Не надо, папа! (СИ)

Итачи прокашлялся и ответил все тем же спокойно-усталым тоном, будто и не умирал вовсе:
— Это все твои вопросы?
— Нет.
Брат упрямился, и Саске решил вернуться к вопросу наследия Шисуи позже. Возможно, на остальные вопросы Итачи дал бы более внятные ответы?
— Человек в оранжевой маске. Учиха, который помог тебе вырезать клан. Кто он на самом деле и как его отыскать?
— Вот оно что… Так ты понял?
Саске на миг почудилось, что в голосе Итачи мелькнуло уважение. 
— Даже ты не смог бы уничтожить всю защиту в одиночку.
— Зачем тебе этот человек?
— Он следующий, кого я убью.
Итачи снова закашлялся.
— Отвечай, черт возьми!
— Учиха в маске — это Учиха… Мадара.
Мадара!
Саске подавил наплыв дрожи и сильнее стиснул рукоять.
— Я уже слышал этот бред, — он шевельнул меч причиняя брату новую боль. — Он не может быть Мадарой. Мадара умер много лет назад!
— Мадара жив.
— Дьявол…
— Это все?
— Нет! Сарада… Сарада, кто она?
— Сам-то как думаешь?
Саске стиснул зубы.
— Не отвечай мне вопросом на вопрос! Наш отец изменил… изменил матери с ее матерью… Так?
— Нет.
Саске похолодел.
— Тогда как…
— Это очевидно.
— Мне ни черта не очевидно!
— Все ответы, как правило, лежат на поверхности, однако заметны лишь тем, кто готов их принять.
— Ты смеешься надо мной? — рявкнул Саске. — Ты не ответил ни на один из моих вопросов!
— Я ответил на все.
— Что за бред?
— Каждый человек живет со своими представлениями о мире и отказывается верить в то, что не укладывается в его систему мировосприятия. Ты думал, что Мадара мертв. Точно так же ты когда-то считал меня добрым и заботливым старшим братом, но и то, и другое оказалось иллюзией. Если ты не понял моих ответов, значит, ты просто не готов. 
— Заканчивай разводить тут проповеди, — стиснув зубы, выдавил Саске.
— Это был твой последний вопрос? — спокойно осведомился брат.
****
Киба и Ходэки, один верхом на Акамару, другой верхом на волке, мчались впереди. Сакура с Ино, Шино, Какаши-сенсеем и членом Анбу, которого сенсей называл «Тензо», спешили следом.
— Сакура, как Кот? — спросил Тензо.
Он упорно не хотел называть товарища настоящим именем и обозначал его персону кличкой.
— Это яд. По симптомам я приблизительно представляю его формулу. Это не смертельно. Просто временный паралич. Может, на сутки или даже на пару часов. У вашего… м-м… «Кота» тело крепкое. Думаю, часа четыре, и он сможет нормально передвигаться. А вот полноценно сражаться — часов через двенадцать.
— Ты уверена, что это не смертельно?
— Можно сказать и так. Иначе я осталась бы с ним.
— Киба, Ходэки. Как вы взяли след? — уточнил Какаши-сенсей. — Паккун и остальные сказали, что отыскать Наруто среди клонов невозможно. Весь лес пропитан его запахом.
— Да. Потому мы ищем не Наруто, — бодро отрапортовал Киба. — По сюрикенам, которые остались у Кота, мы взяли след Сарады. Вы сами сказали, что Наруто преследует Учиха. Найдем Учиха, найдем и Наруто.
  
Глава 126. Преграды
 
126
Карин душила паника. Саске нужно было остановить, однако помешать Учихе, который с такой решимостью направлялся убивать брата и с такой ненавистью о нем говорил, казалось, невозможно в принципе.
Скорее, он убьет и меня, и Итачи.
Но до Саске еще надо было добраться, а добраться никак нельзя было — их не пускал концентрированный океан чакры, пахнущий рыбой и кровью.
— Ты чего задумала, Карин? — с мягкой угрозой шепнул ей на ушко Суйгецу.
— Мне нужно… К Саске.
— Но он приказал нам оставаться здесь. Если…
— Плевать. — Карин поправила очки и добавила с мукой в голосе: — Мне нужно туда. Понимаешь?
Надо же, Суйгецу, опаснейший экспериментальный образец, который ненавидел ее до глубины души. Кто бы мог подумать, что она когда-нибудь станет его о чем-то просить. Но сейчас, под предводительством Саске, они были в одной лодке.
 
— Помоги мне, — шепнула Карин.
Океан рыбы и крови ухмыльнулся, словно отлично слышал, о чем они переговаривались.
Суйгецу вздохнул и усмехнулся, демонстрируя свой кривой прикус.
— Хошигаки Кисаме и Самехада… Эй, ты забыл меня? Хозуки Мангецу, я его младший брат, Хозуки Суйгецу.
— О-о, я не узнал тебя, — оживился океан рыбы и крови. — Ты вырос, Суйгецу!
Карин фыркнула. Словно старые друзья встретились, не иначе.
— Я не хочу просто ждать Саске. Может, проведем время с пользой, Кисаме-семпай?
— Похоже, ты самоувереннее своего брата, — Кисаме, широко улыбаясь, стянул с плеча громоздкое перебинтованное оружие.
Суйгецу замахал своим мечом, явно красуясь, даже воздух засвистел от хлестких ударов в никуда.
— А ты искуснее того малого, — заметил Кисаме.
— «Малого»? Это ты о ком? Не про Забузу-семпая, часом?
— Ага, про него. Знаешь, Суйгецу. Этот меч не создан для дуэлей.
Он со всей силы ударил в крышу. Бетон с грохотом разбился, осколки и крошка разлетелись по сторонам.
— О да, знаю. Мой тоже. Он создан для убийств!
Суйгецу тоже замахнулся мечом и ударил.
Крыша между ними местами стала рушиться. Карин в панике взглянула на Сараду — та за все время никак не отреагировала. Продолжала стоять, словно завороженная. Даже разгром, творящийся перед носом, не заставил ее шелохнуться.
Карин насторожилась, присмотрелась внимательнее к току чакры Учихи и вдруг заметила, что он нестабилен.
Это же гендзюцу!
Она шагнула к Сараде и коснулась ее плеча, вливая свою чакру.
****
Сарада вздрогнула от грохота и поняла, что отца, глядящего на нее через плечо, поблизости уже нет. Что-то со свистом мелькнуло в пыли. Снова послышался грохот. Прямо в лицо ей полетел осколок бетона, но Сарада успела пригнуться.
— Где Саске?
— Ушел.
— Черт… Я что, была под гендзюцу?
— Да.
— Но как он…
Сарада осеклась. Она лихорадочно соображала, как такое вообще могло произойти.
Я вижу сквозь гендзюцу. Он не мог меня поймать. Никогда не мог!
— Сарада… Мне нужно пройти…
— Мне тоже, шаннаро!
Пыль немного рассеялась. На крыше танцевали в битве Кисаме и Суйгецу.
— Что они делают? — пробормотала Сарада себе под нос, не ожидая ответа.
Кисаме разрубил Суйгецу напополам, но тот превратился в воду, прошел сквозь меч и очутился на удобной ударной позиции под правой рукой противника. Кисаме в последний момент извернулся и отразил его атаку своим мечом. С Кубикирибочо Суйгецу слетели искры.
— Почти получилось, а, семпай? — сказал Суйгецу и вдруг пошатнулся, словно меч стал для него слишком тяжел.
— Моя Самехада поглощает чакру, — самодовольно заявил Кисаме, закинув на плечо свое оружие.
Сарада поправила очки.
Если меч поглощает чакру, значит, его нельзя касаться. Ниндзюцу также не поможет. Кисаме — партнер дяди, он наверняка отлично знает, как сражаться против шарингана. Да и меня он тоже помнит. В обычное гендзюцу не попадется.
Суйгецу снова набросился на него. Тем лучше, сражаться один на один было бы сложнее.
Сарада распечатала из заначки на запястье сюрикены и швырнула в Кисаме. Тот прикрылся мечом. Два сюрикена отрикошетили, четыре пролетели мимо. Кисаме развернул меч, замахнулся на Суйгецу.
— Учиха, тоже хочешь повоевать?
Сарада в ответ молча дернула леску, которой были привязаны сюрикены. Всего миг… Но мечник заметил, пригнулся. Два сюрикена пролетели у него над головой и еще один слева у самой руки. Сарада сложила печати. Последний сюрикен рассек ткань на плаще, но тела противника так и не коснулся.