Покемон. Реальный мир (СИ)

— Да? Хм-м-м… А давай! Хоть немного пар сброшу.
Игнорируя мечущуюся тень, что закидывала пришельцев и гидропомпой, и водными импульсами, и чернильными бомбами, необычная пара достигла острова, и под ликующими криками сквиртлов спрыгнула на песок. Еще один балстойз — транспорт пришельцев, оказался на голову выше, чем все присутствующие на пляже. Он поднялся на задние конечности, бросив недовольный взгляд на ораву черепашек.
— Бла-с-с-с! — шикнула черепаха, заставив уже рванувших было мелких замереть.
— Виви! Не надо обижать маленьких.
— Стоаз… — закатила черепаха глаза, — Ур-р-р… с-с-стоз?
Усевшись на песок, лицом к океану, красноволосый окинул скалящихся гигантов странным взглядом.
— Больших? — черепаха кивнула, — Больших можно, только не сильно. Чтоб не расслаблялись.
— Бла-а-а… — в довольной улыбке растянулась гостья, хотя для коренных обитателей острова то выглядело как оскал, — С-с-стоаз!
Нарочито медленно передвигая лапами, черепаха направилась вперед, и под хищным ее взором один из бластойзов попятился.
— Знакомый?
— Стоаз… — резкий рывок, и оба гиганта срываются в бег. Светлокожая догоняла, а блестящий фиолетовизной — убегал.
— Видимо да… Ты готова?
— Как видишь! — рыжеволосая девушка довольно потянулась, демонстрируя проглядывающую сквозь обтягивающий закрытый купальник фигуру, — Хм-м… Хорси значит… Голдин!
В воду угодил красный луч, а сразу за ним прыгнула и девушка, сложив руки перед головой и вытянувшись всем телом. Вошла практически без брызг, и тут же растворилась в глубине, удерживаясь обеими руками за рог призванной ею рыбки.
Красноволосый остался сидеть на берегу, чуть сгорбившись и уперев подбородок на одну из рук. Он внимательно смотрел куда-то вдаль, словно вошел в своеобразный транс, однако у глядящих за ним сквиртлов создалось ощущение, что мужчина всё видит. Один из них, самый смелый, воспользовался отвлеченным положением защитницы гостя, что уже настигла одну цель, и гналась за следующей… бедного бластойза попросту смыло мощью гидропомпы черепахи. Не столько болезненно, сколько унизительно, отчего и не выдержал один из наблюдателей, решив вступиться за брата. Остальные оказались более разумными, и предпочитали наблюдать и скалиться… как еще черепахам выражать свой смех?
Малыш сквиртл замер в пяти шагах от незнакомца, что пусть и улыбнулся, но взгляда на него не перевел. Шажок, еще шажок… и в лицо мужчине летит слабенький пузырьковый луч, что скорее намочил бы человека, чем нанес хоть какой-то урон. Безрезультатно — атака разбилась о вспыхнувшую на секунду преграду. Стекла вниз безобидной водой. Мужчина так и не обернулся, чем поселил обиду на морде черепашки. Миг, и ее сменяет заинтересованность, а сам сквиртл куда уверенней продолжает шагать к красновласому.
За спиной его — братья и сестры. Замерли, боясь шелохнуться. Боясь вздохнуть слишком громко, а храбрый черепах всё топал и топал вперед. Шажок за шажком, пока, наконец, не замер у самого стана великана.
— И что ты хочешь? — заговорил тот вдруг, напугав свору сквиртлят. Один даже упал на песок, вызвав сдавленное шипение сверху.
Малыш нерешительно обернулся, ища поддержки у старшего поколения и найдя ее в утвердительном кивке он смело бросился вперед… усаживаясь на колени незнакомца. Он не кусался, не пытался бороться, а лишь поудобнее устроился в новом гнезде, и довольно заозирался по сторонам, ловя на себе завистливые взгляды братьев и сестер.
Тень накрыла малыша. Тёмные, практически черные зрачки поднялись к небу, ожидая увидеть лицо или руку незнакомца, но увидели лишь силуэт огромной птицы, что пикировала прямо на него.
— Сква-а-а! — рявкнул он вдруг, раздувая щеки, а после выпустил всё такой же слабый пузырьковый луч во врага, — Ва-ва-вайрл!
— Угомонись!
Закованная в кожаную перчатку рука легла на затылок, переведя атаку в сторону океана. Перед мужчиной приземлился огромных размеров летун, что в росте от земли до хохолка мог посоперничать с некоторыми здешними бластойзами. Сквиртл никогда еще не видел такого большого и опасного покемона вблизи. Над их островом иногда летали такие, но их быстро отгоняли старшие товарищи, отчего малышу было очень любопытно. И не только ему: все маленькие сквиртилята, что успели попрятаться: кто в панцирь, кто в песок, а кто за лапы старших, во все глаза следили за четвертым неизвестным, буквально пожирая того взглядом.
 
— Размялся? — улыбаясь спросил мужчина, аккуратно проводя рукой по голове летуна. Вдоль красивой гривы из красно-золотых перьев, где торчали выделяющиеся белесые пёрышки — всклокоченные, грубые даже на внешний вид.
Пернатый довольно кивнул, уткнувшись клювом в ладонь мужчины, и с некоторым интересом оглядел сидевшего на его руках малыша. Сквиртл не ощущал опасности от хищника, да и расслабившиеся бластойзы, маячившие на фоне, намекали, что малышу ничего не угрожает. Черепашонок разглядывал покемона в ответ, и, довольно зажмурившись, выплюнул в птичью морду слабую струю холодной воды.
— Пидж!
— Пхах… Пфэ… — под возмущенным взглядом красновласый пытался сдержать смех, но взмокшая растрепанная физиономия пиджита выглядела столь забавно… — Прости… Но то, что ты проиграл столь грозному противнику, — рука вновь легла на голову черепашки, — повод возвращаться к тренировкам.
— Пидж-о-о-о! — заревел в ответ летун, вздымаясь ввысь и окатывая мужчину с черепашкой песчаной взвесью.
— Засранец… — прошептал тот, улыбаясь, — Джот! Пригляди за Мисти!
— Пиджо-о-о-о! — взвизгнул крылан, свершив пару кругов над водой, а после спикировав вниз, зависнув над самой поверхностью воды. Был готов нырнуть и спасти, или же отлететь повыше и не мешать… любая мысль девушки, и покемон поможет.
 Эпилог 
Эпилог
Темнота прояснялась. Болезненные ощущения сошли на нет, и медленно угасал оставшийся после них зуд. Чесались внутренности. Жгло глаза, металл неприятно холодил нежную кожицу, во рту четко прослеживался привкус чего-то замшело-тухлого… вкуснятинка. Постепенно резь в глазах пропадала — вокруг вырисовывались силуэты. Много белого, светлого… лишь одно яркое черное пятно. Огромное, пугающее… От него хочется отстраниться, забиться в раковину и так и остаться там сидеть. В безопасности…
* * *
— Алекс! Ты пугаешь его! Отойди…
— Но ведь… это мой покемон… — не без иронии заметил я.
— Уже нет. Пока ты остаешься таким… здоровым и страшным, этот кроха будет находится под моей защитой! Тебя даже драконы боятся, что уж говорить про бедную улиточку⁈
Кто из студентов, что внимательно следили за всеми этапами воссоздания жизни, сдавлено хрюкнул в кулачок.
— Это моллюск, — подметил старичок, лишь на секунду отвлекаясь от графиков, — Смотри, видишь эту кривую? Скачок, вот здесь… Это признак активизации двояковыроженных узлов в предтечном отделе мозга… — и тут же продолжил объяснять избранному студенту особенности в результатах его работы.
— Эй… — тонкая ручка аккуратно коснулась синих щупалец, кончики которых выглядывали из раковины. Плоть дрогнула, попыталась втянуться в домик, но до конца не влезла, — Не бойся… Я тебя не обижу, — ласково говорила Мисти, едва не шепча, аккуратно поглаживая раковину, меж длинных, пока еще не ядовитых шипов.
Из убежища начали выползать щупальца. Шесть длинных и тонких, как у полноценных осьминогов, и два коротких, толстых. Используемых покемоном для передвижения по морскому дну. За ними показались мандибулы — еще пара подвижных щупалец у самого клюва. С громким щелканьем, наконец, показался и рот с глазами — четыре острых клыка прикрывали ротовое отверстие, внутри которого расположились натуральные жернова. Если клыки вцепятся во что-то, то это что-то будет безоговорочно перемолото. Глаза покемона — огромные желтые, с узкими вертикальными зрачками, болезненно слезились от яркого света. Прозрачные веки часто смаргивали лишнюю жидкость, позволяя покемону и дальше вглядываться в лицо Мисти. Очень пристально, но настороженно. Омастар готов был «сбежать» в любую секунду… И да, из моей окаменелости появился именно омастар. Не оманайт, отчего вопрос по урегулированию уровня моего допуска оказался решен очень и очень вовремя — после короткого брифинга с Оуком, как с моим наставником, мне присудили третий — максимальный на текущий момент.