Итерация II (СИ)
— Кеша, валить отсюда надо, срочно!
— Боря, не делайте нервы. Куда отсюда свалишь и на чём? Это тебе не Сургут двадцать девятнадцать, с транспортом туго. Видел на чём здешнее начальство летает? Вот это и есть лучший образец здешней мысли. А пешком далеко не уйти.
— И что делать? Ждать, когда в армию забреют, а потом с одной винтовкой на троих от немца отбиваться? Не хочу! Мне та эсэсэсэрия поперёк горла была, а эта — тем более. В штаты надо рвать, или в Европу!
— Борис, какая нахрен Европа? Слышал, что говорят? На дворе тридцать девятый год, немец вот-вот всю Европу под себя подомнёт…
— Можно сразу в Германию рвануть.
— На хрена? Немцам что, только пары грузчиков и не хватает? К тому же у нас нет никаких документов. А без них нас сразу сцапают, да в кутузку посадят. Ну и на профиль свой посмотри. С таким фото дорога одна — в лагерь.
— Нормальный у меня профиль! Да не будут немцы сажать каждого обладателя сомнительного фейса. Брехня это всё коммуняцкая. Но, документы — это серьёзно. Нужна легенда. Может лучше в США?
— Хлестать вискарь заместо водки? — хохотнул Кеша.
— Вообще-то у меня неоконченное высшее! — привёл очередной довод Борис.
— Фил олух, что ли? Очень оно пригодится. — хохотнул Кеша, — Ты и английского толком не знаешь.
— Фигня! Наберём телефонов, планшетов, прочей лабуды, станем богачами.
— А как же досмотр?
— На корабль тайком проникнем, без всякого досмотра! — продолжать убеждать приятеля Борис.
— В начале надо как-то до порта добраться. — возразил Кеша.
— Фигня! Попутками до Ханты-Мансийска или Тюмени, а там ищи ветра в поле!
— Какие, нафиг, попутки? — отбивался скептик. — Где ты их видел?
— Дёрнем авто у наших. Доедем до цивилизации, там бросим.
— А где горючку взять? Тут автозаправок нет. Если уж так неймётся, лучше дождаться весны, а там — на корабле.
Дальнейшего обсуждения Грязев дожидаться не стал. Тихонечко, чтобы не побеспокоить спорщиков, он вернулся в здание, потирая озябшие руки и плечи.
— Замёрз? — участливо спросил охранник, — Сходи в ресторан, горячего поешь.
Василий только сейчас понял, что проголодался и, поблагодарив ВОХРовца, скорым шагом двинулся к неработающей лестнице эскалатора.
В зале одного из немногих работающих кафе было многолюдно, очередь вилась вдоль линии самообслуживания и подходила к входной двери. Василий Семёнович встал в конце и мысленно начал составлять доклад. Не прошло и минуты, как очередь выросла ещё на двух человек: юноши, по всему видно — друзья, пристроились к хвосту и взяли в руки подносы. Грязев прислушался и к их разговору:
— Коль, а у тебя прадед кем был? — спросил паренёк, стоявший сразу за интендантом.
— До войны — лётчиком в ГВФ — в Гражданском воздушном флоте то бишь. Летал в наших краях. А после к Голованову перешёл, в дальнюю бомбардировочную. А твой, Лёш, где?
— Бабушка по секрету рассказывала, что дед из «благородий», дворянин вроде. Говорила, что два «егория» у него было, Анна, да Станислав, оба с мечами и бантом. Сунулся было у деда уточнить, так он так зыркнул, что дар речи пропал. На Отечественную Алексей Саныч в сорок первом добровольцем ушел, в пехоту, под Москву. Вернулся майором, комбатом. Ордена Невского, Кутузова, Звездочка, да Знамя, плюс две медали «отважные». Демобилизовали только в 1947. Дед приехал, так дочку с сыном в первый раз и увидел. Двойняшки они, через два месяца после призыва родились. Жаль, пожил потом недолго. Я в прошлом году специально в Москву ездил, боевой путь деда Алексея восстанавливал. Зато сейчас встретились, может иначе жизнь у всех нас и сложится. Эх, жаль на войну не махнуть, запретили.
— И что нам там делать?
— Коль, ты послушай: мы перворазрядники по пятиборью, почти сдали норматив «мастера» по биатлону, без пяти минут чемпионы соревнований квадрокоптеров, и ты спрашиваешь «что делать?».
— Лёшка, война — не чемпионат, мишень ведь не отстреливается. Да и стрелять в живого человека боязно.
— А как же наши деды? Что думаешь, им было не страшно? Ничего, наловчились. Так и мы научимся.
— Лёш, ты же знаешь, у меня жена молодая, как же я её брошу, да на фронт сбегу?
— Нет, Коль, одну Ольгу оставлять нельзя.
— Лёш! А Настька, провизор из аптеки, тебе кем приходится?
— Сестричка.
— Ты же говорил, что в семье один. Откуда сестра? — не поверил Коля.
— Мои бабушка с дедом, для неё прабабушка и прадед. Настя наследница по старшей линии, мой батя — младший сын. Понял? — несколько сумбурно пояснил Алексей.
— Блин, всё смешалось: бабушки, дедушки, братья с сёстрами, да внуки с правнуками, прям индийское кино. Нет, то, что родная кровь — видно, но как-то непривычно. Внук и правнучка, а почти ровесники.
— Бывает. А ещё бабушка Настеньке дар передала.
— Лёш, ты бы с фантастикой завязывал, а! Тут и так реальность, как в сказке…
— Молодые люди, — обернулся к друзьям Грязев, — А что такое квадрокоптер?
— Небольшой беспилотный летательный аппарат, оснащённый видеокамерой. — коротко и ёмко бросил Николай.
— То есть, летает по определённому маршруту, а плёнку проявляют после приземления? — уточнил интендант.
— Конечно же нет. Изображение сразу поступает на экран к оператору, который и управляет «квадриком». Изображение можно как приближать, так и удалять. Если «квадрик» с тепловизором, то работать можно хоть ночью, хоть в тумане. Видимость хуже, но разглядеть можно. — ответил Алексей.
— А тепловизор? — не отцеплялся военный.
— Фигня такая, реагирующая на тепло. Опытный оператор враз распознает, что перед ним: машина, животное или человек. Хорошая штука, но жутко дорогая. У наших охранников такие.
— Ага. — задумчиво сказал Грязев, — А кроме разведки, чем такая штука полезна?
— Например, можно гранату в печную трубу закинуть. Прикольно. На соревнованиях так и делали.
В этот момент очередь подошла к раздаче, и Василий с ребятами принялись заказывать блюда. Быстро заполнив поднос яствами, в поисках свободного места Грязев осмотрел зал. Искомый свободный столик нашёлся быстро, и командир двинулся к нему. Ребята тоже подхватили подносы, но направились в другую сторону, присоединившись к шумной молодёжной компании.
Как только Василий аккуратно расставил тарелки и присел за стол, к нему обратились с вопросом:
— Свободно?
Грязев поднял глаза. Перед ним стояли три охранника, державшие уставленные тарелками подносы.
— Да, садитесь.
Троица шустро расселась и молча принялась хлебать первое. Расправившись с супом, старший в команде спросил:
— ГРУ? ГБ?
— Не понял вопрос? — недовольный тем, что его оторвали от обеда, спросил Василий.
— Извините нашего друга, мы не представились. — подал голос невысокий блондин с цепким взглядом, — Невоспитанного типа зовут Александром Швецовым, уничтожителя бифштексов — Лёней Павлюченко, а меня — Василием Зайцевым. Наш неотёсанный друг хотел узнать из какого Вы ведомства: военная разведка или госбезопасность.
— ГИнтУ. Главное интендантское управление. — проскрипел Грязев.
— И как я сразу не догадался! — Зайцев притворно хлопнул себя ладошкой по лбу, — По эмблемам же видно. Перекрещенные серп с молотом — знак интенданта! Кто ещё может охранять начальника ГлавПУра, как не тыловик.
— Вы тоже снабженцы? — удивленным голосом уточнил интендант.
— Не совсем. Работники тыла — так будет точнее. — балагурил Зайцев. — Коллега…
— Интендант второго ранга Грязев Василий Семёнович. — отчеканил командир.
— Очень приятно! Василий Семёнович, не подскажете, к кому можно обратиться за путёвками в заснеженные снега Финляндии?
— Какими такими путёвками? — оторопело переспросил начальник охраны. — Да туда и не попасть.
— Какая жалость. — протянул Зайцев, — Может замолвите словечко, вдруг какой «горящий» тур подвернётся. Мы бы с друзьями в миг собрались, давно мечтаем посетить эти края.
— Дело какое или так, поглазеть? — увидев тяжёлые взгляды соседей, Грязев понемногу начал понимать ситуацию.