Колония [V] (СИ)

— Да, погорячился я. — признал профессор. — Всё же не мой студент. Пока что не мой. Татаринов, пойдёшь на мой факультет?
— Нет. — ответил я.
— Евгений у нас потомственный военный. — пояснил мой отказ директор. — Хочет пойти по стопам отца. Всё, Татаринов, свободен, не задерживай товарищей. Светлана Анатольевна, кто у нас следующий?
— Артём Игнатьев. — ответила учительница, и при этом так мило, одобряюще мне улыбнулась, что я не сдержался и ответил тем же. За что тут же поплатился.
— Татаринов, улыбаться экзаменационной комиссии после удачной сдачи всех экзаменов будешь. — чуть повысил голос директор. — А сейчас пройди на своё место.
Пока шёл к своей парте, встретился с одноклассником, которого вызвали отвечать после меня. Подмигнул ему, сделал ещё несколько шагов, и наконец-то сел за свою парту. Мне тут же прилетело локтем в бок — мой лучший друг — Дима Захарьев, одобряющие покачал головой. Затем быстро черкнул пару строк на листе бумаги, и пододвинул ко мне. Хватило одного взгляда, чтобы прочесть содержимое записки:
«Ты видел, как она улыбнулась тебе? Может пригласишь её потанцевать на выпускном?»
Я тут же написал ответ:
«Не о том думаешь, Захарыч. Следующим тебя вызовут, будь уверен»
Пока мы развлекались, прослушали вопрос, заданный Артёму. Зато услышали, как он начал отвечать.
— Первый контакт с сергианцами произошёл через месяц после прибытия «Надежды» на колонию пять. — Нагайкин, как обычно, почти дословно цитировал написанное в учебнике. Не зря он считался лучшим учеником в классе. — В том инциденте погибло сто пятьдесят человек — строительная бригада и отделение бойцов из охраны.
— Почему жертв было так много? — уточнил директор.
— Манера боя и энергетические щиты чужаков свели на нет эффективность нашего стандартного стрелкового вооружения. Лишь благодаря оператору малого шагающего экскаватора — Татаринову Михаилу, дважды герою Пятой колонии, тогда удалось не только справиться с отрядом чужаков, но и получить ценнейшую информацию.
Да, мой прадед сумел отличиться в первые месяцы колонизации, чем заслужил всеобщее уважение. Так и появилась в моём роду династия военных — операторов шагающих мехботов.
— Хорошо. А можешь ответить, как часто происходят нападения на наши поселения? — задал директор второй вопрос. Простейший, на него даст ответ любой мальчишка старше девяти лет.
— Один-два раза в месяц. — тут же произнёс Артём и, подумав, добавил, словно предвидя следующий вопрос: — Первые атаки были бессистемны по времени, и мы не могли предугадать их. Сейчас стало полегче, и в большинстве случаев мы обходимся без потерь. Беда случается, когда чужие меняют свою тактику.
— Зачем они нападают на нас? — задал вопрос Лебедев, прерывая разговорившегося Игнатьева. Надо же, уже ко второму учащемуся пристал.
— Этого мы не знаем. Есть предположение, что первые нападения были от желания уничтожить нас, как потенциальную угрозу. — вновь начал отвечать мой одноклассник. — Сейчас ученые колонии рассматривают сразу две основные теории, зачем чужаки атакуют наши поселения. Первая, основная — в схватках с нами инопланетная раса обучает своих рекрутов. И вторая — чужаки сделали из нашей планеты что-то вроде охотничьих угодий и развлекаются. К сожалению, обе теории до сих пор не подтверждены.
— Неплохо. — вновь вмешался в работу экзаменационной комиссии Александр Петрович. — А ответь-ка нам вот на такой вопрос, Артём. Какую важную технологию нам удалось получить от сергианцев?
— Эмм… Энергетические щиты. Благодаря им мы почти перестали нести потери в схватках с чужими. — без раздумий ответил Нагайкин.
— Кривовато, но принимается. — произнёс профессор. По лицу Александра Петровича стало ясно — отвечай перед ним студент, и Лебедев поставил бы ему незачёт. — Что ж, Артём, ответишь ещё на один мой вопрос, и ты не только сдашь экзамен, но и получишь дополнительные баллы при поступлении на мой факультет. На какие основные классы делятся сергианцы?
— На три. — ответил мой одноклассник, и в его голосе послышалось недоумение. Ещё бы, любой житель колонии V знал, какими бывают чужие. — Пехотинцы, бомберы, и летуны.
 
— Назови основные различия. — продолжил задавать вопросы Лебедев. Ты смотри, как разошёлся профессор, не даёт учителям даже слово вставить.
— Александр Петрович, вас вызывают! — раздался из приоткрытой двери громкий шёпот. Я даже не понял, кто обращается к профессору, женщина или мужчина.
— Извините, коллеги, вынужден вас оставить. — тихо произнёс Лебедев и, склонившись к уху директора, что-то коротко прошептал. От услышанного густые чёрные брови Дениса Ильича поползли вверх. Он хотел что-то спросить у профессора, но тот быстрым шагом уже направлялся к выходу.
— Как думаешь, опять чужие? — поинтересовался шёпотом Дмитрий.
— Нет. Ты же знаешь, я бы почувствовал. — ответил я, а сам не сводил глаз с директора. Уж больно озадаченным тот выглядел.
Да, была у меня такая особенность — за несколько минут до очередного налёта сергианцев правый висок начинал пульсировать болью, а сердце словно оказывалось в тисках, которые медленно сжимаются… Врачи говорили, что я не один могу предугадывать появление чужих, но дать объяснение подобному феномену не могли.
Раньше я думал, что уникален, что однажды за мной придут военные, и помогут развить мою способность во что-то большее. Увы, но никто не пришёл, и со временем я прогнал прочь свои глупые мечты. Куда интереснее и заманчивее для меня стала возможность лично участвовать в отражении очередного нападения.
— Эй, Жека, ты что, оглох? — Захарыч вновь ткнул мне локтём в плечо. Здоровый кабан, от его толчка я еле удержался на стуле.
— Тихо ты. — шыкнул я на друга.
— Да ты посмотри, вся комиссия куда-то пошла. — прошипел друг. И правда, из всех экзаменаторов за столом осталась сидеть лишь Светлана Анатольевна, остальные уже выходили из аудитории. Последним, опираясь на трость, хромал Денис Ильич. Перед самой дверью он оглянулся, и почему-то пристально посмотрел на меня. Взгляд встревоженный — таким директора я ещё не видел.
— Ребята, сидите тихо. — приказал Ильич, и вышел.
— Светлана Анатольевна, разрешите задать вопрос! — руку подняла Наташка Кострова — худенькая, стройная девчонка из параллельного класса. Симпатичная, но не в моем вкусе — слишком наглая при своём мелком росте, и та ещё язва. Хотя смелая, этого у неё не отнять.
— Ребята, я сама ничего не понимаю, как и все учителя. — ответила Светлана Анатольевна. — Давайте подождём, скоро всё станет ясно.
— Это не сергианцы. — поднявшись из-за учебного стола, сообщил Дима. — Женя их не чувствует.
— Татаринов может и ошибаться. — тут же ответила Кострова. — Переволновался на экзамене, вот и не чувствует ничего.
— Ребят, энергощиты отключены, чего вы раскричались? — вмешался в разговор Нагайкин. Все тут же, словно по приказу, повернулись в правую сторону, к оконным проёмам. И именно в этот миг здание школы содрогнулось. У меня в голове тут же промелькнула мысль — землетрясение! Они хоть и редко, но бывали на Пятой колонии.
Грохот множественных разрывов развеял сомнения. Наш посёлок подвергся нападению. И, словно в подтверждение, часть неба, которую мы видели в окно, быстро затянуло алой плёнкой энергощита.
— Что это было? — прозвучал испуганный голос кого-то из девчонок.
— Знатно бабахнуло. — добавил кто-то из мальчишек. — Судя по звуку, где-то возле посадочного модуля «Надежды».
В этот момент сердце защемило в предчувствии беды. Модуль! Сегодня же первое июня! И все семьи, в которых есть маленькие дети, по традиции посещают «Надежду». Настоящий праздник для маленьких колонистов, с визуальными представлениями, мороженым и сахарной ватой! Мои родители сегодня собирались пойти туда, с младшей сестрёнкой…
  
Глава 2
 
Встанем плечом к плечу!
 
— Светлана Анатольевна, мне надо выйти! — произнёс я и, не дожидаясь ответа учителя, двинулся к выходу, с каждым шагом ускоряясь.