Покемон. Реальный мир (СИ)

— Эм-м… Извините, я немного увлеклась.
— Если я правильно понял суть… То в случае нарушения транзитивности между целевыми узлами происходит планомерное усиление одного из них, что, в конечном итоге, может привести реципиента к шизофрении?
— Д-да, — удивилась Сабрина, — Но это только один из сценариев развития. Может статься так, что…
— Демоны… — шептала Мисти, весьма удачно пародируя недавний взгляд своего покемона, — Жаль, места там не хватит, — протянула она, задумчиво глядя на покебол.
Общаться с Сабриной оказалось на удивление просто. Из девушки вышел превосходный лектор, и было видно, что ей и самой нравилось учить. Да и тема мне не то, чтобы близка, но… возможно, когда-нибудь, когда моя жизнь обратится в беспросветную рутину, да покроется белесой наледью скуки и уныния, я попробую поработать с собственным разумом. Не думаю, что моя энергия для этого годится, однако, чем принципиально она отличается от психической? Что вообще есть психическая энергия, и откуда она берется у людей и покемонов? Ведь и Джот, и Виви, и даже Игнил, все они уже освоили самые азы, научившись в мелких пределах облегчать и утяжелять свои тела, — первичный вид телекинеза, как объясняла Сабрина, — а Джот и вовсе освоил «проворство» еще будучи едва развившемся пиджеотто. Это, между прочим, уже считается полноценным навыком на стыке телекинеза и менталистики, когда на работу подсознания вешается управление процессами усиления векторов движения… Покемоны делают подобное рефлекторно, но для людей воссоздание таких навыков — тяжкий труд.
За разговором на интересные темы и время бежит галопом, хотя для Мисти, что потеряла нить повествования еще на первом получасе, когда Сабрина только-только вошла в раж, всё могло быть иначе. Тем не менее, приход Роберта я как-то проворонил, хотя аура его отчетливо ощущалась на периферии.
— Хорошо, что вы еще здесь. Этого, — мужчина с пренебрежением кивнул на палату, — уже осмотрели?
— Эм-м…
— Да, — пришла на выручку Мисти, — Туда заходила пара медсестер.
А я, выходит, проморгал не только лишь Роберта…
— Отлично. Было бы глупо дать ему умереть, после всего… Алекс, если я не ошибаюсь? — Роберт перевел на меня задумчивый взгляд. От него полыхнуло психической волной, что обогнула девушек и вошла прямиком в мою ауру, где была беззатейно пожрана, — И вправду, глухая пустота…
— Папа! — Сабрина поняла всё моментально.
— Тише, Саби. Мне просто было любопытно… Извините за эту проверку. В прошлый раз мы и не познакомились толком, верно? Даже виделись, и то мельком. Думаю, стоит это исправить. Меня зовут Роберт Юпси, — он добро улыбнулся, протянув руку вперед, — И я несказанно рад тому, как результаты ваших действий сказались на моей семье.
В прошлый раз, когда он едва ли не убегал в спешке, я не мог внимательней осмотреть его внешность. Роберт оказался не особо высоким зрелым мужчиной, с практически черными, как у Сабрины, волосами. Худой, если не сказать тощий. Настолько, что загорелая кожа с глубокими морщинами на лбу и вокруг глаз, натурально обтягивала выдающиеся скулы, да утопала во впалых щеках. Казалось, Юпси голодал несколько месяцев, и только недавно начал поправляться, набирая вес. Лицо его украшала ухоженная черная бородка, закрывающая лишь шею и выходящая в узкие бакенбарды и клинышек под нижней губой, а завершали картину мощные кустистые брови, грозными дугами нависающие над мелкими, но будто заглядывающими в самую душу глазами.
— Алекс. Рад знакомству, — несмотря на весьма тяжелый взгляд, не сходящий с моего лица с самого начала разговора, я уверенно сжал протянутую руку, не переводя рядовое рукопожатие в противостояние силы.
— А я Мисти! — улыбнулась Рыжик, махнув ручкой.
— Что ж, Алекс… нам с вами предстоит серьезный разговор. Не напрягайтесь так, лично вам ничего не угрожает… В отличии от всего нашего региона.
— Всё настолько плохо? — удивилась Мисти.
— Всё в разы хуже, чем вы вообще можете себе представить… но обсуждать такое посреди больничного коридора — не самая лучшая затея. Могу я пригласить вас в нашу семейную резиденцию? Побудьте нашими гостями, хотя бы на то время, пока наверху принимаются решения.
 
В голосе ли, во взгляде, или в самом вопросе прозвучало что-то «такое», но стало очевидно, что отказ здесь не принимался. Я не стремился накалять обстановку, да и семейство это вело себя весьма радушно. Не считать же шутку с кофе, которая действительно оказалась простой шуткой, за угрозу. Как и «проверку», проведенную Робертом. Я не могу определить, что именно несли в себе те волны, но то, что они были направлены лишь только на меня, и едва ли коснулись Мисти, вызывает толику доверия к Роберту. Возможно, мое досье, которого не могли не начать собирать со времен инцидента в Саффроне, а то и раньше, уже было ему выдано, а может пример Фудзоты стоял перед глазами, но от действий, что могут восприниматься мною как атака на близких, Роберт решил отказаться, чем и заслужил такое к себе отношение. Предо мной явно не глупый мужчина, и уж вряд ли он стал бы вредить Мисти, находясь от меня на расстоянии вытянутой руки.
— С удовольствием примем ваше приглашение, — Рыжик, тем временем, взяла все в свои руки, в том числе и мою ладошку, крепко сжав ее.
— Что ж, прошу за мной. Саби, присмотри за мамой.
— Хорошо.
Брюнетка невозмутимо поднялась с лавочки, где умостилась на время своей лекции, да направилась по коридору, пока Роберт повел нас с Мисти в противоположную сторону.
— Мы могли бы и телепортироваться, — сказал он, у выхода из больницы, — Но, думается, вы бы не отказались осмотреть город? Поверьте, здесь очень красиво… Хотя, вас же выдернули с Синнабар?
— С него, да… Эх, а мы там домик сняли… на неделю…
— Ну уж извините, — пожал псионик плечами, — С тем, что вы отрыли, сейчас всем станет очень непросто. Но не будем о плохом… раньше времени. Позвольте показать вам город? Здесь есть весьма примечательный парк аттракционов — единственный на весь Канто, а то и на весь мир. Он славится…
— Роберт, — перебил я мужчину, — Сейчас несколько не то время… Давайте мы сначала всё обсудим, а после уже будем думать. Всё равно, как вы говорили, нам лучше пока не покидать остров.
— Хорошо, — кивнул тот в ответ, растеряв веселый задор. Явно наигранный, — Так действительно будет лучше. Прошу за мной.
В общем и целом, улочки Порта-Виста отличались от таковых в Синнабар лишь ближе к центру города, где раскинули свои сети многоэтажки. Не небоскребы, давление которых уничтожило бы всю романтику города, и даже не серые бетонные коробки, какие можно было лицезреть в Церулине или Саффроне, но белые, без какой-либо явной фактуры, десяти-двадцатиэтажные зданьица, раскинутые совсем неплотно, дабы между ними могло вместиться обилие тропической зелени. Отходя же от центра, ближе к пляжным зонам города, можно было лицезреть до жути схожую с курортом архипелага картину: куча кустов, редкие пальмы и еще более редкие лиственные деревья, а между ними, натурально утопая в зелени, торчали макушки таких же белых домов. Плоские огороженные крыши — балкончики, судя по лавочкам на них, превалировали здесь, но не реже встречались и красные, выцветшие на солнце, покатые черепичные конструкции.
Вотчина Юпси оказалась весьма далеко от центра города, что в рамках курортного острова было просто отлично, ведь означало более близкое расположение к воде. У самого западного берега, с собственным выходом на персональный же пляж. Не сказать, что то было прям огромное здание… Но гостевые комнаты в этом коттедже присутствовали — однозначно. Одну из них выделили и нам, даже не заикнувшись о расселении, как это бывало в отелях.
Вещей с собой у нас не было, желание поесть не наблюдалось уже лично у меня, хотя Мисти с удовольствием приняла разогретую домашнюю пищу: время давно уже минуло полдень, а этот длиннющий день всё не кончался и не кончался. Наполненный и без того неприятными событиями, он грозился продолжить в том же духе, оставляя о себе незабываемые впечатления. Прям одно за одним.