Темная лошадка

— Постараюсь исправиться, хотя и не люблю конфликты. Только ничего больше не говори: я поняла, чего ты хочешь.
— Неужели? — с сомнением спросил он.
— Ты все время боишься, что, когда мы прилетим в Испанию, я схвачу Дэнни и откажусь возвращаться в Париж. Но не тревожься, я больше не сделаю этого. — Рита старалась говорить как можно убедительнее.
Рене выпустил ее руки и откинулся на спинку кресла.
  
— Дело совсем не в этом. Приходится признать, что сейчас ты на голову выше меня. Никогда не думал, что такое когда-нибудь произойдет.
— Я не стану отнимать у тебя сына, — снова сказала Рита.
— Если ты вернешься со мной во Францию, то у тебя будет подвенечное платье, медовый месяц и все, что захочешь, даже звезда с неба, — с сумрачным видом заверил он жену.
Неужели Рене так мало верит ее словам, что готов буквально подкупить ее? Рита совершенно не представляла, о чем он сейчас думает. Голос его дрожал, как от боли, в потемневших глазах, казалось, блестели слезы. Неужели муж настолько боится потерять Дэнни? А ведь его страх оправдан: после того как она вместе с сыном исчезла на много месяцев, ему трудно доверять ей.
— Рене, я хотела сказать тебе всего две вещи. Только ты, пожалуйста, не перебивай меня. Даже если решишь, что я говорю неправду.
— Я слушаю.
— Я никогда не говорила тебе о моей дружбе с Летицией, потому что она просила меня об этом. Она считала, что это может повредить ее карьере, — тихим голосом произнесла Рита, глядя в сторону. — Мы с Полем познакомились в ее квартире, это она предложила мне сниматься у ее кузена, чтобы потом подарить фотографии тебе…
— Довольно. Я больше не хочу ничего знать! — резко оборвал ее муж.
Но молодая женщина во что бы то ни стало решила договорить до конца.
— Я сбежала из замка только потому, что мне позвонила твоя секретарша. Она сказала, что случайно слышала твой разговор с адвокатом. Ты интересовался, можно ли отобрать у меня ребенка сразу после его рождения.
После этих слов повисла мертвая тишина. Собравшись с силами, Рита посмотрела на мужа. Он смертельно побледнел, в голубых глазах зажглась ярость.
— Что-нибудь еще? — одними губами произнес он.
— Ничего существенного, — так же тихо ответила молодая женщина, снова уткнувшись в журнал.
Она чувствовала себя неуютно, молчание мужа пугало. К счастью, вскоре самолет стал заходить на посадку.
Еще через полчаса, уже подходя к турникетам, Рита обернулась к Рене.
— Подождешь меня в отеле?
Тот оторвался от собственных мыслей и, нахмурившись, посмотрел на жену.
— Мы вместе поедем к твоей семье.
— А я думала, у тебя важная встреча…
— Я ее перенес.
Понятно. Значит, он по-прежнему не доверяет ей, раз боится выпустить из-под наблюдения. Что же говорить про ребенка.
— Мне бы хотелось навестить родных одной.
— Я еду с тобой, — спокойно констатировал он.
— Да ты просто не слушаешь меня! Я хочу поговорить с матерью начистоту. Это личный разговор, и мне не нужна компания.
— Когда я сказал, что смогу измениться, я не имел в виду, что через два часа стану праведником. Твоя мать, как всегда, расстроит или обидит тебя. Если я буду рядом, ей придется сдерживаться.
— Мне не нужен праведник. Мне нужно, чтобы уважали мои желания.
— Хорошо. Только не говори потом, что тебя не предупреждали, милая.
  
 14 
 
— Наверное, тебе лучше войти, — неохотно сказала Лаура Санчес, стоя на пороге небольшого уютного домика.
Нервно сжимая руки, Рита пошла вслед за матерью в кухню. Темноглазая испанка снова вернулась к мытью посуды, не обращая внимания на застывшую в дверном проеме дочь. Хорошенькая встреча после восьми месяцев разлуки!
— Ты встретилась со своим мужем? — Лаура наконец-то проявила хоть малейшую заинтересованность. — В прошлом году он искал тебя и обвинял нас в том, что мы тебя не удержали. Должна сказать, что я очень обеспокоилась. Ты всегда доставляла нам массу проблем.
Рита сжала зубы: она всегда была тихим, аккуратным и послушным ребенком, но все равно слышала только упреки.
— Я не хочу отнимать твое драгоценное время или мешать тебе, мама. Я ненадолго. Просто хочу узнать одну вещь. Надеюсь, ты сможешь по-честному ответить мне.
— Что ты такое несешь? — сердито произнесла мать, не ожидавшая такого от обычно застенчивой дочери.
Рита скрестила руки на груди и, вздернув подбородок, заявила:
— Я имею право знать, почему ты не любишь меня.
— Какие глупости! Не люблю тебя? Что ты хочешь этим сказать? — насмешливо спросила Лаура. — Ты всегда была странной.
Рита побледнела как полотно, но сдаваться не собиралась.
— Если я и странная, то это вы сделали меня такой! Мне нужна правда, и после этого я навсегда оставлю вас в покое.
Поджав губы, мать несколько секунд смотрела на нее, потом со вздохом опустилась на стул.
— Хорошо. Перед тем как мы перебрались сюда из Мадрида, у меня был роман с одним человеком. Он и есть твой настоящий отец.
— Что ты такое говоришь? — в ужасе прошептала молодая женщина.
— То, что ты хотела слышать. Он был выходцем из Шотландии, его звали Георг Макдауэлл. Он говорил, что женится на мне, если я разведусь, но потом передумал. К тому времени я была уже на седьмом месяце. Этот мерзавец просто выгнал меня из дому, приказав возвращаться к мужу.
— Значит, твой муж, Диего Санчес, не мой отец?
— Нет. Но когда я вернулась, он принял меня и сказал, что вырастит тебя как собственного ребенка. Мы переехали сюда, в Барселону, чтобы начать жизнь заново на новом месте.
— А этот Георг Макдауэлл… я ведь на него похожа, да? — слабым голосом спросила Рита.
— Точная копия, — подтвердила Лаура. — Он умер лет пятнадцать назад. Погиб в автокатастрофе. Не могу сказать, что я расстроилась: он оказался настоящим подонком. Я действительно влюбилась в него, но он менял женщин как перчатки…
— Мне очень жаль… — Рита видела, как матери тяжело: когда-то давно ей сделали больно, унизили и бросили.
— Мне тоже очень жаль, — устало произнесла та. — Но я никогда не могла любить тебя так, как твоих сестер. Ты не виновата ни в чем, но всякий раз, глядя на тебя, я вспоминаю Георга. А его я никогда не прощу за то, что он мне сделал.
— Понимаю… Спасибо за правду. — Рите едва хватило сил сказать это.
Она повернулась и медленно пошла прочь из дому, где провела все детство. Ей послышалось, что из кухни донеслись сдавленные рыдания. Сестры ведь наверняка все знали, даже помнили время, когда мама уходила к этому Георгу Макдауэллу. Почему же ей никто ничего не говорил?
Рита испытала такое потрясение, что с трудом держалась на ногах. Ей просто необходимо было, чтобы кто-нибудь оказался рядом. Рене, где же ты? Почему, если ты нужен, тебя никогда нет? Она чуть не заплакала от обиды.
Выйдя за ворота, Рита бессильно остановилась и прислонилась к железной решетке. В этот момент из стоящего неподалеку лимузина выскочил Рене и подбежал к ней.
— Что ты здесь делаешь? — изумленно спросила она.
Взглянув на побледневшее лицо и мокрые от слез глаза, он просто обнял ее и крепко прижал к себе. Рита громко всхлипнула: никогда еще она не была так счастлива видеть этого человека! Боже, как хорошо и спокойно в его объятиях…
Рене подхватил ее на руки и понес к машине. Опустившись рядом с женой на заднее сиденье, он обхватил рукой ее дрожащие плечи и привлек к себе.
— К-как ты здесь оказался? — пробормотала она сквозь слезы.
— Я подозревал, что твоя миссия может закончиться печально, поэтому решил быть рядом… на всякий случай.
Рита взяла протянутый платок и вытерла глаза.
  
— Ты оказался прав. Я спросила, почему она не любит меня. Думала, мама станет отрицать это или говорить, что я поздний, нежеланный ребенок, или что просто ей было тяжело меня вынашивать…
— А на самом деле?
— Оказалось, что с моим появлением на свет связана довольно грязная история, о которой в семье хотели бы забыть.