Не надо, папа! (СИ)

— Ты чего своровал мою чакру, скотина прожорливая?!
Карин пнула его босой ногой и замахнулась кулаком, но удар прошел мимо — Зецу присел и попятился. Итачи швырнул в него сюрикены — четко мимо Карин. Часть сюрикенов вонзилась в стену и прошила бумажное покрытие седзи. Другая часть красиво вошла Зецу в мускулистое плечо. Он взвизгнул и юркнул в открытую дверь соседней комнаты. Карин погналась за ним. Итачи ринулся следом.
В комнате было пусто. Карин высунулась по пояс из окна и едва не вывалилась в сад. Итачи успел ухватить ее за шорты и втянуть обратно в комнату.
— Ушел, — Карин с досадой стукнула кулаком по подоконнику.
— Куда?
— Под землю.
Быстрый.
Карин сердито поскребла ногтями подоконник и вдруг резко развернулась к нему лицом.
Сомкнутые колени. Носок одной ноги трущийся о подъем другой. Полуприкрытые веки. Румянец. 
Тебя только что чуть не сожрал Белый Зецу. А ты опять за свое? 
Карин с поразительной скоростью умудрялась переходить из состояния «беспомощная жертва» в состояние «осатаневшее рыжее чудовище» и наконец в финальное. Итачи никак не мог определиться, каким термином его описать: то ли «невинная развратница», то ли «развратная невинность».
— Как ты позволила ему подобраться настолько близко? Ты же чувствуешь чакру.
С Карин мигом слетел налет обольстительности. Стекла очков сверкнули, скрывая ее растерянный взгляд.
— Я… я… того этого… — Она стала усиленно поправлять очки. — Я проверяла в порядке ли Саске, вот.
— Хм. И как?
— В полном порядке.
— Замечательно. Будь внимательнее. Если Зецу способны проникать в деревню из-под земли, не исключено, что у нас снова будут гости.
— Сам-то не зевай, — буркнула Карин.
Она явно обиделась.
****
Сарада развернула послание.
«Белые Зецу атаковали деревню. Под контролем. Глаза без изменений. 
Дядя».
Она вздохнула.
Без изменений.
Оплот ее непоколебимого упрямства снова стало подтачивать сомнение. Быть может, разрешить Орочимару…
Нет!
Она сжала в кулаке записку.
Не дождется.
На деревню напала армия Белых Зецу. Значит, с Камнем было неспроста. Мадара остался жив. «Акацуки» продолжали действовать.
Надо внимательнее приглядывать за Наруто.
Он не оставался один. С ним вечно были Какаши-сенсей, Тензо или Би.
— Что пишет Итачи? — спросил голос за окном.
Какаши-сенсей. Она чувствовала, что он давно уже читает книгу на коротком карнизе неподалеку от ее окна. Но Дрошу он все же не видел. За этим Сарада следила четко.
Она поддела створку окна и задвинула наверх. Высунулась наружу. На улице гулял соленый ветер.
— Вот.
Она протянула записку сенсею. Какаши быстро пробежал взглядом по строкам и скомкал бумагу в кулаке.
— Вот как… Стоит быть начеку.
Сарада согласно кивнула.
****
Из земли вырос Зецу.
— Ну что?
— В Конохе нет следов джинчурики, — объявил Черный.
— И в Облаке тоже, — подхватил бодрым голоском Белый.
— Продолжайте искать, — распорядился Обито.
— Зато мы нашли Итачи, — похвастался Белый.
— Он жив?
— Да.
— А его спутница?
Белая половина Зецу, способная на эмоции, скривилась.
— Все еще да.
— Она мне мешает. Избавьтесь от нее.
— Это будет сложнее.
— Почему?
— Она как Мито, — прохрипел севшим голосом Черный Зецу. — Она нас почувствует.
  
Глава 166. Ночные запахи
 
166
Солнце садилось. Небо над обороняющейся деревней заливало теплым розовым цветом, который именно сегодня казался зловещим. Конохамару мчался по улице, время от времени поглядывая на тающий за деревьями солнечный диск, и отмечал, что цвет неба стремительно меняется с каждой минутой.
 
Дома стояли целые и пустые. Всех, кого можно было, увели в укрытие. Ему сказали оставаться в убежище в скалах, но Конохамару не мог просто сидеть с детьми и стариками. Он хотел сражаться. Под видом поиска заблудших гражданских Конохамару метался по опустевшим улицам и помогал своим добивать оставшихся Зецу — так назывались эти белые твари. 
Ноги болели. Чакра уже была на исходе. В этот день он доподлинно ощутил, насколько чакрозатратен расенган. Его нельзя было использовать на каждого Зецу. Пришлось изловчаться и атаковать всех по-разному.
Розовое зарево уже угасло, сменилось слабыми желтоватыми отсветами, тонущими в темной синеве подступающей ночи. Вылетев за поворот, Конохамару поспешно затормозил. В тупичке между домами оказалось целых пять Зецу, и они окружали девчонку, чуть младше него с виду.
Хм, она же это… даже не генин.
Девочка чуть повернулась, и Конохамару увидел бесцветные глаза Хьюга. Ханаби — так ее звали. Младшая дочь главы клана. Теперь он вспомнил. Конохамару с ней не общался. Они нигде не пересекались. Хьюга не выходила гулять, сидела все в стенах своего хьюжного особняка… Возможно, она считала, что водиться с такими, как он и его команда, было ниже ее достоинства?
Конохамару на мгновение смутился. Со стороны они втроем, наверное, и правда выглядели по-дурацки. Иногда. Совсем чуточку. Однако сейчас эту Ханаби срочно надо было спасать.
Пятеро Зецу.
Чакры на расенган не оставалось. Сил вообще оставалось не много. С пятью по отдельности он бы еще справился, но не с пятью сразу. 
Люк позади с грохотом отодвинулся. Из него полез шестой.
Ч-черт. Влипли.
Хьюга Ханаби застыла в странной неестественной позе: чуть подкошенные колени, левая рука ладонью вперед, правая прижата к боку. На висках проступили сосуды. Конохамару стало не по себе. Он стоял в тупиковом переулке с шестью врагами и мелкой девчонкой из древнего клана, которая и на ногах-то как следует не стояла, иначе чего б ей так колени поджимать. Небо погасло. Солнце село.
Он резко пригнулся, учуяв опасность. Шестой Зецу пролетел над ним, зацепив брюхом его выпирающий чуб. Поясница заныла — поганец задел ее коленом в падении. Конохамару выхватил кунай и мигом очутился у Зецу на спине. Тот дрыгнулся, пытаясь подняться, но Конохамару уверенным движением вогнал ему кунай прямо в шею и чуть провернул в сторону. Под лезвием что-то сочно хрустнуло. Он убивал автоматически, даже не задумываясь о том, что лишает кого-то жизни. Это были враги. Даже не люди.
Минус один. Осталось пять.
Один из Зецу, окруживших девочку, прыгнул.
Черт!
Ханаби сделала шаг в сторону. Зецу пролетел мимо нее. Конохамару вскочил на ноги, но в этот же миг девочку атаковали еще двое. Хьюга двигалась молниеносно. Шаг назад, поворот. Резкий выпад.
— Ха!
Зецу повалились на землю. Конохамару снова увидел Ханаби. Она на мгновение задержалась, вытянув перед собой обе руки. Ее стычка с тремя Зецу длилась пару секунд, но Конохамару хватило, чтобы понять: лучше не приближаться. 
Самый первый позади девочки уже поднялся. Конохамару хотел кринуть: «Сзади, корэ!» Не успел. Ханаби двигалась быстрее, чем он успевал подумать. Сказать бы изящно, но стиль ее тайдзюцу выглядел слишком необычно. Ханаби производила впечатление сломанной куклы, но при этом двигалась четко и резко, да на такой скорости, что половину ее движений начисто проглатывали сумерки.
Конохамару считал себя сильнейшим из генинов Конохи среди ровесников. Знал техники А-ранга. Ну… технику. Однако сражался он пусть и действенно, но чертовски неуклюже. Белые Зецу, которых он за сегодня одолел, казалось, были до крайности удивлены, что их победили… так. В то же время каждое движение Ханаби было осмысленным. Конохамару мог поклясться: она контролирует каждую мышцу, и каждая капля ее чакры идет туда, куда задумано.