Не надо, папа! (СИ)

У Сарады пробежал мороз по коже. Манера выражаться у древних была своеобразная.
«…уплатит цену дерзнувший творить мир согласно своим желаниям…»
Учиха, скрывающие свое сокровище от посторонних глаз, неплохо подстраховались. Так просто в храм было не войти, даже знающему о подвале и расположении в храме нужного мата. Вначале нужно было догадаться пустить чакру на каменный блок. Потом активировать шаринган и прочесть печати, применить их, вскрыть проход и наконец расшифровать шаринганом систему символов.
«А теперь последний, самый сложный этап, — сердито подумала Сарада. — Понять, что пытались сказать предки».
Она долго сидела перед каменной плитой, пытаясь разобраться в ворохе метафор и выяснить что-нибудь полезное для себя.
«…уплатит цену дерзнувший…»
Скрижаль гласила, что этой самой ценой была «тьма навеки» причем «мгновенно».
Сарада запуталась.
Тьма. При чем тут тьма?
Она почесала затекшую шею. Неожиданно пришел на ум разговор с Шисуи в тот день, когда он впервые привел ее домой.
Тогда Шисуи сказал, что после пробуждения Мангеке человек погружается во тьму.
«…во всех смыслах: и душевно, и физически».
Физически. Точно, слепота.
Чем мощнее техника, тем больший урон получают глаза.
Шисуи… Сарада вдруг подумала, что компрессы Кирэй могли быть бесполезны. Проблемы со зрением, вдруг они были необратимы? Но в любом случае после использования Мангеке зрение садилось постепенно, а здесь… Мгновенно и навеки.
Речь идет не просто о Мангеке, а может, даже и не о нем вовсе. Это какая-то техника. Но какой силыдолжна быть техника, чтобы глаза после нее мгновенно слепли? Или я чего-то не понимаю?
Сарада долго сидела над скрижалью. Она не следила за временем. Проваливалась в символы на каменной плите, сходила с ума от пресыщенных метафорами речевых оборотов.
Одного визита было явно недостаточно. Ей нужно было время все обдумать в более спокойной обстановке. И, тем не менее, Сарада пыталась выжать из этого посещения все: очень уж не хотелось лишний раз наведываться в квартал. Но в конце концов усталость взяла верх, и она сдалась.
Очутившись в наземной части храма, Сарада оглянулась на черный провал лестницы и вдруг задумалась: а как запечатать проход? Каменная плита ушла в сторону, печатей видно больше не было.
Ч-черт.
На улице наверняка уже стоял поздний вечер или даже ночь. Оставлять подвал открытым было опасно. Пусть и прочитанное на скрижали все еще с трудом оседало в голове, но Сарада смутно подозревала глубокий смысл во всем этом. Слишком глубокий, чтобы позволить кому-либо прикоснуться к нему. А нежелательных людей, способных прочитать скрижаль, кроме нее, Саске и Итачи, наверняка было достаточно.
Шаринган был у Какаши-сенсея. Рокудайме все еще лежал без сознания, кроме того, он вряд ли подозревал о тайнах клана Учиха и вероятно не претендовал на них, но все же. Шаринган был у Данзо. Пусть с ним разобрался дядя, но сколько еще было таких неучтенных обладателей кланового додзюцу Учиха?
И тот человек в оранжевой маске. У него тоже был шаринган. Шисуи-сан… Почему ты ничего не рассказал мне о нем? Ты же явно знал. И знал немало.
Итак, лаз в подвал нужно было закрыть во что бы то ни стало. Бежать к Саске под дождем и спрашивать, как это сделать, не хотелось. Слишком унизительно.
Он же сам догадался? Или ему показал Шисуи?
Очарование догадливым отцом вмиг испарилось. Разумеется, Шисуи. Сарада в раздумьях прикусила губу.
Как же закрыть эту чертову плиту?
Она попыталась снять ближайший мат, но под ним был пол. Плита располагалась ниже. Сарада ползала на коленях вокруг дыры, свешивалась над краем. Пыталась вспомнить символы…
Стоп. Я… помню!
Ну конечно же! Она считала их шаринганом. Додзюцу аккуратно откладывало в памяти все, с чем сталкивалось.
Сарада поднялась и стала складывать печати. В этот раз пошло быстрее. Поймав волну, руки сами выполняли нужные печати. Сарада закончила складывать печати и сложила вместе ладони. Плита все еще помнила ее чакру. Откликалась.
 
Интересно, она пропускает только Учиха? Или любой человек может пустить на нее свою чакру и открыть проход?
Татами под ногами глухо завибрировали. Послышался каменный скрежет. Черный провал лестницы медленно закрывала плита.
****
Она вернулась домой после полуночи. На улице разбушевалась гроза. В свете фонарей мелькали быстрые косые капли и блестели глубокие лужи. Сарада на обратном пути промокла до нитки.
Переодевшись в сухое и заварив себе чай, она по привычке пересчитала тридцать восемь питомцев и планировала сесть за книгу по ядам, но что-то вновь потянуло ее к свиткам Шисуи.
Она знала, что все равно не сумеет прочесть их, но любопытно было сравнить по памяти, есть ли что-нибудь общее между письменами на скрижали и записями Шисуи. Какое-то мгновение там, в подвале Храма Нака, ей казалось, что да, но еще с тех пор ее раздирали сомнения, не придумала ли она себе все это.
От частого использования додзюцу за этот вечер значительно подсел запас чакры, и, активировав шаринган над развернутым свитком, Сарада ощутила легкое головокружение и даже немного тошноту. Расплывающимся от усталости зрением она взглянула на символы… и с удивлением обнаружила, что может прочитать текст.
«…каждым слоем понемногу изменять реальность…»
Усталость как рукой сняло. Сарада жадно пробежала глазами по записям. От восхищения и внезапной радости у нее захватило дыхание.
Получилось. Черт… Получилось! Но как? Я же ничего не сделала.
Слабость охватывала тело и разум все больше и больше, и Сарада погасила додзюцу. Сидя на своем диване в мертвой тишине квартиры, она уставилась на сюрикены, неизменно торчащие из стены между дверьми ванной и туалета.
Скрижаль. Она прочитала скрижаль. И только после этого смогла разобрать свитки Шисуи.
Без скрижали система шифра не была полной. Или же шифр Шисуи был многоуровневым и базировался на тайных записях скрижали. Шифр внутри шифра.
Пусть Сараде и стоило огромного труда пройти по этой цепи, чтобы разгадать тайну шифра, но все-таки ничего особенного в этом не было. Да, она устала за день, промокла, замерзла и вымоталась, общаться с вредным отцом и вновь посещать квартал Учиха было психологически тяжело, но сам принцип дешифровки не представлял особых сложностей для наследника додзюцу Учиха. Он был схож: и для свитков, и для скрижали, и для прохода в храм. Нужен был только ключ — глаза. По сути, за нее все делал шаринган.
Но чтобы выстроить шифр, основанный на шифре, нужно было понимать суть первого и самостоятельно разработать механику второго, чтобы шаринган его воспринял с легкостью и так же просто считал.
Невероятно. Шисуи-сан… Как ты это сделал?
****
Последние несколько дней Сарада разбиралась со свитками.
Понемногу она пришла к выводу, что автором свитков был не Шисуи. Он просто хранил их. А человеком, который разработал шифр и записал свои техники в свитки, был какой-то другой Учиха. Может, и кто-то из близкой родни Шисуи.
Сарада бесконечно уважала покойного товарища, но в то же время и знала его темперамент. Шисуи был не из тех, кто сидел бы и корпел над созданием многомудрых шифров и дивных техник. Общительный Шисуи наверняка тратил свое свободное время или на тренировки Саске, или на встречи с Кирэй и друзьями.
Четыре свитка она прочитать так и не смогла. Они не расшифровывались ни шаринганом, ни Мангеке. Ни по отдельности, ни все вместе. Учитывая методику шифрования, в цепи скрижаль-свитки наверняка были еще какие-то дополнительные звенья, о которых Сарада не подозревала.