Колония [V] (СИ)

— Оружие в руки и на выход! За мной!
Границы первого сектора были подсвечены желтыми линиями, поэтому я без труда занял нужное место. Мой десяток двигался за мной, словно привязанный. Правда пришлось вновь отдать приказ:
— Стоять!
Черт, да они же исполнительные, но тупые. Мечта сержантов…
Отогнав мысли, я наконец осмотрелся. И тут же понял, что нахожусь не на Пятой колонии. Ну не было в нашем небе красного солнца. Да и таких пустынных пейзажей тоже.
Что ж, Татарин, ты вновь стал воином. Только не тем, и не там.
— Всем приготовиться к бою! — раздался в ушах голос лейтенанта. — Кто продержится сутки, получит минус неделю от долга и тридцатипроцентную доплату к жалованию!
  
Глава 14
 
Рейтинг пехотинца
 
Чужой мир. Огромный шар красного солнца в небе и жара, превышающая все разумные пределы. Даже мое новое тело, фактически лишённое нервов, ощутило всю тяжесть местного климата. Интересно, за что здесь можно сражаться?
Устав наблюдать за безжизненным пейзажем, я сосредоточил внимание на пехотинцах и бомберах. Раз уж так вышло, что очутился среди врагов, нужно запоминать, как они ведут себя. Вдруг мне повезёт вернуться домой, тогда Колония получит новые знания.
Пехотинцы в основном вели себя, словно малые дети, за которыми присматривает очень строгий надзиратель. То есть, они стояли на своих местах, но при этом пытались общаться с помощью жестов рук. Выглядело это комично, учитывая, что никто друг друга не понимал.
А вот бомберы сидели неподвижно. Впрочем, если бы они начали размахивать конечностями, скорее всего зацепили бы кого-нибудь из пехотинцев.
Наш отряд был не один. Еще несколько таких же располагались справа и слева от нас, образуя оборонительную линию. Только от кого? Впереди на несколько километров пусто. Да и позади я что-то не вижу ничего важного. Разве что горный массив в нескольких сотнях метров.
— Приготовиться к отражению атаки! — прозвучала команда офицера. Я тут же продублировал её, перехватил оружие, и стал во все глаза всматриваться вперёд.
Это началось в нескольких сотнях метров от нас. Песчаная поверхность, от горизонта до горизонта, начала ходить мелкой волной, словно на озеро налетел резкий, порывистый ветер. Только ширина этого волнения не превышала сотни метров.
А затем почва вздыбилась, выпуская на свободу сотни, если не тысячи механических существ. Поначалу я вообще решил, что передо мной гигантский единый механизм, но вскоре стало ясно, что это не так. Пока одни создания неведомого гения разворачивались в массивных — под три метра в высоту, боевых роботов, другие, помельче, уже вовсю неслись в нашем направлении.
У меня перед глазами тут же всплыли воспоминания, как инструктор наставляет нас:
«Запомните, салаги, если вы увидели пехотинца сергианцев на расстоянии в две сотни метров, у вас имеются все шансы выжить. Но, если расстояние до противника меньше хотя бы на четверть — вы не жилец. Ну а если увидели бомбера — значит вы уже труп»
Поэтому я отогнал навязчивое желание открыть стрельбу прямо сейчас. Это автопушки мехов спокойно достанут врага на дистанции в километр, здесь же всё иначе.
А вот бомберы уже начали работать. Монотонно начали грохотать плазмомёты, отправляя по навесной траектории массивные сгустки плазмы, секрет которой до сих пор не разгадали наши учёные.
— Огонь! — раздался за спиной приказ офицера.
— Огонь! — продублировал я, хотя сам понимал — рано. Что ж, постараемся продержаться немного. Только не сутки, а хотя бы десять минут. Да, это было бы идеально.
Со всех сторон начали раздаваться выстрелы, и наш строй, всего лишь в одну шеренгу, встретил наступающих тварей. Теперь мне было отчетливо видно, что к нам несутся насекомоподобные существа, состоящие из металла. Из плюсов — у них не было дальнобойного оружия. Из минусов — слишком быстрые, и обладают острыми клинками. И скорее всего броня пехотинца не выдержит этих клинков.
Первые два залпа сергианцев имели околонулевой эффект. А вот третий ударил в самую гущу стальной волны, накатывающей на наши позиции. Сразу стал виден результат. Только на нашем участке сразу десяток механоидов (так я решил для себя называть этих тварей) полетели кубарем, став небольшой, но преградой для остальных атакующих.
 
Ещё один залп, снова результативный, а затем первые механоиды вклинились в наши ряды. Не дожидаясь, когда меня пронзят острым клинком, я опустился на колено, и скомандовал своим подчиненным:
— Всем присесть!
Увы, но моя команда не дошла до моего отряда. Ну, тут уж не мои проблемы. Не сообразили сами — подыхайте. А я постараюсь продержаться подольше. Мне ещё нужно выяснить, кто это передо мной такие?
Выстрел, и тварь, которая только что расправилась с соседом слева, получает заряд плазмы в вытянутый сигарообразный корпус. Плазма прожигает металлическую оболочку, и взрывается, выжигая все внутренности механоида. Тот замирает на миг, а затем складывается у моих ног грудой металла. Отлично, теперь передо мной появилась преграда. Невысокая, в полметра, но всё же.
Два выстрела подряд ушли на убийство насекомоподобного робота передо мной, затем вновь слева. А в следующую секунду мне едва удалось уклониться от атаки — два острых метровых клинка со свистом рассекли воздух справа от меня, в третий лишь поцарапал бронепластину на груди.
Развернуть оружие в нужную сторону я не мог — правое плечо оказалось зажато между металлических жвал, которые безуспешно пытались сдавить броню. Что ж, посмотрим, кто из нас сильнее.
Правая рука выпустила рукоять винтовки, и легла механоиду на подобие шеи. Рывок, скрежет сминаемого металла, и жвала соскочили с моей брони. Ещё один рывок, и противник опрокинулся на бок. Сейчас он больше всего походил на серого кузнечика — мерзкое создание с Колонии V, которое досаждало нашим аграриям.
Цевьё винтовки всё ещё было зажато в левой руке, и тут же навёл ствол на пытающегося подняться механоида. Выстрел.
Шагнув вправо, я собрался продолжить стрельбу, и замер. Прямо на меня надвигалась четырёхметровая махина — точная копия только что убитого кузнечика, только это создание неведомого гения имело шесть верхних конечностей с клинками.
Не долго думая, я шагнул к погибшему товарищу, подобрал его винтовку, а затем буквально нырнул между только что убитых мной механоидов. Так, лежи неподвижно, Татарин, не привлекай внимание. Уф-ф, отлично, меня посчитали за убитого, или не заметили.
Гигантский механический кузнечик сделал несколько шагов вперёд, вертя полутораметровыми лезвиями, как пропеллерами, и наконец его металлическое брюхо оказалось почти надо мной. Ну что ж, сам виноват.
Уперев оба приклада винтовок в землю, я навёл оружие в корпус, и выжал спусковые крючки.
— Вжух, вжух! — два шарика плазмы в считанные мгновения преодолели два метра, и… Врезались в броню. Вот черт!
Я выстрелил еще раз, стараясь попасть в то же место, и в этот раз мне всё же удалось пробить металл. К этому моменту механоид уже начал подозревать неладное, и стал медленно разворачиваться. Поэтому, когда плазма добралась до внутренностей мегакузнечика, его повело в сторону. А затем вся эта махина рухнула на бок, разбрасывая в разные стороны искры. Готов.
Приподняв голову, я осмотрелся. После чего выругался про себя. Вся волна механоидов прошла сквозь нас, уничтожив практически всех. И двинулась дальше, к горам, откуда по ним открыла огонь вторая линия обороны. Более многочисленная.
В голове сразу же сформировалась мысль: нас использовали, как пушечное мясо. Ну конечно, кто поставит новобранцев на важный участок в одиночку? Сколько процентов механоидов мы уничтожили? Десять? Уже хорошо. А главное, мы смогли замедлить атакующих, благодаря чему бомберы из следующей линии обороны отработали эффективнее.
Ещё раз осмотревшись, я вдруг осознал, что из выживших рядом лишь офицер, у которого отсутствовала одна рука. А в соседних подразделениях вообще ни одного живого.