Бесы (СИ)

— Поясни? — спросила маленькая уже несколько проще.
— Меня допрашивают не какие-то специальные люди, а сама предводительница! Разве это обычная ситуация? Думаю, что нет. А это значит, что есть какая-то проблема, которую нужно решить и ты надеешься, что я имею к этой проблеме отношение.
— Бона, выйди, пожалуйста, — маленькая повернулась к большой.
— Но Эс? — опешила та.
— Ты боишься за меня? — сказала маленькая и в её голосе послышалась ирония.
— Не в этом дело, — смутилась большая, — просто не нужно играть по его правилам. Зачем идти у него на поводу?
— Никто никуда не идёт, — улыбнулась маленькая, — кроме тебя. Давай не будем препираться при посторонних, хорошо? — в последней фразе почувствовался нажим.
Большая опять смутилась,кивнула и стремительно вышла, злобно глянув на Спаса.
— Тебя зовут Эс? — спросил Спас.
— Только друзья, — ответила маленькая, — полное имя Эсмеральда.
— Красиво! А я Спас, — ответил он.
— Серьёзно? — усмехнулась она, — это имя тебе дали при рождении?
— Нет, — покачала головой Спас, — но некоторые обстоятельства моей жизни привели к смене имени. Я не сам его придумал. Его мне дала одна маленькая девочка.
— Дай, попробую угадать, — сказала Эсмеральда, — девочка, которую ты спас, так ведь?
— Когда она выбирала имя, ещё нет. Она только на это надеялась, — сказал Спас.
— Ты оправдал её надежды? — спросила Эсмеральда.
— Только отчасти, — не удержавшись, вздохнул Спас, — но теперь она опять вляпалась в неприятности.
— И ты надеешься её опять спасти? — усмехнулась Эсмеральда.
— Нет, на этот раз это может сделать только мой сын, — сказал Спас.
— Всё равно странно, что взрослый мужик сменил имя на то, которое ему придумала какая-то девочка, — иронично сказала Эсмеральда.
— Своего имени я тогда не помнил, а надо же было меня как-то называть, — сказал Спас.
— А потом вспомнил? — спросила Эсмеральда.
— Нет, но мне его сказали, — невесело улыбнулся Спас.
— Я смотрю у тебя очень насыщенная жизнь, — Эсмеральда откинулась на спинку стула, — жена, сын, какая-то спасённая тобой девочка…
— Можно сказать, что дочь. Приёмная, но она теперь член нашей семьи, — сказал Спас.
— Да уж. Ты так быстро и так много о себе рассказал… и в то же время не сказал вообще ничего. Неплохо! Очень неплохо! — кивнула Эсмеральда.
— Да нет, то что я сказал для тебя не имеет смысла, потому что ты меня впервые видишь. Как только мы познакомимся поближе, вся эта история не будет казаться такой надуманной, — сказал Спас, — но ведь имя Эсмеральда тоже не настоящее, верно?
Она чуть-чуть, но всё же резче чем обычно, глянула на него. Поняв, что это не ускользнуло от его внимания, она не стала отпираться.
— Да, это имя я взяла себе сама. Другого у меня больше нет. Теперь оно настоящее. Я очень много читала…
— Надо же, моя жена тоже, — вставил Спас.
— Мы не так долго разговариваем, но ты упоминаешь её уже не в первый раз, — Эсмеральда склонила голову на бок, — тебя волнует её судьба?
— Да, но дело не совсем в этом, — Спас сделал паузу, — просто она придёт сюда и убьёт тебя. А нам это не нужно.
Эсмеральда звонко и заливисто рассмеялась.
— Ты сейчас серьёзно? Думаешь это вообще возможно? — сказала она, отсмеявшись и вытерев рукой слёзы.
— Дело не в том, возможно или нет. Дело в том, что она попытается. А ресурс, который она может к этому привлечь, не маленький. Крови будет много, а нам, повторяю, это не нужно. Поэтому, в общих интересах договориться как можно быстрее.
— Я жалею что ввязалась в этот разговор, — сказала Эсмеральда вставая, — я думала от тебя будет толк, но, похоже, что ты не в себе, — она направилась к двери.
— Тот завод на острове мы уже отбили у сибаритов. Он под нашем контролем. Туда идут большие силы. Если вы захотите его заполучить, начнётся война, — сказал Спас.
Эсмеральда не дошла до двери, замерев на полпути. Потом она медленно повернулась.
— Что ты сказал? Ну ка повтори? — с расстановкой сказал она.
— Повторять не буду, ты всё и так слышала. Вы опоздали. Завод мы захватили первыми. Вам лучше отступить, — сказал Спас.
 
— Что ещё скажешь? — жёстко спросила Эсмеральда.
— Думаю, что ложь это путь в никуда, поэтому лучше сразу вскрыть все карты, — сказал Спас, — из-за возникшего недоразумения, нам пришлось нанести удар по вашим кораблям. Это уже случилось и желание отомстить вполне закономерно, но первый камень бросили не мы. Не нужно было пускаться в погоню за нашей лодкой. Мы оказались там случайно, про вас вообще не знали и просто плыли мимо.
— Ты был на этой лодке? — задумчиво сказала Эсмеральда, она вернулась на своё место, села и надолго задумалась, — и у вас есть плазменная пушка, из которой вы выстрелили неизвестно откуда, — сказала она после паузы и вновь погрузилась в раздумья.
Спас решил ей не мешать и дать переварить информацию.
— Я надеюсь, что обмен информацией пойдёт в обе стороны, — сказал, наконец, Спас, устав ждать.
— Надейся, — взглянула на него Эсмеральда, — ведь, как ты сказал, надежду я отобрать у тебя не смогу.
— А хотела бы? — спросил Спас.
— Зачем? — равнодушно махнула рукой Эсмеральда, — что вы знаете о нас? — спросила она, но теперь уже только притворяясь равнодушной. От Спаса не укрылось и это.
— Очень интересный вопрос, — улыбнулся Спас, — казалось бы, вы сами про себя знаете больше, и что я могу сказать тебе такого секретного? Но если я отвечу, я расскажу какой информацией о вас мы располагаем и, следовательно, к чему готовимся в противостоянии с вами. Так что, я пока не готов откровенничать. Ты мне не сказала вообще ничего.
— А с чего ты взял, что у нас идёт обмен? Это только твои не отнятые надежды, — искренне удивилась Эсмеральда, — я тебе немного подыграла, но связь с реальностью-то не теряй! Ты всё-таки пленник. Тем более, если я скажу девочками что ты повинен в нападении на наши корабли.
— В нападении на ваши корабли, повинны ваши корабли, которые нас преследовали, — сказал Спас, — или ты скажешь, что они просто время у нас хотели узнать?
— Да нет, не время, — покачала головой Эсмеральда.
— В общем так! — сказал Спас, — если на чистоту, то у каждого из нас есть свои козыри. У вас они тоже есть. Возможно, даже гораздо больше чем мы думаем. Кое-что меня серьёзно озадачило за время «знакомства» с твоими девочками. Но и нам есть чем удивить. И у меня есть серьёзные основания полагать, что гораздо больше чем у вас. Это всё общие слова, но поверь, сюрпризы будут, если война начнётся. Не просто же так мы одолели сибаритов. Выходит, нам было что предъявить!
— С этим не поспоришь! — кивнул Эсмеральда, — так чего вы хотите?
— Ничего, — пожал плечами Спас, — в этом всё дело. От вас нам ничего не нужно. Если, конечно, вы не такие же как сибариты. А ведь вы сибаритки, так ведь?
— Мы не такие! — серьёзно сказала Эсмеральда, — Жрец был больной на всю голову. Хотя, отчасти это была только игра, чтобы создать определённый ореол вокруг себя. Но и настоящих заскоков там тоже хватало. У нас всё иначе. И хотя изначально я вписалась в его проект, потом наши пути сильно разошлись. Уничтожать поселения и угонять людей в рабство это был перебор.
— Если ты так считаешь, то значит, мы обязательно договоримся. Это нас беспокоило больше всего в сибаритах, и отчасти именно поэтому началась война. Хотя, первые стычки были ещё тогда, когда мы даже не знали слова «сибариты».
— И ты тоже в этом участвовал? — спросила Эсмеральда.
— Участвовал, только вот не помню, как и большую часть своей жизни, — сказал Спас.
— Память так и не вернулась? — подняла брови Эсмеральда.
— Нет! Да я уже и не надеюсь, — пожал плечами Спас, — у меня новое имя, новая жизнь. Хотя друзья и семья старые, — спохватился он.
— Ладно, — кивнул Эсмеральда, — сибариты не угодили вам только этим?
— Дело не в том, кто кому угодил. Они же не признавали никакого соседства. Только если временно, если пока нет сил этого соседа захватить и уничтожить. Вы, может быть единственное исключение, — сказал Спас, — да и то, только потому, что как я понял, часть одного проекта.