Не надо, папа! (СИ)

«Что ты творишь? Нельзя позволять ему это! Он должен быть с Хинатой-сан!» — орала совесть.
«Вряд ли твое решение, каким бы оно ни было, поможет этим Боруто и Химавари…» — отзывался в памяти задумчивый голос Шисуи.
Не встретив сопротивления, Наруто не торопился разрывать объятия, а Сарада жадно вдыхала запах его волос и сходила с ума.
Они стояли и боялись шевельнуться.
Сарада не знала, что и думать. Наруто часто обнимал ее в прошлом, но тогда это было обычным делом. Он — ребенок. Она — почти что старшая сестра. Так и должно было быть. Все естественно, все правильно.
Но тогда почему это кажется таким странным сейчас?
Это для Наруто прошло шесть лет. А вот для нее — всего несколько месяцев. Еще совсем недавно она навещала дома маленького непоседливого мальчишку, тогда как теперь...
Объятия затянулись.
Что бы они ни значили, что бы ни придумал себе Нанадайме и какими бы ни были его мотивы, но с каждой секундой вся эта ситуация казалась Сараде все более странной и даже неприличной.
Она убрала руки со спины Наруто. Тот вздрогнул и тут же отстранился. Отступил, перепугано глядя на нее, такой потерянный и взъерошенный.
— Это для тренировки… Так надо было.
Сарада ошарашенно наблюдала, как он скрывается за поворотом.
  
Глава 45. На несколько ходов вперед
 
45
Последние дни перед экзаменом Какаши-сенсей решил тренировать только Саске. Он намекнул Сараде, что ее в скалах больше не ждет, и посоветовал сходить в больницу подлечиться. Сарада обиделась, хотя и понимала, что Рокудайме прав. Это Саске должен был сражаться с Гаарой, а не она. Сарада мысленно оправдала сенсея и успокоилась. В конце концов, Шестой дал ей очень много. Она хорошо подтянула тайдзюцу и выучила новую технику, весьма разрушительную — место их тренировок было тому доказательством: они с папой разворотили скалы напрочь.
Сарада плелась в госпиталь, разглядывая свою левую руку. От частых попыток создать завершенное Чидори кожа шелушилась и немного пекла, и показаться медикам все же стоило. С правой руки понемногу сошли кровоподтеки, но зато появились синяки от Саске.
Приветливая девушка-медик осмотрела руку Сарады, обмазала пахучей мазью и перебинтовала. Выйдя из кабинета врача, Сарада столкнулась с Сакурой.
— О, Сарада? Давно не видела тебя. Что с рукой?
— Тренировки.
Сакура многозначительно кивнула.
— А ты чего здесь?
— Навещала Ли-сана.
— Как он?
Сакура печально покачала головой.
У Сарады похолодело в груди. Это в поединке с Гаарой Ли-сан так пострадал, а через несколько дней против него выступит Саске. В случае чего экзаменатор может остановить бой, но непоправимо искалечить папу будущий Казекаге все-таки мог. Инвалидность была отнюдь не лучшим исходом. Если бы Саске оказался прикован к постели, как Ли-сан, он бы чокнулся.
Сакура слабо улыбнулась и вдруг вспомнила:
— Кстати, на втором этаже лежит Наруто. Интересно, что с ним? У него ведь тоже главные бои через несколько дней.
— Наруто?
Только пару дней назад произошел тот странный случай, когда Нанадайме обнял ее ни с того ни с сего, а потом убежал, промямлив что-то о тренировке, и Сарада все еще не понимала, что это вообще было.
За три недели усиленных занятий с Какаши-сенсеем образ Нанадайме стал блекнуть, и, только Сарада наконец успокоилась со своей паранойей о будущем, Наруто снова вылез, да еще как! Одним махом уничтожил все ее усилия позабыть его, а теперь еще и в больницу угодил, дурак.
— В какой он палате?
Сакура ответила. Сарада простилась с ней и поднялась на второй этаж. Она отодвинула створку двери, зашла в просторное помещение, разделенное шторами на отдельные зоны, и обнаружила на одной из кроватей спящего Наруто, а рядом с ним Шикамару. Будущий советник Хокаге сидел на табурете и играл сам с собой в шоги.
— Привет, — сказала Сарада.
Нара отвлекся от игры и взглянул на нее в замешательстве.
 
— Привет. Э-э… Ты — сестра Саске?
— М-м. Да.
Так было проще всего. К чему эти объяснения? Сводная, не сводная; родная, не родная.
— А ты Нара Шикамару. Верно?
— Хай, хай. Учиха Сарада, кажется, мы с тобой виделись когда-то давно.
Он почесал лоб, будто припоминая.
Надо же, запомнил. Всего раз ведь говорила с ним. Вот это память на лица.
— Там под койкой еще один стул, — подсказал Шикамару.
Сарада достала из-под кровати свободный табурет и села.
В присутствии Шикамару было как-то удивительно спокойно, будто он заразил ее своей невозмутимой ленью в первую же минуту, как она посмотрела ему в глаза. Сарада общалась с ним и чувствовала себя так, будто вновь попала в привычное время. Никакого напряжения, беспокойства, паранойи.
В будущем Шикамару был немного другим: взрослый мужчина с бородкой, который носил модный светлый плащ с короткими рукавами, часто курил и щелкал крышкой зажигалки, чтобы занять чем-нибудь руки. От него всегда пахло сигаретным дымом, и настолько забористо, что у Сарады начинало першить в горле каждый раз, когда он приближался достаточно близко. Она никогда не обращала на него особого внимания. Шикамару-сан был отцом Шикадая, уважаемым советником. Но она была ему бесконечно благодарна за тот раз, когда он вмешался и позволил отнести бенто Нанадайме, спешившему на встречу с ее отцом.
Эта сцена — спящий Наруто и Шикамару, стерегущий его сон, — была каким-то прообразом их будущих взаимоотношений: Хокаге и его тень.
— Что с ним?
— Черт его знает. Дрыхнет так уже второй день.
— «Дрыхнет»? С ним точно все в порядке?
Шикамару пожал плечами, обернулся и с сомнением взглянул на Наруто.
— Хм, как знать. Может, и помер.
Сарада опасливо покосилась на будущего советника, поднялась со стула и подошла к постели Нанадайме. Он спал, приоткрыв рот. Лицо побледнело ото сна, но казалось таким умиротворенным, что Сарада умилилась. В кои-то веки при виде Наруто вместо паники ее сердце затопили тепло и нежность. Сарада потянулась рукой к шее, выглядывающей из-под одеяла, и прощупала пальцем пульс. Наруто не проснулся.
— Ну как? — полюбопытствовал Шикамару.
— Живой.
Сарада выдохнула с облегчением и опустилась назад на табурет.
— С ним точно все в порядке? Он проснется до главных боев?
— Мендоксе-е, а я-то откуда знаю?
Шикамару почесал спину и задумчиво уставился на доску.
— Играешь в шоги?
Сарада покачала головой.
— Правила знаю, а играть вот…
— Чего, попробуй.
Играть с главным стратегом Конохи в шоги? Это же бессмысленно.
Сарада колебалась.
— Я все равно тебе проиграю.
— Сдаешься, даже не начав?
Ей показалось или в голосе Шикамару прозвучало осуждение?
А ведь Итачи всегда учил ее, что шиноби должен быть одинаково хорош и головой, и телом. Воспоминания о дяде вызывали страх и сожаление, но его советы все еще направляли Сараду по пути ниндзя.
— Нет, не сдаюсь. Давай.
****
Оставаться дома было просто невыносимо. Она сходила с ума. Каждую свободную минуту ее мучили мысли: о папином бое с Гаарой и демоничности Казекаге; о странных снах, о чувствах к Наруто; о том, что будущее под угрозой, как никогда прежде… Но обо всем этом Сарада думала и раньше, а сейчас, в преддверии третьего этапа экзамена на чунина, совесть стала разъедать еще одна мысль. Если ей не изменяла память, именно в этом году на этом экзамене на деревню должен был напасть Орочимару.
Орочимару Сарада не особо боялась. Она виделась с ним в будущем. Бывший отступник Листа был необычен, приторно слащав, женственен и, судя по взгляду, весьма хитер и пронырлив. Из такого поверхностного знакомства вынести реальное представление о сущности Орочимару было невозможно. Сарада подозревала, что за бледным красивым лицом и медовой вежливостью саннина вполне могли скрываться жестокость, беспощадность, коварство… Ведь хороший человек не станет нападать на родную деревню и убивать собственного учителя. Однако даже так, Орочимару не мог сравниться с Итачи и тем незнакомцем в оранжевой маске. Их Сарада боялась куда больше.