Междумирье (СИ)

Знание пришло ниоткуда, но не оставляло сомнений в истинности.
– Ладно, – сказал Алекс. – Постарайся больше так не пугать… всех.
– Постараюсь, – одними губами прошептала я.
«Но вовсе не уверена, что получится», – добавила про себя.
В доме шамана меня уложили на низкую кровать с жестким матрасом и накрыли пледом. Сам хозяин что-то колдовал над плитой, и по комнате разносился запах пряных трав. Алекс с Жаком сидели друг напротив друга и напряженно молчали. Я закрыла глаза, собираясь с силами для рассказа, уверенная, что объясниться придется.
Первым тишину нарушил Хранитель Земли.
– Через десять минут настоится восстанавливающий отвар. На вкус не очень, но быстро помогает прийти в себя, – сказал он. – Судя по тому, что ты жива и практически невредима, испытание прошло успешно?
– Что ещё за испытание?!
– Вы о чём?!
Одновременно воскликнули Алекс и Жак и неприязненно уставились друг на друга.
– Ты ведь услышала зов источника и пошла в пещеру? – проигнорировав мужчин, спросил шаман. Я кивнула в ответ. – Он так проверяет будущих Хранителей.
– Могли бы и предупредить, – хмуро сказал Жак.
– Бессмысленно. – Хранитель Земли пожал плечами. – Испытания никогда не повторяются. Подготовиться к ним заранее невозможно. Я не стал ни о чем говорить, чтобы Линда не нервничала по пустякам.
– По пустякам?! – взвился Алекс. – То есть, по-вашему, это нормально, что мы нашли Лин в полуживом состоянии и едва смогли привести в чувство?!
– Молодой человек, – шаман скрестил руки на груди и повернулся к Алексу. Жак в это время опустился на кровать и уложил мою голову на колени, легко массируя виски. Я прикрыла глаза. Приятно. – Источник никогда не навредит тем, кто с ним связан. Он только вытаскивает на поверхность глубинные желания и страхи. Кому-то эта процедура дается легче, кому-то сложнее. Линда ещё легко отделалась. Но я надеялся, что проверка случится позднее. – Хранитель вздохнул. – Будущее слишком неопределенно. И нам понадобится вся сила каждого одаренного, чтобы выиграть решающую битву.
Что-то в словах шамана заставило напрячься, но я была слишком измотана походом в пещеру и так и не сумела поймать ускользающую мысль. Умудрилась даже ненадолго задремать, пока мужчины что-то обсуждали напряженно-порыкивающим шепотом. Выплыла из полудремы на словах Жака: «… Может это состояние Линды и её вид нам сегодня даже помогут».
– И что я успела пропустить? – с трудом разлепив веки, спросила у мужчин, обведя их мутным взглядом.
– Для начала выпей отвар, он как раз остыл.
Шаман протянул мне большую кружку, а Жак помог сесть. Да уж, гадость редкостная, но я заставила себя выпить отвар до последней капли.
– Я предложил связаться с Правителем, – ответил Жак на мой вопрос. – Показать ему измотанную тебя, рассказать о нашем якобы плане. – Он двумя пальцами нарисовал в воздухе кавычки. – Выслушать условия Джонатана и попытаться понять, проглотит он наживку или нет…
– Я по-прежнему против, – сказал Алекс.
– Думаешь я в восторге от того, что придется подвергать Линду риску?! – рявкнул на брата Жак. – Тогда предложи другой рабочий план, учитывая, что до атаки на источник осталось меньше двух суток.
– Лекси, – позвала брата детским прозвищем, хоть и знала, что оно его жутко раздражало. – У нас нет другого выхода. Либо рискуем и выигрываем, как минимум, время, либо становимся свидетелями новой катастрофы. Вероятнее всего, мертвыми свидетелями.
Алекс скрестил руки на груди и отвернулся к окну с выражением на лице: «я сейчас отступил, но от собственного мнения не отказался».
– Линда, ты как? Осилишь небольшую прогулку? – спросил Хранитель.
Прислушалась к себе и поняла, что почти не ощущаю недавней слабости. То ли отвар подействовал, то ли связь со стихией помогла. Полина упоминала, что основное предназначение Духа – исцелять и дарить жизнь. Я кивнула и осторожно встала. Голова не болела и не кружилась, даже тошнота отступила. Жизнь, определенно, налаживалась.
Я уверила мужчин, что справлюсь, а Жак объяснил, что нужно немного отойти от поселения, чтобы не выдать его месторасположение, когда будем связываться с Правителем. На мой взгляд, разумная мера предосторожности.
 
Минут через пятнадцать-двадцать мы остановились в эвкалиптовом лесу, который покрывал процентов восемьдесят горного массива. Прежде чем связываться с Правителем, Жак попросил брата и шамана дать нам поговорить наедине. Мы отошли примерно на тридцать шагов, и он заговорил:
– Линда, я понимаю, что сейчас не время и не место, – прокашлявшись, сказал Жак, – но хочу попросить тебя… Окажешь ли ты честь стать моей женой?
Смысл слов дошел до меня не сразу. Наверное, я стояла с некрасиво выпученными глазами и отвисшей челюстью. А может, всё ещё спала в доме Хранителя? Но то, что я сейчас услышала никак не хотело укладываться в голове и переноситься из графы «галлюцинация» в графу «действительность».
– Ты серьёзно? – на всякий случай переспросила я. Вдруг, и правда, послышалось?
– Серьёзнее некуда, – ответил он и снял с шеи цепочку, на которой висело тонкое золотое кольцо с большим ярко-синим камнем. Наверное, сапфиром. Кольцо послушно соскользнуло на ладонь Жака. – Ты, конечно, вправе отказать мне. Но, пожалуйста, не лишай надежды на будущее, в котором есть место нам.
Я впервые видела его столь растерянным и неуверенным. И эти слова… Совсем недавно думала о том же…
– Я согласна, – в Бездну сомнения! И будь, что будет.
Жак осторожно надел на мой безымянный палец кольцо и поцеловал ладонь.
– Спасибо тебе, родная, – тихо сказал он, притянув меня к груди и крепко обняв за талию. – Обещаю, ты не пожалеешь о принятом решении.
– Надеюсь, ты тоже, – прошептала я в ответ.
– Я в своем решении уверен и менять его не собираюсь, – проговорил Жак. – Люблю тебя. Больше всего во вселенной.
– И я тебя люблю, – признание слетело с губ удивительно легко.
– Безумно хочу тебя поцеловать, – горячее дыхание обожгло шею, – но не уверен, что смогу остановиться только на поцелуе, – как у него получается несколькими словами разжечь огонь в крови?! – А нам ещё предстоит важное дело.
– Наверстаем потом? – спросила я, чуть отстранившись и заглядывая в серый глаза.
– Обязательно, – ответил Жак и всё-таки коротко поцеловал меня в губы, разжигая пожар ещё сильнее.
– Эй, вы там долго ещё обниматься будете? – донесся до нас недовольный окрик брата.
– Дайте нам ещё минуту! – крикнул в ответ Жак.
– Это безумно трудно, когда ты так близко, но давай попробуем сосредоточиться на деле, – сказал он. – Разговаривать с Джонатаном буду в основном я.
Жак проинструктировал, как себя вести во время общения с Правителем: взгляд опущен в землю или смотреть не выше груди собеседника и ни в коем случае не в глаза. Руки сцепить в замок, плечи опустить. На вопросы отвечать только «да» или «нет». В общем, всем своим видом изображать покорность и желание спасти брата.
– Малышка, послушай меня, – напоследок сказал Жак. – Не верь ни единому слову, что я скажу Правителю. Этот спектакль только для него. И я должен отыграть его блестяще, чтобы партия осталась за нами. Всё, что я произнесу для Джонатана, не имеет к тебе ни малейшего отношения. Ты мне веришь?
– Верю, – ответила я, сняла кольцо и убрала в карман. – Слишком заметная вещица для жительницы острова Рыбаков, – пояснила в ответ на вопросительный взгляд Жака.
– Умница, – тихо сказал он и поцеловал меня в висок. – Готова?
– Нет, – честно призналась я, – но и выбора тоже нет, – пожала плечами и первой направилась к Алексу и шаману.
Перед тем, как выходить на связь с Правителем, брата пришлось загнать на ближайшее дерево, вручив компактное устройство в виде металлического шара с несколькими торчащими в разные стороны шипами-иголками. По словам Жака это подобие морского ежа не позволит службе безопасности понять, что у беседы есть ещё один свидетель.