В шаге от респауна (СИ)

На самом деле мне честная ненависть стражника нравилась больше, чем деланное уважение магистра. А как же «пыль с кометного хвоста», «потомок первичного бульона» и всё такое? Почему-то у меня не получалось ему верить.
Я не стал ходить вокруг да около:
— Так что решил Великий Очаг Исхюров? Что за наказание?
— Наказание? — бровь Гора приподнялась, потом он покосился наверх, — А, ты про это… Мы должны были что-то сказать народу, и мы сказали. Что будет дальше, им не обязательно знать.
  
— Я не согласен! — наконец рявкнул стражник, — Я имею право!
Даяна расплылась в надменной улыбке, а магистр поморщился. Горус Разящий же не унимался:
— По закону Великого Очага, если кто-то считает, что враг недостоин, то имеет право сказать! А так же… — тут стражник со звоном вытащил топор, — Имеет право оружием доказать свою правоту!
Я оглянулся на своих притихших соратников. Теперь меня кольнула догадка, зачем припёрли сюда этого стражника… Точнее, моя пассивка торговца почуяла, чем дело пахнет.
— Законы Великого Очага незыблемы, — с лёгким вздохом сказал магистр, не сводя глаз со стрелы в моей руке.
Я поджал губы. Чувствовать себя хомячком в беговом колесе, развлекающем хозяина, совсем не хотелось.
Мне не нравилось ещё кое-что… Почему этим троим просто не отнять у меня стрелу? Ну вот он я, Саня Архар, загнанный в угол! Допустил ошибку, позволил себя поймать.
Так почему. Магистр. Не отнимает. Стрелу?
Неужели они просто не могут её отобрать, потому что это будет считаться кражей? Может, именно из-за этого они и припёрлись на арену?
В этот момент стражник, оттянув огромный топор в сторону, сделал шаг в нашу сторону. Я сразу собрался, перехватив Стрелу и готовясь сразиться с противником на два ранга выше меня.
— Саня Архар, ты имеешь право отказаться от поединка, — покачал головой магистр, — В правилах арены обнаружился изъян, но с помощью закона Очага мы можем это исправить. Ты уже доказал, что достоин, и я, как магистр, освобождаю тебя от обязанности доказывать это. Горус же оспаривает право остальных троих, но за них ручаться я не буду.
Расставив ноги пошире, будто прикрывая своих спиной, я процедил сквозь зубы:
— Только через мой труп.
Стражник прямо засветился от счастья и злорадно выпалил:
— О, плевок первобытного океана, я знал, что ты так скажешь! Ты готов заступиться за них?
Магистр прикрыл глаза, сокрушённо покачав головой. Ему якобы не нравилось такое решение.
— Горус, — сказал магистр, — Ты должен понимать, что здесь стоят интересы всего Великого Очага…
— Именем Ганатоса, если я не прав, жертвую свою жизнь! — заспорил стражник, — Земная грязь, ты согласен?
Даяна тронула магистра за плечо и показала наверх…
Мы все глянули туда, и вдруг силовое поле над ареной в одном месте стало прозрачным. И оказалось, что огромный молот, который держала статуя Ганатоса над колизеем, слегка светился.
От статуи как раз отлетел, будто испугавшись, небольшой розовый крейсер, отличающийся от других более округлыми формами.
— Это знак, — смиренно сказала Даяна, — что Ганатос принял условие Горуса.
— Немыслимо! Почему Неоспоримый сделал это⁈ — Гор до скрипа сжал рукоять своего молота, — Видишь, чего ты добился? — упрекнул он стражника.
Я с интересом разглядывал небесный знак, пока силовое поле снова не закрыло обзор. Странные дела у них тут творятся, очень странные.
— Ну так что, земная грязь… Ну, давай, мой топор против твоей стрелы!
— Откажись, Архар — сказал магистр уже мне, — Ты имеешь право…
Я понимал, что сейчас у нас будет дуэль, и что шансов против разумного врага 4 ранга у меня не так уж и много, даже со стрелой. Но меня не отпускало ощущение, что всё это — всего лишь представление, что меня обманывают… Точнее, пользуются моим незнанием местных законов.
Да ещё моя пассивка торговца прямо чует, что я могу заключить сделку. Вот только какую?
Меня ткнули в плечо, и я чуть склонился назад. Послышался шёпот Груздя:
— Архар, а ты спрячь в инвентарь стрелу попробуй.
Сомневаться в умственных способностях Груздя я не стал, и сразу последовал совету. И от меня не укрылось, как вдруг растерялся стражник, и как обеспокоенно переглянулись магистр с посланницей, едва стрела исчезла в моём инвентаре.
Вот же пиксельные ублюдки! Им просто нужно либо отбить у меня эту стрелу, либо вытащить меня с арены! Может, каких-то правил я и не знал, но их планы точно разгадал…
И что мне делать с этим знанием?
Магистр, который теперь тоже смотрел на меня не очень дружелюбно, вдруг поднял взгляд…
— Сожри меня гамма-всплеск! — воскликнул он, приседая и поднимая молот над собой. Его вместе с Даяной тут же окутало силовое поле.
Повинуясь наитию, я тоже выхватил Стрелу. И правильно сделал — с следующую секунду силовое поле над ареной рассеклось, словно ткань, когда его порвал розовый округлый нос громадного крейсера.
С этого носа прямо в Гора Несломленного ударил толстый лазерный луч, и магистра вместе с Даяной поглотил взрыв, окутавший защитный купол. А вот стражник, кажется, испарился…
Аура нас защитила, но нас всё же отбросило в сторону, да ещё и забросало сверху землёй… Мы барахтались в свежей рыхлой грязи, когда я услышал до боли знакомый голос, усиленный какой-то крейсерской аппаратурой:
— Сюнэ Архайя! Делай бег ко мне!
  
Глава 11
 
Как говорится, лёгок на помине…
Груздю не надо было два раза повторять, он первым рванул к крейсеру, а растерявшихся Сову и Лариона я толкнул что есть сил:
— Бежим, бежим!
Строитель оказался на удивление прытким и понёсся, едва не обгоняя лазутчика. Сова же на мгновение оторопела при виде громадного космического корабля, хотя на деле тот, конечно, был только раза в три больше эйкиновских челноков.
Розовый крейсер сюнэ, действительно чем-то отдалённо похожий на округлого надувного поросёнка, только без ног и головы, окончательно разорвал силовое поле и ударил нижними двигателями, чтобы зависнуть пониже и поровнее, но всё равно ткнулся вытянутым носом в землю.
И тут же выпустил из этого самого носа новую порцию плазменного лазера, буквально вспахав арену на всю длину и воткнувшись в далёкую стену. Послышалась новая ругань Гора, тут же потонувшая в рёве лазерного пламени.
— Сюнское отродье!!!
Лазер, прикрывающий нас, прошёл совсем рядом, и я не выпускал из рук Стрелу. Но даже сквозь Ауру Хранителя чувствовался испепеляющий жар смертоносного луча…
И ведь могут же свинтусы, когда захотят. Я круглыми глазами таращился на ревущий в паре шагов луч и понимал, что это ещё не самое мощное космическое оружие, доступное расам в Параллаксе.
Но больше всего меня интересовало другое… А этот бортовой лазер, он уже божественного ранга, или я могу ещё подсуетиться⁈
Крейсер запыхтел над ареной, накренившись на один бок и цепляя грунт одним из движков. Под его днищем опустившийся люк упёрся в землю и аж выгибался от неловких манёвров корабля. Кажется, там за штурвалом не самый опытный штурман.
Когда мы, используя всю прыть и пытаясь не попасть под ревущее пламя движком, достигли корабля, крейсер вдруг ухнул ещё ниже, едва не закрыв этот люк. Мне требовалось и успеть спрятать Стрелу, и не попасть при этом под бешеные огни двигателей.
Ларион Крафт ввалился неуклюжим кульком, Груздь нырнул в сужающуюся щель щучкой. Сова же, прыгнув, вдруг застряла нижними полушариями… Чудом её не раздавило между люком и днищем, но тут крейсер начал подниматься. И я, не придумав ничего лучше, подпрыгнул, хватаясь за ноги Опаски.
  
Ох, не так я себе представлял побег из Фаэтона, ну вот точно не так.
Крейсер поднялся над ареной так, что мои ноги уже не касались земли, и зачем-то стал закладывать вираж. Мои пальцы начали соскальзывать с лодыжек Опаски, но, к счастью, сверху клювом не щёлкали — нас с Совой вдруг резко потянули наверх.