Не надо, папа! (СИ)

Эти встречи казались Итачи странными. Он принадлежал к Анбу под непосредственным руководством Хокаге. После окончания проверочной миссии — его с Данзо уже ничего не должно было связывать, но человек, воплощающий тьму Листа, не собирался с ним расставаться. Данзо поднялся из-за стола и, постукивая по полу тростью, подошел к Итачи поближе. За его спиной неизменно маячила тигриная маска.
— Учиха Итачи, ты можешь встать.
Он подчинился. Данзо сверлил его единственным глазом.
— Как тебе Анбу?
— Пока не знаю.
— Честный ответ. У тебя еще будет масса возможностей набраться опыта. А до тех пор — шлифуй свои навыки, — распорядился Данзо, как будто Итачи был его учеником или подчиненным.
Но Анбу Хокаге не имело никакого отношения к Корню. Соответственно, у Данзо не было никаких прав отдавать Итачи приказы. Все это было очень странно.
— Есть причина, почему я вызвал тебя сегодня.
Итачи тихо кивнул.
— Ходят слухи, что в квартале Учиха к незнакомцам относятся довольно жестко в последнее время.
Итачи промолчал.
— Я чувствую, что-то затевается. Ты же бываешь на регулярных собраниях, верно, Итачи?
— Да.
За недолгое время службы в Анбу Итачи столкнулся с вещами, которые его потрясли до глубины души. Бессмысленно врать. Клан и так был как на ладони. Весь квартал двадцать четыре часа в сутки был под наблюдением. В Анбу создали отдельный пункт, где посменно велось наблюдение за Учиха. Каждый уголок района, каждый переулок, каждая улица, каждый дом — все находилось под пристальным взором Анбу, и самого Итачи заставляли отрабатывать смену, подглядывая за собственными соклановцами. Нет, это уже давно был не квартал, а резервация, гетто. Закрытая территория, на которой удобнее всего было отслеживать жизнь Учиха. Раз увидев это, Итачи понял — он не скажет клану. Стоит им узнать, и негодование Учиха будет не сдержать уже ничем.
— Я хочу, чтобы ты докладывал мне о том, что происходит на собраниях, — велел Данзо.
— Вы предлагаете мне предать свой клан? — жестко спросил Итачи.
— Ты не предаешь их, а спасаешь. Предательство подразумевает ущерб, а Учиха получат лишь выгоду. Ты ведь понимаешь, что если твой клан выступит против Конохи, деревня не станет сдерживаться? Препятствуя восстанию, ты спасаешь им жизни. Так что это не предательство, Итачи.
Данзо ловко жонглировал словами, пытаясь сбить его с толку, и давил на его слабость — желание сохранить мир. Но Итачи был далеко не так наивен, как полагал лидер Корня.
Ты очень красиво говоришь, Данзо. Но то, что ты приказываешь мне сделать — все равно предательство.
— Я понял, — кратко ответил Итачи.
— Памятуя о твоей страсти к пацифизму, я был уверен, что ты согласишься.
Итачи не дал себя одурачить, но он признавал, что другого пути действительно нет. У него не было никакого внятного плана, как помешать клану совершить переворот. Пускай ни он, ни Шисуи не заикнулись никому о восстании, но Совет и сам подозревал, что Учиха что-то замышляют. Шисуи заручился поддержкой Хокаге. А он, Итачи, раз уж на то пошло, наладит контакт с Данзо. Быть может, имея в союзниках Хокаге и силы Корня, удастся предотвратить гражданскую войну?
— Можешь не рассказывать мне все, только то, что посчитаешь нужным. Выбор оставляю за тобой.
— Спасибо.
— Я рассчитываю на тебя, Итачи. Судьба Учиха — в твоих руках.
Каждое слово Данзо ложилось на его плечи неподъемным грузом. Но Итачи был достаточно силен, чтобы выдержать эту ношу и принять на себя ответственность за будущее Учиха и Листа.
  
Глава 19. Решение Хирузена
 
19
 
«То, что происходит с нами, похоже на трагедию. Но это ведь не только трагедия, это — открытие. Это возможность взглянуть на мироздание с совершенно новой точки зрения».© Стругацкие
 
Тренировки с Изуми естественным образом прекратились. С той встречи на детской площадке они не разговаривали. Сарада тренировалась одна: работала над своей выносливостью, все еще безуспешно пыталась освоить дядину технику Замены Тела, иногда ей даже удавалось зацепить и увлечь на полигон самого Итачи, хотя с каждой неделей он все больше пропадал на миссиях.
 
Бестактный вопрос Изуми и внезапное одиночество вынудили Сараду пересмотреть свои взгляды на мир. Она полагала, что они с Изуми подруги, но, как оказалось, влюбленная девушка в приступе ревности имеет свойство превращаться в змею, и от былой дружбы не остается ни следа.
Дружбы…
А что это — дружба? Сарада никогда не задумывалась о таких вещах. Она считала друзьями одноклассников, Мицуки, Боруто, новое поколение команды ИноШикаЧо, а с недавних пор и Изуми. Но сейчас у нее был перед глазами яркий пример: глядя на Итачи и Шисуи, она впервые увидела, что такое дружба. Два абсолютно разных человека, которые понимали друг друга без слов и мыслили на одной частоте, совсем как ее отец и Нанадайме Хокаге в будущем. Такое простое и затертое слово «друг» явилось Сараде в совершенно новом смысле. Друг — это существо, которому можно сказать, что вот та незнакомая девочка с шаринганом — твоя племянница, и свалилась она в Коноху из далекого будущего. А друг покрутит пальцем у виска, объявит, что ты сошел с ума и тебе надо лечиться, но ни за что не выдаст тебя и не предаст.
Был ли у нее человек, которому она смогла бы довериться так, как Итачи доверял Шисуи? Неожиданно для себя Сарада поняла, что настоящего друга у нее никогда и не было. Она близко общалась с Чоучоу, но с толстушкой они были скорее приятельницами. Боруто в академии она вообще на дух не переносила, они чудом сработались в одной команде и были не друзьями, а… товарищами. Слова, которые словно бы обозначали одно и то же, вдруг раскололись: каждое обретало собственный смысл, и все они были разными. И ни одно не стояло рядом с понятием «друг».
Размышляя о громком обвинении Изуми, видевшей в ней соперницу, Сарада сделала для себя массу новых открытий: мысль о том, что она могла влюбиться в собственного дядю, повергла ее в шок, и она отчаянно стала искать тому доказательства или опровержение.
Любовь бывала разной. Несовершенная человеческая речь не могла передать всего многообразия чувств, она делила любовь на грубые категории: любовь к матери или отцу, любовь к сестре или брату, к родному дяде, к другу или существу противоположного пола…
Но сейчас Сарада стала понимать, что любовь к каждому человеку, сколько бы их ни жило на земле — была особенной, и слов, чтобы описать во всей полноте всякую отдельную любовь, попросту не хватало. Учиха Итачи — удивительный человек, непохожий ни на кого другого. Необщительный гениальный ребенок, источающий опасное обаяние. Чувства к нему нельзя было отнести ни к одному привычному направлению. Сарада любила его не как дядю и не как мальчика. Она любила его как Учиху Итачи.
****
— …составить список участников, маршруты продвижения. Также необходимо определить стратегически важные цели, которые нужно атаковать в первую очередь. На следующем собрании определимся окончательно, на какую дату назначить нашу акцию. До этого момента все согласуйте между собой и постарайтесь не нарываться на деревенских.
Мятеж.
Это было уже далеко не первое собрание, и с каждым разом все становилось только хуже. Прошло уже почти шесть месяцев с ее первого появления в храме Нака и вступления дяди в Анбу, и с тех пор мысль о восстании уже не просто витала в воздухе неуловимой идеей. Ее восприняли всерьез.
Учиха составляли план, продумывали детали, готовились. Сарада все больше убеждалась, что таинственное исчезновение клана связано с грядущей революцией, и, к разочарованию для себя, осознавала, что она бессильна что-либо изменить.