Итерация II (СИ)
— Куда без них? — тяжело вздохнул Грязев, — Парочку выявил, в начале услышал разговор, затем установил личности.
— Арестовал?
— Нет, приказа не было. Думаю, что суету устраивать рано. Прилетят из НКВД — пускай разбираются. Сведения о антисоветчиках, готовых уйти за кордон — в докладе.
— Что ещё?
— Выявил ряд приспособленцев и меркантильных личностей. Хотят оформить на своё имя права на песни, книги и фильмы, затем жить на ренту.
— Таких во все времена хватает, но на карандаш — возьми и в доклад Меркулову — включи.
— Уже сделал. Теперь о положительном. «Кастымовцы» рвутся в бой, просят отправить на фронт. У многих накопилось личное, рвутся поквитаться. Есть добровольцы и из других организаций, но с ними сложнее. В армии не служили, соответствующей подготовки нет. Уверяют в своей высокой физической подготовке, предлагают направить на должности операторов «квадриков». Слова подкреплены документами, дипломами и победах на соревнованиях.
— Ещё одни воздушные разведчики? Нужны ли они? Сам как думаешь? И вообще: твоё мнение о «квадриках»? Какое-то необычное оружие или нечто ещё? — Мехлис задумчиво обхватил подбородок ладонью левой руки.
— С уверенностью могу сказать, что как средство уничтожения противника они практически не используются. Конструкция позволяет подвесить гранату или аналогичное средство, но только после дооборудования. Уникальность беспилотников в том, что с их помощью можно наблюдать за противником, без риска быть обнаруженным. Великолепная аппаратура позволяет рассмотреть многое. К тому же оператор может приближать и удалять любой предмет или местность, с качеством, которого нет ни у одного бинокля. «Квадрики» оборудованы тепловизорами.
— Чем? — уточнил комиссар.
— Специальными устройствами, реагирующими на, выделяемое организмом или техникой тепло. Некоторые беспилотники оснащены приборами ночного видения, то есть могут работать в тумане и ночью. При температуре до минус сорока заряда хватает на шесть часов непрерывной работы. Дальность и высоту полёта — не уточнял. Что ещё? Посадить «квадрик» противник не сможет, для этого нужна спецаппаратура, которой нет ни у кого в мире, сбить — практически нереально. Увидеть — и то проблема.
— Интересная «птичка». Жаль, что бомбить не удастся, но для разведки очень даже пригодится. Причём не только в армии. Возможно, геологи заинтересуются или ещё кто. Что-то добавите?
— Да. Операторов нужно готовить не менее месяца, но лучше дольше. Их детвора занимается несколько лет в кружках при Доме пионеров, затем их направляют в армию на должности операторов БПЛА, беспилотных летательных аппаратов. Рассказывают, что есть разные модели БПЛА, в том числе и боевые, ударные. Но здесь таких нет.
— То есть берегут лётчиков и воздушной разведкой не ограничиваются. — задумчиво сказал Мехлис. — Так что решим с молодёжью?
— Смотрел их в работе и на кинозаписи. Считаю от таких предложений отказываться грех. Парни — настоящие умельцы, с «квадрика» гранату бросают — любо-дорого посмотреть. Попадают даже в печную трубу, значит смогут уничтожить ДОТ или вывести из строя вражеское командование. Считаю: необходимо предложение принять, добровольцев поддержать, вылетать в Москву с командой «попаданцев».
— Как у тебя всё просто. А кем их числить? Вольнонаёмными? Не пойдёт. Гражданских и слушать никто не будет, а уж тем более выполнять приказы. Хорошо, твои предложения принимаются. Об организации подумаю, ещё и с Логиновым посоветуюсь. Глядишь, что и посоветует. Добро, Василий Семёнович, свободен. Подготовь доклад в трёх экземплярах, один отдам Меркулову.
— Значит Вы согласны, что они должны принести присягу и призваться? Считаю, что у всех должны быть воинские звания. — упорствовал Василий.
— Конечно согласен. — ответил начальник Глав ПУра. Прилетим в Москву, там и оформим как полагается.
— На это нужно время. — возразил Грязев, — У нас его катастрофически не хватает. Предлагаю аттестовать их здесь, до вылета. Готов заняться лично. В Москве сдадим документы, дальше пусть кадровики оформляют, но без участия добровольцев.
— Допустим, с Щаденко вопрос решу. На какие звания аттестовать?
— Для начала определимся с должностями. Сразу скажу — Управление Разведки стольких не примет. Остаётся ГлавПУр или интенданты.
— Интенданты — нет, и сразу. К Хрулёву не пойду, обсуждать не стану. Остаётся ГлавПУр. Хм. Раскидать по разным организациям или создать отдельное подразделение, может даже воинскую часть? Так: штаты разрабатывает Генштаб, создать новую часть может или Нарком обороны, или Правительство. Какой вариант выбрать? Что быстрее?
— Предлагаю назначить на вакантные должности. Время выиграем, заодно подготовим остальные документы. — предложил Грязев.
— Согласен. Двадцать должностей точно найдём. Если это не средний комсостав…
— На должности среднего комсостава потребуется назначить пару — тройку человек. Их и аттестовать майорами, остальные — младший комсостав: сержанты, максимум — старшины.
— Откуда такие предположения? — задал уточняющий вопрос Мехлис.
— Считаю, что скорее всего старшим назначат Интенданта, извините, товарища Кнутова…
— Снабженца? Зачем? Он справится?
— С Андреем Викторовичем и его сослуживцами я общался. Да, Кнутов — заместитель комбрига по тылу. И в то же время — боевой командир, не раз руководивший отрядом и группой в боевой обстановке.
— Как-то всё это… Странно. Не находите? С кем они вообще воевали?
— Из полученных обрывков сведений, представляется несколько непривычная картина. По документам, бригада числилась обычной, стрелковой, или как они называют — мотострелковой. Причём задачи выполняла как ОсНаз. Правда потомки называют бригаду Спецназом. Видимо, Генштаб принял меры по маскировке воинской части, введению противника в заблуждение. Обмундирование в бригаде выдавалось обычное, пехотное. Переодевались только на задание. Работали, как они говорят, в «горячих точках», по всему миру: от Африки и Южной Америки, до Северного Полюса.
— Не привирают? — усомнился Мехлис. — Документальные подтверждения есть?
— Нет. Документы засекречены, сданы в архив. Сведения получены от разных людей, я их обобщил и сделал вывод. Можно уточнить у Логинова, сейчас в этом никакой секретности нет.
— Уточню у Михаила Силантьевича позднее. У Вас всё, или что-то ещё?
— Пока всё. Экипировкой и аппаратурой группу обеспечит Логинов, с оружием — решим на месте, по прибытию на фронт. Не исключено, что понадобится нечто эдакое… — Грязев покрутил рукой, — Думаю, и эти запросы решаемы.
— Есть предложения по остающимся?
— Только в отношении «Кастымовцев». Поддерживаю предложение по развертыванию неподалёку центра подготовки командирских кадров. Ядром станет прибывающий стрелковый полк, инструкторами — потомки. Если сработает, можно направлять командиров со всех частей РККА, начиная с приграничных округов.
— И чему здесь станут учить? У них же нет такого количества «квадриков», чтобы хватило на всю армию, с НКВД и флотом в придачу.
— Я бегло просмотрел сержантские учебники. Написано толково, учтён опыт войн и конфликтов ХХ века. Для обучения — как раз то, что надо. С остальным — Логинов определится и подготовит программу. Думаю, для него это будет гораздо интереснее, нежели заниматься только одним ТЦ, да и армии пойдёт на пользу.
— Добро. — сказал Мехлис, — Ещё вопросы есть?
Грязев отрицательно мотнул головой, хотя обсудить было чего. Но, эти вопросы шли по разряду второстепенных, и Василий отложил их на поздний срок.
— Тогда пошли в здание. Что-то я начинаю замерзать.
Начальник ГлавПУра бодро зашагал в Торговый Центр, сопровождающий его Грязев немного отстав, шёл с левой стороны. Стоило им войти в вестибюль, как навстречу попался Полипов.
— Пётр Петрович, вы то мне и нужны. — обратился к нему Мехлис.
— Слушаю, товарищ Армейский комиссар 1-го ранга. — угодливым голосом отозвался Полипов.