Не надо, папа! (СИ)

На него божество и обратило свое внимание. За этим миром было наблюдать интереснее всего. Потому что именно в этом мире и в его производных Учиха Итачи поверил.
  
Глава 12. Сила слабого
 
12
 
«Человек при рождении своем нежен и слаб, а по смерти — крепок и тверд. Твердое и крепкое — это то, что погибает, а слабое и нежное — это то, что начинает жить. Поэтому место сильного внизу, а слабого — наверху».© Генри Лайон Олди
 
На полигоне уже ждал Шисуи.
— Привет-привет. Сегодня нас будет трое?
Итачи кивнул:
— Я решил, что тебе тоже будет интересно. Отец просил выяснить способности Сарады.
Сама Сарада немного нервничала. Она уже знала, что дядя гений. Насколько силен Шисуи — Сарада не имела понятия, но он был старше, и, если дядя с ним тренировался, значит, парень был не менее силен, чем Итачи, а скорее всего — даже сильнее.
— Спарринг? — спросил Шисуи.
Дядя снова кивнул.
— Отлично! Итак, девочка. Объясняю тебе правила. Правило первое: никакого шарингана. Правило второе: больше никаких правил нет.
Сарада удивилась. Учиха тренируются без шарингана?
— Додзюцу поглощает много чакры, — пояснил Шисуи. — Если хочешь тренироваться дольше — от шарингана приходится отказываться. Ну что, готовы?
— Э-э, постой, нет!
— По позициям! — скомандовал Шисуи. — Сегодня я буду вашим судьей и сенсеем. Да и, Сарада, дружеский совет: не сдерживайся. Итачи дерется безжалостно. Кирэй тебя, конечно, подлечит, если ты очень ее попросишь, но на всякий случай не зевай.
Сарада поправила очки и встала напротив Итачи, протянув руку в жесте поединка.
— Начали!
Дядя опустил руку и расслабился. Он не нападал, не тянулся за мечом. Просто стоял. Сарада запустила несколько сюрикенов, но вместо тела Итачи они вошли в утоптанную землю, как нож в масло. Дядя исчез.
Что?
И в следующую секунду что-то со всей силы ударило ее в спину. Сарада отлетела к тренировочным бревнам. На центральном как раз устроился Шисуи: сидя на корточках, он с интересом наблюдал за боем. Она развернулась и успела принять на кунай удар танто. Еще секунда, и лезвие меча вошло бы ей в плечо. Кунай скрежетнул по клинку. Дрожащей от напряжения рукой Сарада оттолкнула от себя меч и отскочила подальше.
Итачи не отставал. Он во мгновение ока очутился рядом и косо рубанул мечом. Сарада задержала клинок кунаем и ударила ногой, метя в корпус, но дядя увернулся и контратаковал. Голова загудела от мощного удара по челюсти. Сарада не успевала оправиться. Снова удар, на этот раз в живот. Еще один — в грудь — она приняла на блок.
Бой всецело вел дядя. Ни одна атака не достигала его — он ловко уворачивался и не оставлял времени на раздумья.
Без шарингана было сложно. Сарада уже успела привыкнуть к тому, что додзюцу помогает ей предугадывать движения противников и атаковать самой, да и противники попадались послабее, не такие быстрые. А ведь Итачи тоже не использовал шаринган.
Она панически соображала, что ей делать. Использовать стихии? Да, технику Великого Огненного Шара она знала, но пока она сложит печати и соберется с духом, дядя этот дух успеет из нее выбить. Райтон? Тоже нужна концентрация, а здесь моргнуть не успеваешь.
Черт.
Шаринган отпал. Стихии тоже. Итачи превосходил ее в скорости и мастерстве. Последним козырем Сарады была сила, доставшаяся ей от мамы: тончайший контроль чакры, с помощью которого она некогда разбила стену дома. Но чтобы разбить — нужно попасть. А дядя не позволял ей даже коснуться себя!
Сарада разорвала дистанцию, чтобы хоть как-то обдумать стратегию.
Но Итачи не собирался давать ей времени на передышку.
Вдалеке полыхнуло, и вот на Сараду с дикой скоростью надвигался огромный шар пламени.
Когда он успел?!
Она в последний момент успела уйти в сторону и приземлиться на верхушку крайнего тренировочного бревна. Лицо обдало жаром.
— Привет, — весело сказал Шисуи.
 
Он все еще сидел на центральном бревне.
Не отвлекай!
Сарада внимательно осматривала полигон. Дяди снова нигде не было.
А значит…
Сзади!
Она кувыркнулась вперед. И вовремя: очередной удар Итачи едва не задел ее.
Сарада немного приноровилась к бешеному темпу спарринга. Они снова вступили в ближний бой. Скрежет металла, хлесткие удары руками и ногами, от которых в воздухе слышался свист. Итачи попадал уже реже, а Сарада понемногу входила во вкус. Один раз ей даже удалось коснуться дядиной щеки, но лишь вскользь. Она перекинула кунай в левую руку, отвела атаку мечом в сторону и с воплем зарядила дяде прямо в грудь кулаком.
— Шаннаро!
Кулак коснулся твердой грудины, и…
…дядя рассыпался на стаю черных птиц. Что-то острое и холодное легко дотронулось до затылка.
— Один — ноль, — объявил сзади спокойный голос.
— Комедия! — воскликнул Шисуи со своего наблюдательного пункта.
Итачи опустил кунай. Шисуи сел на зад, свесив ноги с бревна.
— И все-таки ты не совсем безнадежна, — сказал он примирительно. — Получше многих генинов будешь.
— Правда? — поразилась Сарада.
— Да. Другие бы в схватке с Итачи столько не продержались. Он, конечно, поддавался…
Шисуи почесал затылок.
Поддавался? Боги, насколько же он силен?
И правда, если дядя так сражался без шарингана, то каким же он был с шаринганом?
Сарада, тяжело дыша, обернулась на своего гениального родственника. Учиха Итачи даже не запыхался.
— Еще раз? — спросил он.
«Дядя, ты серьезно?» — взвыла Сарада про себя.
Еще один раунд в таком темпе без передышки она не выдержит.
— Нет, сделаем перерыв и подведем итоги, — сказал Шисуи.
Сарада вздохнула с облегчением и мысленно поблагодарила Шисуи. Она села в траву и прислонилась лбом к коленям. Все тело болело — дядя действительно дрался беспощадно.
— Ты сильно полагаешься на свои глаза, — сказал Шисуи. — Это очень заметно. Без шарингана ты не успеваешь за ходом боя. Да, шаринган — очень полезная штука, бесспорно, и он даст тебе хорошее преимущество, особенно если твой соперник не Учиха. Но додзюцу расходует много чакры, и ты быстро выдохнешься. Сражайся как обычный шиноби — это должно войти у тебя в привычку. Шаринган же оставляй на крайний случай.
— Я поняла, — хрипло выдохнула Сарада.
— Молодец.
Итачи глотнул воды из фляги и полюбопытствовал:
— Кроме рукопашной ты владеешь какими-то техниками? Призыв, стихийные ниндзюцу…
— У меня склонность к природе огня и молнии.
Шисуи присвистнул со своего насеста.
— А все, оказывается, не так плохо.
— Но я не успеваю их использовать!
— Да, Итачи — шустряк. Ладно, над скоростью твоей мы еще поработаем. Итак, второй раунд!
Сарада мысленно застонала и подумала: «Они меня точно убьют».
Спустя два часа спаррингов она едва стояла на ногах. От судорожного дыхания сводило горло, но Сарада еще в штабе Корня поклялась преодолеть свою слабость. Сцепив зубы, она продолжала раунд за раундом и даже не думала просить Шисуи и дядю прекратить тренировку. Настолько сильного соперника у нее еще не было никогда. Глупо было упускать шанс стать сильнее.
Последние пятнадцать раундов Итачи одерживал победу менее, чем за полминуты. Мир расплывался, в ушах шумело. Реакция уже ощутимо запаздывала, и раз за разом она чувствовала на шее острие куная, ставшее привычным за два часа избиений.
Между тем, Шисуи, объявивший себя судьей и сенсеем, явно решил взять ее измором. Он отчетливо видел, что она больше не способна сражаться, но гнал раунд за раундом. Куда только делась его снисходительность?
И тренировка бы продолжалась еще неизвестно сколько, если бы не Анбу в тигриной маске, внезапно возникший на полигоне.
— Учиха Итачи, вас ожидает Данзо-сама, — его шепчущий голос был сухим и надтреснутым.