Не надо, папа! (СИ)

Но Сарада заглянула в свое сердце и не обнаружила ни малейшего желания защищать их.
Ночной страх плавился под ярким светом солнца. Сарада все еще опасливо озиралась, чтобы не пропустить насекомых, но в пустой душе вновь оживали заклинившие было механизмы.
Любопытный голос Итачи мягко скользнул по ушам:
«Правда? Сможешь сама уничтожить Корень?»
Сейчас, при свете дня, это казалось более тяжкой задачей, чем накануне вечером. Вчера все было просто. Она была одна в безлюдной роще, на нее напали враги. Она чувствовала в себе необъяснимую болезненную силу, которая пробуждала жажду убийства, и Сарада радостно этой силе потакала. Не было ничего сложного в том, чтобы, стоя под защитой папиной техники, просто лишать жизни окружающих.
Однако сейчас Сарада видела множество препятствий.
Она помнила, что база Корня Анбу находится где-то у основания скалы Хокаге, но что, если за последние годы они поменяли дислокацию? А если и нет, так просто туда не войти. Можно прорваться с боем, но не факт, что добраться до Данзо будет так просто, да и пойти на Корень открытой войной — и ее остановят уже обычные Анбу и джонины. Она не одолеет всех. Если попадется на таком — ее осудят. Тогда что? Бежать из Конохи? Куда? К тому же, не факт, что мнение Данзо не разделяли все остальные.
Сражаться в одиночку против целой деревни?
Чем больше Сарада думала, тем больше находила преград. Любопытство дяди теперь казалось вполне обоснованным.
Просчитал все мгновенно, стоило мне сказать. Знал, что ничего у меня не получится.
Впереди показались красные стены Резиденции. Вблизи она выглядела не так ярко и величественно: краска на стенах оказалась местами выцветшей и облупилась. Следуя за сенсеем, они поднялись по внешней лестнице и вошли на один из этажей.
Паккун перед ними вдруг замер ни с того ни с сего.
— Он здесь.
Саске резко напрягся и вооружился кунаем.
— Кто здесь?
— Выдохни, — остудил его пыл Какаши-сенсей и толкнул ближайшую дверь.
Саске немного расслабился и опустил руку с оружием. Сарада осторожно заглянула в полутемное пыльное помещение вслед за сенсеем. Повсюду стояли стеллажи, забитые книгами и свитками. Над одной из секций горели лампы. Какаши уверенно направился на свет.
— Лучше ничего не трогайте.
Сарада пошла за ним, рассматривая корешки книг и надписи на свитках.
Библиотека?
Черноволосый мужчина в униформе шиноби неожиданно выпрямился и поклонился Какаши-сенсею.
— Присмотришь? Как договаривались.
— Хай.
— Спасибо.
Какаши повернулся к ним.
— Сарада, Саске, это Аоба-сан. Будьте с ним. Идем, Паккун.
Он ринулся с места.
— Сенсей! — воскликнул Саске.
Какаши остановился и обернулся на него через плечо.
— М-м?
Саске крепко сжал кулаки.
— Я пойду с вами.
Рокудайме прищурился.
— Вы ведь нашли Итачи, так? — настаивал Саске. — Я тоже пойду.
— Нет. Не пойдешь.
— Дьявол! Почему это?!
— Это может быть опасно. Оставайтесь с Аобой.
Сарада с удивлением взглянула на отца.
Мы все еще слишком слабы. И ты знаешь это, папа.
— Какаши… — Саске задохнулся от злости. — Это дела Учиха. Вы не имеете к этому отношения!
Рокудайме обернулся и твердо взглянул на своего ученика.
— Прости, Саске. Ты остаешься. Это не обсуждается.
Саске, стиснув зубы, наблюдал, как наставник скрывается в просвете двери, и вдруг со всей силы грохнул кулаком по стеллажу.
— Да как он смеет?!
Сарада испуганно вжала голову в плечи.
— Кхм, — послышался голос позади.
Она обернулась на черноволосого мужчину в темных очках.
— Будьте тут, ладно? Не отходите далеко, — сказал он и снова принялся перерывать свитки.
Сарада прохаживалась вдоль ближайших стеллажей, внимательно вчитываясь в названия. От духоты и пыли в горле скреблась сухость.
— Аоба-сан? — робко позвала она. — Это — библиотека?
— Можно и так сказать. Хотя скорее склад всякой всячины.
— Секретный?
— Да нет.
И снова зарылся в свитки.
— А-а… — Сарада запнулась. — А здесь есть что-нибудь по ядам?
Аоба задумался, почесал подбородок.
 
— Понятия не имею. Яды… Яды это ближе к медицине, наверное. Поищи вон в тех рядах.
— Спасибо.
Она вежливо поклонилась.
****
Итачи, не скрываясь, стоял посреди поляны в тени деревьев. Опираясь на простенькую палку, из зарослей выбрался Данзо и медленно подхромал к нему.
— Учиха Итачи.
Итачи промолчал. Он видел: вокруг места их встречи затаилось множество членов Корня. Слишком много для подпольной организации. Данзо наверняка не побрезговал взять с собой даже мальчишек, которые не работали в регулярном составе: ему нужно было перекрыть урон, нанесенный Сарадой.
Уничтожишь Корень, мм? Тебе это не по силам, Сарада. Мангеке — еще не все. Ты действуешь слишком безрассудно. Они подловили тебя всего впятером даже под защитой Сусаноо. Так дела не делаются.
— Зачем ты вернулся, Итачи?
— Убедиться, что после смерти Третьего договор будет так же соблюдаться.
— Договор в силе, — спокойно ответил Данзо. — Твой брат в порядке.
— А что насчет Шисуи? — ровным голосом спросил Итачи.
В единственном глазу Данзо сверкнуло что-то острое и злое.
— Уговора на жизнь Шисуи… никогда не было.
На поляне воцарилась тишина.
— Угрозы восстания больше нет. В смерти Шисуи не было нужды.
Итачи говорил так спокойно, будто погибший друг ничего не значил для него. Еще в детстве он научился управлять своими эмоциями, а сейчас развил этот навык до идеала.
— Да, благодаря тебе мы преодолели кризис Учиха. Но была угроза иного рода, — ледяным тоном ответил Данзо.
— Шисуи хотели избрать Пятым. Вы не могли этого допустить, не так ли?
— Все-то ты знаешь. Как я и предрекал, ты стал превосходным шиноби.
— Ваши похвалы сейчас неуместны. Шисуи был предан Листу.
— Ты так уверен? Хм. Я полагаю иначе. Учиха Шисуи — прямо полная твоя противоположность, а, Итачи? Так много света в одном человеке…
Итачи нахмурился.
— …на первый взгляд, — добавил Данзо.
— «На первый взгляд»?
— В его сердце была тьма. Много тьмы. Как и в твоем, впрочем. Но ты использовал свою тьму во благо Конохи, тогда как цели Шисуи мне никогда не были ясны до конца. Сильнейший пользователь гендзюцу, шиноби, управляющий временем. У меня были основания полагать, что он подчинил себе волю Третьего и некоторых советников.
Итачи внимал каждому слову Данзо.
— Шисуи ведь так и не смирился с твоим решением, Итачи? А теперь подумай. Учиха в кресле Хокаге. Не стал бы он мстить за свой клан?
— Он не знал, что вы имеете к этому отношение.
— Хм. Правда?
Итачи прищурился.
— Учиха Шисуи никогда не был идиотом. Я думаю, он не исключал, что между позицией деревни и твоим поступком есть связь.
— И опираясь на эти догадки, вы вынесли ему приговор, — заключил Итачи.
— Ты правда считаешь, что твой бывший друг невинен и чист душой? — едко спросил Данзо.
Итачи промолчал. Он так не считал. И он признавал, что в словах Данзо есть рациональное зерно.
Учиха Шисуи, которого Итачи знал с самого детства, никогда бы не пошел на то, что во всех красках расписывал сейчас лидер Корня. Но и тот Итачи, которого с детства знал Шисуи, никогда бы не вырезал свой клан. После трагедии Учиха они изменились оба. Прошло немало лет с тех пор, как их дороги окончательно разошлись, и за это время могло произойти все, что угодно.
Мог ли Шисуи контролировать с помощью гендзюцу советников и Третьего? Мог. Мог ли он продумать план, как бы занять пост Хокаге и разрушить Коноху изнутри в отместку за гибель Учиха? Учиха Шисуи мог все. Он был светел и добродушен, но в то же время умен и тверд характером. Итачи не верил в то, что его друг действительно собирался разрушить Скрытый Лист, но возможность подобного допускал.