Не надо, папа! (СИ)
Они неспешно прогуливались по деревне. Сарада окуналась в атмосферу Конохи прошлого, ощущая одновременно чувство дежавю и любопытство.
Я в прошлом. Я действительно видела маленького Наруто. Боруто еще нет. Какаши-сенсей — еще не Рокудайме. И… был еще Шисуи.
Прорвавшая плотину память восстанавливала мостки между островами связанных воспоминаний.
— Какаши-сенсей, — смущенно позвала Сарада, осознав вдруг, что утром ошибочно назвала его «Рокудайме».
— Гм?
— Саске… Его захватил этот… в маске. Как его… Тоби. Мы должны…
Какаши-сенсей вздохом перебил ее спутанные объяснения.
— Прости, Сарада. Я понимаю. Но сейчас всем не до того.
«Интересно, тебя еще будут допрашивать?» — вклинился Орочимару.
— Меня будут еще допрашивать? — спросила Сарада вслух.
Какаши покачал головой.
— Годайме распорядилась оставить тебя в покое.
«Хм, с чего вдруг? Мне казалось, Цунаде на нас… на тебя зла. Или у нее появились дела поинтереснее?»
— С чего вдруг? Мне казалось, она на меня очень зла.
— Тебе не казалось. Но в приоритете ныне другие проблемы.
— Какие?
— Не думаю, что имею право посвящать тебя в подробности.
Сарада вздохнула. Орочимару тоже.
— Кто ставил блокаду на твой разум? — решился спросить Какаши.
«Вали на Шисуи. Будет меньше проблем. С мертвеца спроса нет».
Сердце сжалось от боли. Сарада отыскала в своей памяти путь к залежам воспоминаний о Шисуи. Это было место, полное тепла и ощущения безопасности.
— Шисуи-сан.
Сказала глухо и сцепила зубы. Она вспоминала все больше подробностей, в том числе и подробностей его смерти. Посмотрела на свои ладони, сжала пальцы. Этими руками она касалась его, обнимала, когда он умирал в ее объятиях.
— Вот как. Его Мангеке?
— Да.
— И какой был ключ?
— Откуда я знаю? — раздраженно ответила Сарада.
Смерть Шисуи на обрыве. Их разговоры… Беседа в гостиной после временной волны:
«Я тоже обладаю этой силой и знаю, какой ценой она достается. Мангеке Шаринган проявляется на грани безумия…»
«Какаши-кун владеет Мангеке. Заметила? — подсказал Орочимару, исправно подчитывающий ее мысли. — Интересно, как не-Учиха сумел пробудить новый уровень шарингана, не так ли?»
Орочимару был прав. Сарада ухватилась за его подсказку и стала раскручивать ее самостоятельно, все еще не покидая воспоминаний о Шисуи. Она бросила пробный камень:
— Какаши-сенсей, я видела… У вас Мангеке.
Рокудайме напрягся и ничего не сказал.
— Не думала, что не-Учиха может пробудить Мангеке Шаринган, — продолжила Сарада. — Кого вы убили для этого?
— Я — джонин, Сарада. Я многих убивал.
— «…когда душевная боль настолько сильна, что твоя личность разбивается… разъедающее чувство вины…» — процитировала Сарада, практически неосознанно. — Очевидно, что вы убивали многих. Но я не об этом. Кого вы убили из близких? Друга? Брата? Любимую девушку? Родителей? Я знаю, вы живете один…
— Не думала, что я мог получить глаз уже с Мангеке? — перебил Какаши-сенсей.
Он старался говорить обыденным тоном, но Сарада подсознательно ощущала, что он нервничает.
— Думала. В таком случае вопрос не сильно меняется. Кого убил Учиха Обито?
— Ты запомнила имя?
— Разумеется.
— К чему этот разговор?
— Пытаюсь понять, насколько глубока ваша тьма, Какаши-сенсей. На случай, если вы все-таки пробудили Мангеке сами.
— Если ты о том, что пытался сделать Саске… — нехотя ответил Какаши-сенсей, словно сам не понимал, с чего вдруг оправдывается перед ней. — …то нет. Я не хотел убивать того человека… Это была случайность.
****
За окном сгущались сумерки, а Наруто не включал свет. Стоял и смотрел на зажигающиеся на небе звезды. Конохамару ушел, и квартира снова опустела.
Наруто вздохнул. Его тянуло отправиться на поиски Сарады, но раз она ушла добровольно, то стоило ли навязываться? Наруто интуитивно чувствовал, что она вспомнила не все. В какие-то минуты смотрела на него с недоумением. Обращалась как-то слишком натянуто и официально. Словно он был и правда Седьмым Хокаге, а не Узумаки Наруто. А если она помнила не все, то…
Он сдавил руками виски и зарылся пальцами в волосы.
Почему все так сложно, даттэбайо?
Дверной звонок выдернул его из мутных размышлений. Наруто дернулся и бросился открывать. В глубине души он надеялся, что это будет Сарада, однако жизнь успела отучить его от слепой веры в то, что все будет именно так, как ему хочется.
Но на пороге и правда стояла Сарада.
— Сарада? Ты…
Наруто отступил с прохода. Он мысленно отметил, что Сарада будто бы повзрослела лет на пять или даже десять с тех пор, как ушла от него поутру. В ее взгляде вместо растерянности и тревоги проявилась тяжелая усталость. Может, к ней наконец окончательно вернулась память?
— Ты уже поговорил с Конохамару?
— Да.
— Славно.
Она шагнула в прихожую и присела разуться. Наруто закрыл дверь и прислонился к ней спиной. Это было так странно: видеть дома Сараду, взрослую Сараду, которая сама пришла к нему, да еще так свободно.
— Расскажешь, что с тобой происходило все это время? — спросил он с тихой надеждой.
Если она пришла, значит, нить их связи все еще сохранилась.
— Нет.
Он сглотнул подступивший к горлу ком обиды.
— Не расскажу, — добавила Сарада, выпрямляясь и поправляя очки. — Но могу показать. Кое-что…
****
Способности Сарады к гендзюцу и прежде поражали воображение Наруто. И стоило отдать ей должное, за последние годы своего чудесного навыка она не растеряла.
Наруто казалось, что он проживает чужую жизнь. Какими-то отрывками, не всегда понятными, но однозначно атмосферными.
Темная дорога в Стране Полей, россыпи ярких звезд на ночном небе. Развалины убежища Орочимару в лесу. Яркая электрическая вспышка, на миг осветившая огромный зал. Разбегающиеся крупные чудовища с тонкими лапками. Слизь под ногами.
…комната с кроватью и одинокой свечой. Коридоры с рельефными дугообразными узорами на потолках, стенах и полу. Саске, молниеносно поражающий все мишени в зале в самый центр…
…обмякшее тело гигантского белого змея. Уставший потрепанный Саске в залитой кровью белой рубашке. Глядит настороженно и сползает по стене на пол…
…мост имени «Наруто». Два замшелых креста на обрыве и вид на море…
— Я был тут, даттэбайо! — заорал Наруто, радуясь, словно ребенок.
Видение разбилось, вышвыривая его обратно в полутемную спальню. Голова закружилась. Они с Сарадой сидели на кровати. Активированный шаринган зловеще выделялся во тьме. Томоэ крутнулись, и додзюцу погасло. Глаза Сарады снова стали черными.
— Я там был, понимаешь! Та миссия. С тем стариком… И мост, он все-таки назвал в честь меня мост, даттэбайо!
— В честь тебя?
— Да-да! Я бы… жаль, что я не могу тебе так же все показать.
Он чуть успокоился и вдруг поник.
— Ты так много мне показала, но… все какие-то отрывки. Я все еще многого не понимаю. У меня такое чувство, что… самое главное ты мне так и не показала.
— Верно.
Она взмахнула головой, откидывая с глаза челку, эта чужая и в то же время близкая девушка.
— Мне казалось, хотя бы мне ты доверяешь.
— Будем считать, что я таким образом хочу тебя защитить.
— А?!
— Мой разум защищен. Твой — нет. Какой мне смысл передавать все свои знания тебе? Чтобы следующим в отдел допросов потянули тебя?
— Баа-чан не…
Он запнулся.
Баа-чан не станет?
К нему она относилась более-менее мягко. Пусть не давала серьезных миссий, но и за проступки не наказывала, как остальных. Но вот в том, что его не отправят к тому дяденьке-экзаменатору-первого-этапа, Наруто отнюдь не был уверен.