Техно (СИ)

— Вероятно, со временем они стали более разумными и хотели улучшить отношения с людьми, но...
— Люди такие же жестокие, как и в нашем мире, — продолжил я её мысль.
— Их можно понять. Демонов создал безумный учёный, который, кажется, изобрёл генную инженерию. После первой войны люди не доверяли им.
— Значит, Азарана выжила. Но где она была все эти годы и как стала такой сильной?
— Об этом в книге ничего не сказано.
— Закончил? — раздался голос Парфея. Он стоял у меня за спиной.
Я обернулся и кивнул.
— Азарана стала причиной гибели людей, — продолжил старик. — Ходили слухи, что её видели в одном из борделей задолго до войны. Она была рабыней, которой приходилось исполнять прихоти людей, но это лишь слухи.
— Если это так, то её, вероятно, схватили пограничники и продали в рабство. А оказавшись на свободе, она испытала ненависть к людям, — предположил я.
— Любопытная мысль, — сказал Парфей и, подойдя, тоже облокотился о ветку. — Но, повторюсь, это всего лишь слухи и домыслы.
— А что с ней сейчас?
— Демоны разделены на фракции. На каждой захваченной территории правит приближённый лорд. Азарана всё ещё жива и продолжает восседать на главном троне. Некоторые пытались её свергнуть, но никому это не удалось.
— А что другие расы?
— Все вынуждены признать мощь демонов, за исключением лесных эльфов. Тёмные эльфы и орки быстро осознали, что в мире появилась новая сила, и встали на сторону демонов. Лесные же всегда жили обособленно и не интересовались тем, что происходит вокруг. Демоны знают, что тесная связь лесных с природой и «эссенцией» делает их опасными противниками. Их правитель Оберон способен сражаться с Азараной на равных.
— Почему они не помогли людям?
— Из-за своего характера. Это непростой народ, который заботится только о своих и о природе, в которой они живут. Азарана тоже умна. Ей не нужно мировое господство, и она понимала, что лучше не ссориться с лесными. Они живут на острове, куда не добраться из-за морских существ, что подчиняются их воле. Да и драконы на их стороне.
— Драконы! — воскликнула Икара, словно маленькая девочка, которая обнаружила что-то волшебное. Я даже немного вздрогнул от её неожиданного возгласа.
— Что случилось? — Парфей приподнял правую бровь.
— Показалось, — сказал я, сделав вид, что видел муху. — А что это за остров?
— Авалон.
— Командир...
— Я слышал, Икара. Об этом упоминала девушка в голограмме.
— Теперь ты в курсе. А сейчас пойдём, нужно сообщить остальным.
— Мне опять придётся спускаться по ступеням? — косо посмотрел я.
— Я составлю тебе компанию, — улыбнулся старик.
Мы начали спускаться, и во время пути завязалась беседа. Как выяснилось, у зверолюдей есть несколько подвидов: звери, птицы, насекомые и рыбы. Фирон был одним из последних представителей зверолюдей-птиц, которых практически истребили во время войны между людьми и демонами. Ему уже 700 лет, а Парфею 306. Именно Фирон предложил основать эту деревню для беженцев, когда Гиперборея была одним из последних оплотов людей.
На земле нас ждали Лита и Тарак со всей группой разведки. Местные жители сложили тела бесов в одну кучу, и Цунэ подожгла её. Запах был отвратительным, но я не в первый раз с таким сталкивался. В моей работе запах трупов — обычное дело, хотя эти пахли куда хуже.
Когда мы сошли с последней ступеньки, все взгляды устремились на нас. В этих взглядах читался немой вопрос: «Что же решил Фирон?». Парфей, выдержав небольшую паузу и улыбнувшись, сказал, что я человек и могу сам выбирать свой дальнейший путь. Ребята из группы были очень рады, а Тарак и Лита не скрывали своего восторга.
— Ты останешься? — с надеждой спросила Лита, подбежав ко мне.
— Да, — ответил я твёрдо. — Раз я заварил эту кашу, то мне и расхлёбывать.
— Кашу? — переспросила она.
— Это всего лишь выражение, — улыбнулся я.
— Что ж, — сказал Тарак, — раз такое дело, то, видимо, и дворфам пора сделать выбор. Мне нужно вернуться в Карлахад, чтобы уладить пару вопросов.
После этого он попрощался со всеми и пошёл в южную часть деревни. Ко мне подошла Лапла и встала слева от меня.
  
— Прости, что была резкой с тобой, — произнесла она, не глядя на меня, и скрылась в тени.
— Давайте обсудим, что делать со Штырой и как разрешить сложившуюся ситуацию, — предложил Корен.
— Сейчас мы не можем принять никакого решения, — произнёс Парфей. — Необходимо дождаться ответа Тарака. Он свяжется с Хайдой, которая правит в Северном чертоге «Торлахад», и расскажет о ситуации с демонами.
— Думаете, она согласится помочь? — спросил я.
— Она может изменить своё решение, если узнает, что здесь появился человек, — ответил Парфей.
— Какие надежды на нас возлагают, — Икара была довольна таким стечением обстоятельств.
— Сидеть и ждать нельзя, — сказал я. — Нужно усилить защиту деревни.
— Дельная мысль, — пробасил Гренхейм.
— Парфей, — посмотрел на него Корен, — я думаю, что в горах есть тропы. По словам Тарака, Занера не проходила через врата.
— Она же может перемещаться, — напомнила Тифа. — Хотя, возможно, пути и в самом деле существуют, — задумалась она.
— Бессмысленно проводить разведку, территория слишком велика, — сказал Мурлан. — А вот укрепить рубежи — это хорошая идея.
Парфей согласился с этим, и Корен предложил мне следовать за ним. Мы отправились осматривать окрестности деревни. В нашей группе не хватало только Лаплы, но Корен объяснил, что она сейчас заботится о своей сестре, поэтому не может присоединиться к нам.
Мы провели несколько часов, обсуждая различные способы укрепления границ. Икара предложила построить стены, и эта идея меня заинтересовала. Я попросил её провести все необходимые расчёты и поделился этой идеей с остальными. Поначалу они не поняли замысла, так как думали, что на строительство стен нужно много времени. Но я вкратце объяснил, что могу реализовать эту идею довольно быстро.
Во время обхода они часто спрашивали меня о мире, откуда я родом. Их очень удивляло, что у нас нет магии и различных рас, как на Наттере. Закончив обход деревни, мы вернулись к Парфею, чтобы рассказать о нашей идее строительства стен.
Пока нас не было, местные жители готовили грандиозное пиршество. Они были в восторге от того, что мы одержали победу над жнецами и спасли их жизни, а также все припасы. Вечер прошёл замечательно: мы ели, пили и веселились от души. Я почувствовал ещё большую привязанность к местным жителям, а Икара постоянно побуждала меня заговорить с Цунэ. Я так и не решился на это.
В конце вечера Гренхейм решил сразиться со мной в питейном поединке. Однако его шансы были невелики. Мой прокаченный организм прекрасно справлялся с алкоголем, не вызывая никаких негативных последствий. Гренхейм держался достойно, осушив два десятилитровых бочонка пива, но в конце концов рухнул на стол, расколов его пополам. Я же, выпив столько же, даже не пошатнулся.
На праздничном вечере присутствовали Лапла и Аулина. Они искренне поблагодарили меня за спасение. Кажется, я начал завоевывать их доверие, судя по тому, как Лапла начала общаться со мной. Она по-прежнему оставалась диковатой кошечкой с острым язычком, но её речь стала гораздо мягче и дружелюбнее, чем в нашу первую встречу. Аулина же, напротив, была полной противоположностью Лаплы. Она оказалась рассудительной, умной девушкой с хорошими манерами.
На ночь меня определили к Лите. Точнее, она сама предложила мне переночевать в её доме. Она даже успела договориться с одним ремесленником, чтобы он сколотил для меня кровать. А пока что устроила мне спальное место на полу чердака, постелив солому и шкуры животных.
Мне было любопытно, почему местные жители используют шкуры, и Лита объяснила мне, что это обычное дело для них. Хотя они и наполовину звери, среди них есть много хищных видов, которые занимаются охотой. После охоты остаются шкуры и кожа убитых зверей, и из них местные жители создают разнообразные вещи.