В шаге от респауна (СИ)

— Слушай, как-то не умно размахивать… кхм… этим посреди Фаэтона.
— Это да, — Груздь поскрёб макушку, — Значит, надо думать, всё равно порося ждём.
Желтокрылая каждый раз улыбалась, когда мой взгляд возвращался к ней. Чувствовал я себя при этом так же, как при первом появлении в Параллаксе, когда попытался кинуться на эйкина 3-го ранга, а это оказалось ничуть не легче, чем справиться с фонарным столбом.
  
Её прокачанный класс торговца давил меня, будто букашку. Держал так двумя пальчиками моего недоразвитого спекулянта за шкирку, и рассматривал через лупу…
Я резко отвернулся. В график такое счастье!
Но как-то же можно бороться с этим? Может, набычиться, и голову вниз? Интересно, нет ли у меня какого-нибудь «бараньего упрямства» в торговле?
Я снова оглянулся на желтокрылую. Она скользнула взглядом в сторону Груздя, потом на меня, и только тут я сообразил, что она ведь понимает человеческий… кхм… то, есть, русский язык. Вообще-то, логично, а иначе как эта Клювдия продаёт товары в столице исхюров, заполненной землянами-игроками?
— Пардон, цыпуля, — Груздь махнул ей, тоже что-то почуяв, — Ща, мы тут порешаем пока, ты паутинку-то придержи! — и он ткнул меня локтем, оттаскивая ещё чуть-чуть, — Так чего делаем? Торговаться ты ссышь, а значит…
— Эй, соблюдай субординацию! — я скривился.
— Ты сюда слушай, Архарчик, — лазутчик мотнул головой на поток инопланетян и игроков, движущихся к площади, где как раз намечалась Оплата Тарифа, — Я уж давно смекнул, что игра не только на мышцы влияет.
Он согнул руку, вытянув губы уточкой к небольшому, но крепкому бицепсу под курткой, будто целуя его.
— У меня в реальной жизни таких банок никогда не было.
Я только хмыкнул в ответ. Потом Груздь постучал себе по голове:
— А значит, и на мозги игра тоже влияет. Я вон гляжу, как народ идёт, и точно знаю, у кого можно легко чего-нибудь стащить. Я и тени вокруг все вижу, — он поскрёб затылок, оглядываясь, — Ну, где тень погуще, где пожиже… где легче спрятаться можно, в общем. Знаю, сколько до вечера осталось, ну и всё типа того…
— Ну так к чему ты клонишь?
Груздь заметно сдулся.
— Да фиг знает! Ты торговец, тебе и думать.
Я фыркнул. Да уж, помог так помог… Ну ладно, будем дальше размышлять.
Время уходило, а народ, устремляющийся на площадь мимо нас, уже редел. А ведь мне тоже хотелось успеть посмотреть, как «Великий Очаг Ноэмо приступает к Оплате Тарифа Великому Очагу Исхюров».
Только сейчас я обратил внимание, что, кроме людей-игроков, здесь присутствовали и другие существа. Эйкинов я уже знал, и они тоже тут были. Иногда проплывали рослые ноэмо, но не все отличались прямо уж высоким ростом… Исхюров тоже было много, и некоторые тоже уступали размером тому громиле, который хотел грабануть нас на воротах.
Но из некоторых магазинов выглядывали совсем уж незнакомые мне существа. Разных цветов, с головами самых необычных форм, с рогами или гребнями; гладкокожие, покрытые мехом, и даже с чешуёй…
Мне кажется, или в толпе мелькнули даже поросячьи уши? Вроде бы Хойро Пеп говорил, что он единственный сюнэ на этой планете.
И всё же интуиция мне подсказывала, что такое количество кораблей над Фаэтоном и такое количество всевозможных рас как-то связаны. Скорее всего, столица исхюров привлекала авантюристов и купцов со всех уголков галактики.
Меня посетила мрачная мысль. Уж очень это всё напоминало фильмы про расцвет колонизации, когда открывали и осваивали новые континенты с их богатствами… Вот только мы, человечество, сейчас в роли туземцев на этом новом открытом континенте.
Лазутчик опять выбил мои мысли из космических далей:
— Может, ей семечек каких предложить? — прошептал Груздь.
— Семечки?
— Ну чего там птички клюют? Жёлтые, как их, канарейки? Мы когда летели, я видел там вокруг растения всякие…
— Ты у нас ещё и ботаник?
— Ну, чувак, не злись. Кстати, а вдруг я и вправду ботаник? Здесь, в игре… Ты так-то тоже наверняка в жизни не байкер, а сам вон как на байке рассекал. Э, ты чего?
Я замер, круглыми глазами уставившись на Груздя. Гениальная мысль пронеслась, словно искра, и мои губы медленно растянулись в улыбке.
— Так, Груздь, у тебя в инвентаре есть что ценное? Пинг, например? — спросил я.
Груздь, прищурившись, проворчал:
— Слушай, ну ты мог бы и сказать эту фразу…
— Какую?
— «Груздь, да ты гений!» — он всплеснул руками, — Я же вижу, что навёл тебя на какую-то мысль.
Я чуть не хохотнул. У парня явно проблемы с самооценкой, раз ему всё время надо её повышать. Но он был прав!
Выучив «управление механизмами эйкинов», я смог управлять мотоглайдером. Но ведь мне этого всё равно не хватило, чтобы стабилизировать аппарат, когда он сорвался в болтанку.
И лишь когда Хойро попросил прокатить его… Лишь когда он заплатил мне за это, я получил лютую прибавку к своему скиллу!
— Эй, чувак!
— Ну, ладно, ладно, — я качнул головой, — Ты умеешь подсказать мысль.
— Во-о-от! — Груздь растянулся в улыбке, — А то всё «говно на палочке»…
Это начинало уже раздражать, но лазутчик вдруг вытащил целых два пинга. И когда успел раздобыть⁈
— Короче, Саня Архар. Я хочу-у-у…
Я думал, он скажет: «…чтобы ты купил мне паучью паутину», но Груздь реально оказался умнее, чем ожидалось.
— Хочу, чтоб ты мне показал мастер-класс, как надо торговаться, — лазутчик мило улыбнулся Клювдии, которая издали смотрела на наше шушуканье, чуть прищурившись.
Едва я взял два пинга, как почувствовал… О, да-а-а, класс торговца начинал открываться для меня с совершенно неожиданной стороны!
Я медленно повернулся к прилавку, уверенно шагнул ближе. Чуть ленивым взглядом оглядел предложенный товар, подмечая, что тут на самом деле-то и не особо шикарный выбор. Да и разложить можно было получше.
Ну, что может предложить раса, полузатухшая в виртуале? Только то, что она может добыть в выделенном ей секторе.
Клювдия всё это время, чуть подняв одну перистую бровку, наблюдала за моим лицом.
— Говоришь, сто пингов? — я ткнул в сторону коробочки с паутиной.
— Именно так.
И будто незримая воздушная стена толкнула в меня, надавливая на всё нутро, сжимая грудь… Дыхание спёрло так, что аж в горле запершило, но я с лёгкой хрипотцой выдавил:
— Ты кре… кря…
Эх, так и буду тут крякать, пока человечество десять тысяч лет будет идти к гибели.
— Крейсер, что ли… уф-ф… продаёшь⁈ — наконец закончил я, и, сразу почувствовав облегчение, выпалил, — Да этому мотку десять красная цена!
Клювдия заметно удивилась, приподняв уже обе брови. Затем медленно улыбнулась… и меня обдало таким жутким чувством вины, что аж дыхание перехватило.
«На меня потратили время, столько рассказали… показали… А я ничего не покупаю!»
Осознал я себя, когда почувствовал повисшего на руке Груздя. Причём моя рука явно уже сгребла кучу пинга, чтобы расплатиться с желтокрылой, и всё это время лазутчик просто боролся со мной, оттаскивая от прилавка.
— Да твою ж… чувак! Эй! Архарчик, чтоб тебя! — шипел он сбоку, с заметным усилием оттягивая меня в сторону, — Валим отсюда!
Я тряс головой, пытаясь собрать остатки моей торговой гордости… Да Клювдия меня просто раскатала. Размазала… Уничтожила!
Из-за паутины так рисковать? Прав был Груздь Понт, не настолько она мне нужна… Каким же нубом я был, пытаясь обыграть игрока высокого уровня, да ещё и на его же территории⁈
— Ну, чего, дубль два? — спросил запыхавшийся Груздь, оглядываясь на прилавок, — А хотя нет… То есть, хрена с два!
— В смысле? — я повернулся.
Палатки с Клювдией не было. Причём на пустое место тут же подошла пара игроков и, развернув на мостовой какое-то полотно, уселись и стали горланить:
  
— Медали Исхюров! Медали Исхюров!
Я закрутил головой, с трудом заметив очертания знакомой крытой повозки за головами снующих по улице игроков. Из-за тента, кажется, блеснули птичьи глаза — желтокрылая оглядывалась. Чего это она? Мы ж ещё не закончили!