Междумирье (СИ)

Ника едва заметно подмигнула, когда мы отошли на достаточное расстояние и остановились рядом с ритуальным кругом. Второй пункт основного плана был выполнен. С каждой минутой прибывали всё новые Проводники и стражи. Я скользила взглядом по незнакомым лицам и думала, догадывается ли хоть один из них, чему станет свидетелем и невольным участником.
Вскоре рядом с нами незаметно появился Макс. Показал Нике несколько жестов и снова скрылся, ловко лавируя между группами настороженных и не очень людей. Кто-то предпочитал молча изучать обстановку, а кто-то оживленно разговаривал. До нас доносились обрывки русской, английской, немецкой и даже чешской речи.
– Наши все на месте. Ковен тоже в сборе, – на грани слышимости сказала Ника. – В круге мы все постараемся оказаться рядом с тобой. Но если это не удастся, снимай подчинение только с ближайших. Не трать силу на остальных. Как только она потеряет контроль над ситуацией, подчинение само начнет спадать.
Я кивнула, продолжая рассматривать Проводников и стражей. Как же быстро привыкла к помощи Духа, чтобы понять, что у кого на уме и сердце. Большинство из этих незнакомых мне людей хранили непроницаемые выражения лиц. Кто-то пытался узнать, что происходит, кто-то нетерпеливо ходил около ритуального круга, стражи настороженно следили за обстановкой… И только одно лицо отражало смесь вины и предвкушения. Ирма. Она изменилась: заметно похудела, и под глазами залегли тени, обычно ярко накрашенные губы сегодня были бледными и поджатыми. Тяжело, наверное, бремя предательства. Бывшая наставница первой отвела взгляд. Я криво улыбнулась и едва заметно покачала головой.
– Хочешь ей отомстить? – спросила Ника, подтверждая, что моя пантомима не осталась незамеченной.
– Зачем? – от удивления даже развернулась к подруге. – Жизнь сделает это лучше меня.
– Я пока не научилась всепрощению, – с притворным вздохом сказала она и процедила сквозь зубы: – Придушила бы гадину, но руки марать не охота.
Ответить я не успела. Над пустырем раздался голос Валентина, призывающего всех занять место в ритуальном круге. Началось.
Мы с Никой не быстро, но и не слишком медленно направились к месту проведения ритуала. Вскоре рядом с нами оказались Макс и Стас. Женя и Даня тоже двигались неподалеку: я видела их боковым зрением.
Распределяли нас по ритуальному кругу члены Совета. Меня направляла Мадина. Она явно нервничала и даже не пыталась это скрыть. Остановила бегающий взгляд на моём лице, глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки, и проводила к руне равновесия. Я решила, что это хороший знак. Заняла отведенное место и улыбнулась Мадине, говоря взглядом, что всё будет хорошо. Она криво улыбнулась в ответ и кивнула Нике, чтобы вставала за моей спиной.
Рядом заняли места двое незнакомых Проводников: высокий и худой блондин и неопределённого возраста женщина с длинными русыми волосами, заплетенными в тугую косу. За их спинами расположились Стас с Максом. Оба в мою сторону даже не посмотрели. Я оглянулась на Нику, но и она уже нацепила маску внимательного, но отрешенного стража.
Чтобы не отвлекаться на лишние сейчас переживания и мысли, я переплела пальцы, будто ненароком приложила подушечку большого к запястью и принялась считать удары сердца. Постепенно синхронизировала и плавно ускоряла дыхание и пульс, входя в подобие боевого транса. В таком состоянии все рефлексы ускорены и чувства обострены, но и находиться в нём долго опасно – сердце может не выдержать. Буду надеяться, что ритуал займет не так много времени, а опыт прошлой жизни позволит сохранить хладнокровие и ясность ума.
Когда все Проводники и стражи заняли предназначенные им места, Валентин, выдержав театральную паузу, негромко заговорил.
– Братья и сестры, наши верные стражи, – глава Совета обвел всех взглядом, повернувшись вокруг собственной оси. – Уверен, что сегодняшняя ночь войдет в историю. Вы все станете свидетелями событий, равных которым ещё не случалось на нашей планете. Сегодня мы подчиним саму Тьму.
 
На этих словах одновременно случилось две вещи: Валентин замолчал, давая собравшимся возможность оценить масштаб задумки, и на нас набросили подчиняющее плетение. Во всяком случае, я так решила, почувствовав, что стало труднее дышать, а тело словно превратилось в неподатливое желе. Попробовала поднять руку, но, предсказуемо, ничего не вышло.
– Как же мне надоел этот алчный идиот, – сквозь зубы прошипела Хельда. Она стояла недалеко от центра круга, и, думаю, многие услышали эти слова. – Но ничего, Великой Тьме всё равно, чьей крови и жизни отведать. – Ведьма деловито расставляла по границе круга камни и раскладывала пучки сушеных трав. Традиционных атрибутов круга стихий, таких как соль, воду, свечи, перья или палочки с благовониями я не увидела.
– Не пытайтесь снять заклятье, – сказала она, ни к кому конкретно не обращаясь. – Это не под силу ни одному из вас. Ваша же участь предрешена. Детям Тьмы нужно хорошо питаться, – красивое лицо исказила хищная и какая-то полубезумная гримаса. Я и раньше не могла назвать Хельду полностью вменяемой, а сейчас, похоже, она совсем слетела с катушек. – Пусть вас утешает мысль о великом предназначении. Ваша жертва положит начало новому миру. Справедливому миру. Тьма поможет вычистить всю грязь.
Она ещё что-то вещала про власть денег, истощение ресурсов, рабов, что расплодились как крысы, но так и не смогли стать свободными. Ага, а Хельда – великая и могучая – будет править руинами и осколками цивилизации.
Я не вслушивалась, хоть некоторые идеи были не так уж и плохи. Но вот методы их реализации оставляли желать лучшего. Умирать в мои планы не входило. Как и жертвовать друзьями.
Пока Хельда отрезала головы петухам и тщательно поливала границы круга свежей кровью – зрелище точно не для слабонервных, – я осторожно призвала Дух и заново присмотрелась к происходящему. На всякий случай огонёк стихии в груди приглушила до минимума: только чтобы увидеть плетение подчиняющего заклинания. Если не думать о сути, то выглядело оно завораживающе красиво. Тонкое серебристое кружево с крупными каплями-жемчужинами в местах соединений нитей-паутинок. Слишком сложно для иллюзии, но выбора у меня не было.
Ведунья как раз перешла на противоположную сторону круга. Я начала быстро накладывать иллюзию поверх кружева заклинания. Пришлось увеличить присутствие стихии, молясь всем богам, чтобы Хельда этого не почувствовала. Справилась с иллюзией я на удивление быстро. Оставалось самое сложное – переместить подчинение с себя на кого-то другого. Нам всем повезло, что оно распространялось только на тело, не затрагивая волю и мыслительный процесс. Все же силы ведьмы небезграничны.
Я снова внимательно осмотрела серебристую паутину и нашла три точки, в которых она плотнее всего соединялась с аурой. Действовать нужно было осторожно и стремительно. Если я провожусь с паутиной, Хельда поймет, что происходит. Тело мне пока не подчинялось и перебрасывать заклинание придется только после того, как оторву его от себя и смогу повернуть голову к ближайшему Проводнику. Мысленно несколько раз глубоко вдохнула, подвела фиолетовые ниточки стихии к точкам, за которые держалась серебристое кружево и резко оторвала его от ауры, одновременно поворачивая голову и бросая заклинание на блондина слева. Прошло, наверное, меньше двух секунд, но на лбу успела выступить испарина.
Повезло, что заклинание вело себя, как живое и с радостью вцепилось в новую жертву. Но Хельда что-то почувствовала: оторвалась от кровавого занятия и прищуренным взглядом обвела весь круг, на несколько секунд остановившись на мне. Я, кажется, даже дышать перестала. Но она так ничего и не заметила и продолжила обходить круг, поливая границы кровью.
Я не рискнула сразу же снимать подчинение с кого-то из «наших» стражей и решила выждать более удобный момент, когда внимание Хельды будет сосредоточено на чем-то другом. Такой момент вскоре настал. При всем желании Валентину не смогла бы помочь, да и, положа руку на сердце, не сильно хотела. Насколько я понимала задумку ведьмы смерть главы Совета, медленная и мучительная, должна помочь открыть дверь в мир Тьмы.