Не надо, папа! (СИ)
— В очках — Абураме Шино. Странный он, если честно.
«Шино-сенсей?» — удивилась Сарада.
Сквозь тревогу за папу и Наруто пробился интерес. Поглядеть на молодого Шино-сенсея, которого они последние годы нещадно донимали в академии, было бы занятно.
— Второй — Хьюга Неджи. Говорят, он гений. Он так избил бедную Хинату на отборочных… Кстати, а где Саске и Наруто? Что-то их не видно, — продолжала Ино.
Сарада снова стала протирать очки. На стеклах осели пылинки, а ее от волнения раздражало все на свете: начиная с грязных очков и заканчивая болтливой маминой подругой. Хотя за подробный ответ Сарада была ей благодарна.
Скорее бы уже началось. Это ожидание сводит с ума.
Она окинула взглядом трибуну и заметила людей в темных плащах и белых звериных масках. По коже пробежал холодок. Перед глазами всплыла маска тигра с красными полосами, неумолимо приближающееся к руке острие куная, зловонное дыхание Данзо, а следом — маска медведя и смертельная схватка с членом Анбу в доме бабушки и дедушки.
Эти маски. Никогда я не привыкну к ним.
На арену из внутренних дверей прожогом вылетело что-то оранжевое, споткнулось и несколько метров проехало брюхом по земле, подняв тучи пыли.
— Наруто! — Сакура немного ожила.
Ино сложила руки на груди и скривилась.
— Да уж, лучше поздно, чем никогда.
Что-то теплое шевельнулось в душе, и Сарада улыбнулась.
Она раз за разом прокручивала в голове вчерашний вечер. Ей не давал покоя взгляд Наруто, когда он отпускал ее идти домой с Шикамару.
Церемония открытия длилась как-то мучительно долго. Генма-сенсей с кандидатами в чунины стоял на арене и ничего не делал. Будущее поле битвы освещало солнце, с высокой округлой стены падала тень, а экзаменатор все стоял и стоял. Не было ни сигнала, ничего. Шумели зрители. Желтая макушка Наруто никак не находила себе покоя: Нанадайме вертелся, дергал Шикамару, оглядывался, пока Генма не потерял остатки терпения и не образумил его.
— Да сколько можно уже! — недовольно воскликнула Ино. — Чего они не начинают?
Сарада была полностью с ней солидарна.
— Приветствую всех, дорогие гости! Благодарю за то, что посетили отборочный экзамен на чунина в деревне Скрытого Листа! — раскатился эхом по арене хриплый голос Третьего.
Все притихли.
— Сейчас состоятся основные поединки между восемью генинами, прошедшими предварительные этапы. Наслаждайтесь зрелищем!
Трибуны взревели в радостном предвкушении. Генма-сенсей развернулся лицом к претендентам и что-то долго рассказывал им. Саске все не было. Сарада покосилась на маму: та помрачнела и печально опустила лицо.
— Сарада, — осторожно позвала Ино. — Скажи, а где Саске-кун? Почему его все еще нет?
Она тоже видела, как переживает Сакура, и пыталась хоть как-то прояснить ситуацию. Сарада часто заморгала и пожала плечами.
— Я не знаю. Когда я проснулась — он уже ушел.
Папа обычно не опаздывал, и все это Сараде очень не нравилось.
Тем временем генины стали уходить с арены. В центре остались только Генма, гений Хьюга и Наруто.
— Эй, Сакура, — сказала Ино. — Я понимаю, что ты переживаешь за Саске-куна, но поддержала бы и Наруто немного, а?
Из голоса Ино исчезла веселость, теперь она была серьезна. Сарада даже невольно прониклась уважением к маминой подруге. Сакура наиграно улыбнулась:
— Да, конечно.
— Хотя против этого Неджи у нашего Наруто шансов нет, — заявила Ино.
— Ты не права! — возмутилась мама.
— Думаешь?
Сакура прикусила язык.
Сарада смотрела на арену и осознавала, что совсем не знает прошлого своих родителей. Все то, что происходило во времена их юности, раскрывалось только сейчас, а ей было даже не с чем сравнить: изменилось прошлое или же нет?
Почему-то мама никогда не рассказывала об этом экзамене на чунина, о том, какими были Нанадайме и папа… Пыталась, но опираясь на мамины рассказы, ничего из того, что Сарада чувствовала и видела сейчас, себе представить нельзя было. Человек из будущего, она могла бы знать все наперед, но не знала. Проживала все, словно впервые, со своими родителями: так же, как и мама, волновалась за то, чтобы Саске успел, и молилась, чтобы они с Нанадайме если не победили, то хотя бы выбрались из этих боев в целости.
А нервы с каждой минутой все больше и больше расшатывало волнение. Нападение Орочимару на Лист — это когда? Уже сейчас или позже?
— Начинают, — шепнула Ино себе под нос.
Неджи Хьюга, которого Ино назвала гением, и Наруто стояли друг напротив друга. Хьюга широко расставил ноги и принял стойку, а Нанадайме просто смотрел на него, опустив руки. Сарада не знала, насколько силен стал Наруто, но сейчас ей казалось, он ближе не к Седьмому Хокаге, а к непоседливому ребенку, который не мог попасть кунаем по мишени.
Наруто с воплем ринулся в бой. Метнул в соперника кунаи, но Хьюга поймал их на лету. Наруто полез на него с кулаками.
— Дурак! — вскочила со своего места Сакура. — Он же видит тэнкецу!
Сарада до хруста сжала кулаки. Тэнкецу. Даже шаринган не мог видеть их. Способность бьякугана была поразительна, сверхъестественна.
Неджи ловко уворачивался, буквально танцевал среди теневых клонов Седьмого, легкими короткими движениями перенаправлял удары, так что все пятеро Нанадайме — оригинал и четверо клонов — выглядели беспомощными идиотами. Казалось, парню из Хьюга было неважно, сколько человек против него выступало, бой все равно вел он.
И он наслаждался.
Неджи очень быстро расправился с тремя клонами, потом неспешно подошел к последнему, поднял за шкирку и развеял и его тоже. Наруто в замешательстве застыл чуть поодаль.
Сараде было обидно до бешенства, и она стала представлять, как сражалась бы с Неджи на месте Наруто. Предвосхищение шарингана против стиля Хьюга. Ближний бой исключен. Слишком рискованно. Как бы Какаши-сенсей ни натаскивал их с Саске, но лезть в рукопашную с Хьюга?..
Первым делом она бы попыталась поймать Неджи в гендзюцу. Достаточно всего лишь пересечься с ним взглядом. Вряд ли у Неджи был опыт сражения против шарингана. Один просчет с его стороны, случайный взгляд, и исход боя решился бы мгновенно. Гендзюцу все еще было главным оружием Сарады. Мало кто способен был противостоять силе шарингана. По словам Какаши-сенсея, свой собственный стиль боя против додзюцу Учиха разработал его соперник Майто Гай, но ситуации, в которой ей пришлось бы драться с Гаем, Сарада представить себе не могла.
Однако гендзюцу временами давало осечку, как, например, с Казекаге. И такая осечка могла стоить жизни. В отличие от Шикамару и своего гениального дяди, Сарада не умела просчитывать ход боя настолько далеко и до таких мелочей.
Она почувствовала себя неуютно. После тренировок с Какаши-сенсеем у нее появилась уверенность в собственных силах, но то, с какой легкостью Хьюга Неджи отбивался от клонов Наруто, заставило Сараду усомниться в себе.
Нанадайме о чем-то разговаривал со своим соперником. В конце концов он протянул кулак, показывая, что сдаваться не собирается, и создал целую толпу теневых клонов.
Еще во время первой партии клонов Сарада невольно вспомнила Боруто и в который раз колебалась, сравнивая отца и сына: одинаковых и разных одновременно. Если в прошлом заходе Сарада посчитала стиль их боя очень похожим, то сейчас видела, что в технике теневого клонирования Боруто своему отцу заметно проигрывал. Создать такое количество теневых клонов бывший партнер по команде никак не мог.
Сколько же у него чакры? И уже сейчас, в таком возрасте! Не это ли сила запечатанного в нем Лиса?
За все время общения с Наруто Сарада успела подзабыть, что он джинчурики. Только в первую их встречу в прошлом задумалась о том, что в щуплом тельце ребенка, сидящего рядом с ней на лавке, притаился Девятихвостый. А потом он стал просто шумным мальчишкой, и о Кьюби Сарада вспоминать перестала.
Неджи отнюдь не смутила толпа Узумаки. Внутреннему перфекционисту наблюдать за плавными четкими движениями гения Хьюга было приятно. Но при виде того, в каком отчаянном положении находится орава мальчишек в оранжевых костюмах, Сарада почувствовала, что в ее сердце закипает бессильная злоба.