В шаге от респауна (СИ)

— Ох, — зажмурившаяся Сова обняла меня за шею, прижимаясь, и я усмехнулся:
— Ты же вроде вперёд меня прыгнула?
— Прыгнула, прыгнула… — та открыла глаза и глянула вниз.
Мы и так висели на внушительной высоте, так под нами ещё и разверзлось тёмное ущелье. Деревья цеплялись корнями за самый его край, а наше вообще росло над самой чёрной бездной, протянув корни в обе стороны. Скорее всего, этот овраг образовался уже под взрослым деревом.
  
Так-то это было похоже на обычный лес, только с розовой листвой и с толстенными, по несколько метров в обхвате, стволами. Мощные корни внизу переплетались, образуя непроходимые заросли, и некоторые сплетались даже над тёмным оврагом. Я бы и не заметил его, если б не висел на такой высоте.
По веткам сверху с шелестом носился Бинтуронг, выпуская ещё паутину, цепляя её к нашим подвескам и протягивая к стволу. Трудится, аки пчёлка… точнее, паучок.
Тут сверху раздался грохот, и нас здорово тряхнуло. А потом мы, задрав головы, смотрели, как листва над нами разгорается таинственным светом, будто где-то над кроной появилось самое настоящее солнце.
— Вот же блин, — вырвалось у меня, когда я догадался, что это значит, — Бинтик… Бинтик! Бинти-и-ик!
Когда листва над нами полыхнула открытым пламенем, сквозь которое проступило пылающее брюхо падающего челнока, Бинтуронг рванул всю пачку привязанных к нам нитей.
Упав на ствол, мы с благоговением наблюдали, как мимо проносятся горящие обломки челнока. Они падали в ущелье и долго освещали его корявые стены с торчащими концами…
Я уже думал, что бездна, как ей и полагается, бездонная, но вдруг обломки рассыпались, упав на дно. Там они и тлели, потихоньку угасая.
— Ну твою ж… — вырвалось у меня, когда я всё-таки разглядел многолапчатое мельтешение у горящих обломков. Может, мне и показалось?
— Надо делать спешку! — зашипела Пятайя, — Это пауки!
Мы были прилеплены паутиной к стволу без единых сучков, и как тут «делать спешку», я особо не представлял.
— Опять⁈ — вырвалось у меня.
— Это есть Логово Пауков Тьмы, — со знанием дела кивнул Хойро Пеп.
Сова, которую я так и держал на руках, вздохнула:
— А Шугабой так не любит пауков…
— И я его прекрасно понимаю, — проворчал я, вылавливая взглядом питомца. Чем он там занимается?
Оказалось, мой Бинтуронг уже протянул довольно широкую паутинную тропу к соседнему стволу. Вернувшись, он перехватил меня за шкирку, закидывая вместе с Совой себе на спину.
С умопомрачительной скоростью он пересёк созданный собой же мост и, усадив нас на толстую ветку, унёсся за следующими пассажирами.
— Да ты, Саня Архар, принц на белом коне, — улыбнулась Сова, слезая с меня.
— На шестиногом, ага.
Я свесился вниз, с тревогой наблюдая, что чернота в ущелье становится больно уж какой-то густой.
Причин для тревоги у меня было две. Во-первых, там этих пауков — тьма тьмущая. А во-вторых — там была Тьма!
Вот я и опасался, что сейчас полезу в самую гущу, чтобы добыть эту самую Тьму. Потому что она ну очень нужна… нет-нет, не мне, а человечеству!
Сунув руку в инвентарь, я вытащил Стрелу Богини Мести и всмотрелся в описание:
Стрела Богини Мести
Является предметом из игровой реальности планеты Земля под названием Патриам. Предмет символизирует для Бога Крови «любовь» — древнюю могучую силу, способную менять Вселенную.
На первом этапе из пожертвованных душ требуется воссоздать алхимический состав крови Тёмного Эльфара. На втором этапе требуется активировать ключ на собственном алтаре.
Я уставился на изменившееся описание… Ого, вот теперь всё ясно-понятно. Хотя строки про алтарь меня немного расстроили — значит, опять придётся устраивать с Хойро и Пятайей кровавую бойню. Потому что они теперь тоже рты разинут на любую свободную Точку Респауна, особенно когда мы найдём Изгоев с Камнем Охрюнны.
Так, если тут всё понятно, то что дальше?
Элементы:
Холод — получено!
Тлен — получено!
Тьма — требуется
Кровь предтечи — требуется
Кровь демона — требуется
Железо — требуется
Суть эльфара — требуется
Бог Крови имеет шанс стать Хранителем Человечества.
Ценность артефакта — огромная.
После восстановления Хранителя — ценность невероятно огромная. Продажа артефакта выгодна на любом этапе, тем более, покупатели будут стремиться получить его любой ценой. Владение артефактом крайне опасно.
Значит, и вправду кровь предтечи? То есть, админа Параллакса… Я едва не присвистнул, поняв, что речь всё же об архайе. Ну, значит, я был прав — надо просто тыкнуть Стрелой любую Тень Архайи на любой вражеской базе. Ну не на своей же.
А вот что такое суть эльфара? Не помню такого в игре, хоть убей. Эльфары по истории Патриама — древние могучие существа, чуть ли не творцы мира… Творцы? А может, мне тыкнуть в любого строителя?
Рядом со мной на ветку как раз опустился Хойро Пеп, которого вместе с Пятайей притащил мой Бинтик. Свин сначала улыбался во всю пятачковую морду, но замер, наткнувшись на мой странный взгляд. На моё лицо как раз упала тень…
— Почему ты иметь такие глаза, жёлудь? — подозрительно спросил он.
— Ничего такого, Хойро, — прищурившись, ответил я, — Просто задумался.
— Нам есть конец! — зло бросила Пятайя, падая на ветку и глядя вниз.
Потому что тёмное ущелье внизу стало разрастаться вширь. Ну, это для нас так казалось — кромешная чернота вдруг стала рябить, поблёскивая кучей глазок, а потом вдруг поползла великим множеством лапок, неумолимо распространясь по лесу и проникая между корней.
Ствола деревьев снизу тоже стали окрашиваться в мельтешащий чёрный, и нетрудно было догадаться, что это пауки… Насколько они были крупными, трудно было сказать с такой высоты, тем более я пока не мог рассмотреть статусы у монстров.
Даже не знаю, что омерзительнее? Когда один огромный паук размером с корову или когда их тысячи размером с кулак? Вот блин, грёбанный Параллакс! У него какое-то помешательство на этих пауках, ну честно!
Проблема становилась всё явнее, когда тьма обтекла корни нашего дерева и стала подниматься по стволу. Пятайя первой показала, что надо делать — как акробатка, пробежала по ветке до самого гнущегося конца и с лихим криком перепрыгнула на соседнее дерево.
Хойро попробовал сделать то же самое, но быстро шваркнулся и чуть не свалился с ветки. Всё же ловкость у охотницы и у строителя явно отличались.
— Пятайя! — грустно хрюкнул свин.
Та махала ручкой двигаться к ней, но продемонстрировать такие же акробатические навыки мы не могли. Ну разве что лазутчик, но тот сидел рядом, явно не собираясь никуда от меня убегать.
— Неужели это конец? — вырвалось у Совы.
Соседние стволы тоже чернели, и даже с помощью Бинтуронга мы бы не смогли обогнать восьмилапую тьму. Точнее, вырваться бы смог только один из нас… Один везунчик на имбовом питомце!
Я завис над такой постыдной мыслью, понимая, что у нас не хватит кристаллов воскрешения, даже если предположить, что я вернусь за остальными.
— Не, Саня что-нибудь придумает, — Груздь, словно издеваясь надо мной, сидел рядом с таким уверенным видом, будто я сейчас вытащу из кармана волшебную паукодавку.
С досады стиснув Стрелу Богини Мести, я только мысленно огрызнулся в адрес Груздя. Такая слепая вера в мои силы только бесила.
Кстати, уставившись на Стрелу в своей руке, я подумал, а сможет ли Аура Хранителя отпугнуть эту мелочь? Кстати, а почему нет⁈
Помощь пришла, откуда не ждали. Вот уж не думал, что буду благодарен инопланетянам, но мы уже слышали шелест миллионов лапок по стволу, когда крона над нами захрустела…
  
А потом листва выплюнула вниз какой-то продолговатый предмет, похожий на бочку с острым концом. Она прошмыгнула мимо нас, чудом не задев ветку, и мы заворожённо смотрели, как та, кружась, падала вниз.