Находка Шторма (ЛП)

‒ Шторм... пожалуйста... Да... я сейчас... кончу! ‒ последнее слово вырывается из нее криком.
Ее мышцы сжимают мой член, вызывая мой собственный оргазм. Я почти уверен, что на мгновение теряю сознание; это так мощно. Падаю на нее, не в силах удержаться в вертикальном положении, ловя свой вес рукой, накачивая ее своей спермой, оседлав свой оргазм.
Мои губы ищут ее, и я целую ее. Наши тела дрожали, все еще двигаясь вместе, замедляясь.
Мы вспотели, наша кожа скользит друг по другу, как это делают наши языки. И я не могу насытиться ею. Только что кончил сильнее, чем когда-либо в своей жизни, и не чувствую себя удовлетворенным. И она тоже, судя по тому, как ее руки все еще двигаются по моему телу. Я внутри нее, и все еще чертовски сильно хочу ее. Хотел ее с того момента, как встретил. И не могу представить, что когда-нибудь не захочу ее. И я не представляю, как смогу завтра уехать от нее.
Я не хочу.
Действительно ни черта не хочу.
Отстраняюсь и смотрю ей в глаза:
‒ Поедем со мной, ‒ выпаливаю я. ‒ Поехали со мной в Лос-Анджелес. Переезжай туда со мной. Жить со мной.
Глава 27
Стиви
Я смотрю на него в шоке.
Из всего, что ожидала услышать от него, это было не то.
Переехать с ним в Лос-Анджелес? Боже, как же я хочу.
Мое сердце действительно хочет этого. Оно на седьмом небе от счастья, в приподнятом настроении и бешено бьется.
Но моя голова... моя глупая, практичная голова говорит «нет».
«B&B». Папа. Бек. Пенни.
Не могу их оставить.
Особенно бабушка. Она нуждается во мне, чтобы помочь ей управлять отелем, и я обязана ей всем. Она сделала паузу в своей жизни, чтобы помочь папе вырастить меня и Бека, и ни разу не попросила ничего взамен.
Знаю, что она посоветовала бы мне поехать.
Но я не могу, не могу оставить ее.
Должно быть, он видит это в моих глазах, потому что выражение его лица тускнеет.
Кладу руки ему на щеки, наслаждаясь ощущением щетины на его щеке, прижатой к моей ладони:
‒Я... не могу, прости.
‒ Мне не следовало спрашивать. Это было уже слишком, ‒ он отводит от меня глаза.
Чувствую, как он отстраняется от меня. Я еще не готова к тому, что он меня бросит. Он все еще внутри меня, ради Бога, и я еще не готова к тому, чтобы это закончилось.
Мне просто нужно еще немного времени.
‒ Нет, ‒ говорю я ему, притягивая его обратно к себе. ‒ Это было все.
Его взгляд возвращается ко мне. Прижимаю большой палец к его губам, обводя их контур.
‒ Я просто... не могу оставить папу, Бека и бабушку... Отель «B&B»... я бы с радостью поехала с тобой в Лос-Анджелес, если бы могла.
Абсолютное сердцебиение. Господи, да я соберусь меньше чем за десять минут и буду ждать его у двери.
Его пальцы скользят по моему лицу, самые нежные прикосновения, его глаза следят за его движениями, как будто он запоминает их.
Может так и есть.
Знаю, что запомнила каждый дюйм его тела. Каждый миг, который мы провели вместе. И этот момент... секс, который у нас только что был... ощущение того, что он все еще внутри меня... то, как я чувствую, как его сердце бьется рядом с моим... даже музыка, играющая на заднем плане, которая не могла бы быть более подходящей, если бы я сама выбрала песню - «Whitesnake»69 «IsThisLove».
Все это навсегда запечатлелось в моем мозгу.
Его пальцы скользят вниз по моей шее к впадинке на шее. Его рука скользит по моему затылку, пальцы зарываются в волосы:
‒А ты не подумала бы... ‒ он делает паузу и сглатывает, ‒ о дальней связи? ‒ его глаза встречаются с моими. ‒ Я просто не готов... к тому, чтобы все это закончилось.
Теперь моя очередь сглотнуть. Мои глаза начинает жечь.
Потому что я знаю свой ответ. Отношения на расстоянии никогда не работают.
‒ Я...
‒ Только не говори, что отношения на расстоянии не работают, ‒ обрывает он меня, читая мои чертовы мысли, как всегда, ‒Потому что у нас все получится.
‒ И как долго? И что потом? Мы оба до сих пор живем в разных штатах.
 
‒ Ты не знаешь будущего, Стиви. Все может измениться.
‒ Ты планируешь покинуть свою группу в любой момент?
Его глаза удерживают мои. Он качает головой.
‒ И я никогда отсюда не уйду. Пройдет совсем немного времени, прежде чем бабушка станет слишком стара, чтобы что-то здесь делать, и тогда я полностью завладею пансионом. Моя жизнь здесь, Шторм. Боже, я хочу сказать «да» отношениям на расстоянии и быть с тобой как можно дольше. Конечно, хочу. Но я также знаю, что мы будем оттягивать неизбежное. Знаю себя, и знаю, что буду несчастна, потому что не буду с тобой. У меня будет половина тебя и еще меньше твоего времени. И не хочу быть несчастной. Я хочу быть счастливой. Хочу ли я отношений с тобой? Да. Но хочу нормальных отношений. И даже не наполовину. Извини…
‒ Не надо, ‒ останавливает он меня. ‒ Тебе не за что извиняться.
‒ И тебе тоже, ‒ говорю я ему, зная, о чем он думает. Он винит себя, потому что это он уходит, когда правда в том, что это не наша вина.
Это просто гребаный отстой. И я ненавижу, что это происходит.
Так сильно хочу его, но не могу получить.
Жизнь иногда жестока.
Он прижимается своим лбом к моему, глядя мне в глаза:
‒ Я не хочу, чтобы мы расстались.
Слезы снова наполняют мои глаза.
‒ Я тоже не знаю. Но...
‒ Не надо, ‒ останавливает он меня, закрывая глаза. ‒ Просто... не говори этого. Пожалуйста.
Сжимаю губы вместе, сохраняя правду, которую мы оба знаем. Из уголка моего глаза скатывается слеза. Другая быстро последовала за ней, впитываясь в подушку.
‒ Останься со мной на ночь, ‒ шепчет он.
Его рот опускается к моему, губы слегка касаются моих.
‒ Хорошо, ‒ шепчу я.
Наши бедра двигаются друг против друга. Его член, снова твердый, медленно входит и выходит из меня.
‒ Мне нужно снять этот презерватив. Взять другой, ‒ говорит он, все еще целуя меня. ‒ Но…
‒ Я принимаю таблетки, ‒ шепчу я.
Его глаза открываются блестя от похоти.
‒ Ты уверена? ‒ он все еще медленно трахает меня.
‒ Да.
Он протягивает руку между нами, ненадолго вырываясь из меня. Ненавижу его потерю, даже на эти несколько секунд. Он снимает презерватив и избавляется от него.
Затем, глядя мне в глаза, он медленно скользит обратно внутрь меня.
Он горячий, твердый и идеальный.
‒ Я... я никогда не делала этого раньше. Никогда раньше не занималась сексом без презерватива.
Моя грудь сжимается, поскольку знаю, что он делает это со мной. Что я у него первая.
Он закрывает глаза.
‒ Господи... ты чувствуешь... я просто... черт, Стиви, ‒ он захватывает мои губы своими и глубоко целует меня. Так же глубоко, как трахает меня.
Шторм хватает мои руки и прижимает их к кровати над моей головой, а затем начинает трахать меня с безрассудной самозабвенностью. Почти неистово. И я встречаю каждый бешеный толчок. Потому что чувствую то же самое.
Этот секс отличается от прошлого раза.
Это дико. Жарко. Лихорадочно.
Как будто мы в огне.
Мои ногти царапают его спину. Он кусает, облизывает и сосет мою кожу. Он заставляет меня кричать. А я свожу его с ума.
И вот так мы проводим остаток нашей последней ночи вместе. Со Штормом голым и глубоко внутри меня, трахающим меня и занимающимся со мной любовью, пока не появится рассвет. А он наступает слишком быстро.
Он притягивает меня к себе, я стою спиной к нему. Шторм обнимает меня своими сильными руками. Его подбородок на моем плече, его рот у моего уха.
‒Когда я поехал в тот день, то думал, что убегаю от всего, с чем не могу справиться, ‒ тихо говорит он мне. ‒ Оказывается, я был чертовски хорошо знаком с дерьмом Джеком. Ехал прямо к тебе, Стиви. И даже если никогда больше не увижу тебя после сегодняшнего дня, я никогда не пожалею об этом. Никогда. Ты ‒ самое лучшее, что когда-либо случалось со мной.