря на мрак, творящийся в реальности, что Наруто не удержался и тихонько рассмеялся.
****
— Эй, Учиха. Сможешь снова использовать техники глаз? — спросил Наруто не своим голосом.
— Смотря… с какой целью, — осторожно ответила Сарада.
Наруто? Он поменялся с Кьюби, как я тогда с Орочимару?
— Сусаноо. И твоя техника убийства взглядом.
— На нее уходит слишком много чакры. Мне не хватит. Да и глаза не факт, что восстано…
— А ты, Какаши?
— Смогу, но зависит от размера. Камуи использует… 
— Дайте мне руки, — нетерпеливо перебил Лис.
Он грубо сжал ее ладонь. Наруто бы обращался с ней иначе. Присутствие чужой личности у руля его тела ощущалось в каждом, даже самом малейшем движении. Резкий приток чакры вскружил голову.
— Вам хватит. Прикрой нас с Наруто, принцесса. 
Он называл ее «принцессой» с таким ядовитым ехидством, словно пытался оскорбить. Сарада кивнула, старательно игнорируя издевательский тон.
— Спасибо, что помогаешь.
— Я помогаю потому, что толку нет ни от Хачиби, ни от вас. Все приходится делать самому! 
Сараде показалось, что его радужка не голубая, а красная и с вертикальным черным зрачком.
— Эй-эй, полегче! — возмутилась она. — Только вылез и сразу ругаться! Я просто сказала «спасибо».
— А ты меньше говори и больше делай!
Она прикусила язык.
Странные ощущения. Возможно, дело было в том, что Кьюби говорил с ней из тела Наруто, но вот видеть Лиса не безмозглым воплощением ярости, а вполне очеловеченным существом оказалось до черта непривычно. Грубая и уверенная в себе личность с мощными задатками лидера. Вылез и за минуту организовал всех вокруг себя. Даже ее.
Хм.
Сарада нервно поправила очки. 
С Орочимару и то проще.
Но Кьюби можно было понять. Вероятно, ему совсем не хотелось в статую, раз он так активно взял дело в свои лапы.
Она активировала Мангеке. Глаза обожгло огнем.
Чакры было в избытке. Можно было не сдерживаться. Вокруг стал формироваться скелет Сусаноо. Чакру не приходилось выжимать из себя насильно, и тело болело совсем не так, как раньше. Или за этот бой она стала менее чувствительна к боли?
— Какаши, — небрежно приказал Нанадайме-Кьюби. — Твоя задача — прикрывать ее. Все поняли?
****
В глазах биджу провернулись томоэ шарингана. Пятихвостый уменьшился до размеров джинчурики и встал на четвереньки. 
Цепное животное.
Обито хмыкнул. Цепь, связывающая его с Гоби, рассеялась. Теперь можно было спокойно затянуть в статую Восьмихвостого. Пространство исказилось. Родной глаз против воли запульсировал. Чужая техника резонировала, он четко чувствовал ее фокус на шее Гедо Мазо.