Покемон. Реальный мир (СИ)

«Нет, нужно бежать. В тени…»
Вспышка темноты. Обзор вновь заволакивается туманом. Словно черное грозовое облачко, испещренное белыми дугами молний, скачущих то здесь, то там.
«Цель перед глазами. Нужно лишь прицелиться… Получше… Подпустить немного ближе… Вот так, мой хороший, понюхай… Этот… ЦВЕТОЧЕК!»
Выстрел. Удовлетворение от успешной охоты, грозящей принести миллионы на личном счету, смешалось с адской болью, исходящей из груди. Узкий черный стержень пробил меня насквозь. Он мерзко холодин внутренности, а на попытки скрыться, обратиться незримой тенью, он сковывает нутро ледяными тисками, принося еще больше страданий.
Ко мне подбегает странное существо. Человек. Лицо его лучится довольством, но мне, почему-то совсем не весело. Мне страшно.
«Тише-тише… Теперь все будет хорошо», — говорю я, убирая крохотное тельце в переноску для котят, — «Посиди пока здесь. На корабле я выдам тебе более роскошные апартаменты», — говорит он, любуясь моей агонией, словно не слыша истошных криков.
Вспышка темноты.
«Чертовы кретины… Все что от них требуется — доставить мой трофей в целости и сохранности! Неужели это так сложно⁈»
«Я не хочу здесь быть. Грудина все еще ноет. Больно шевелиться. Прутья клетки давят на меня, даже когда я их не касаюсь… Они все еще обволакивают мое нутро холодом, не позволяя даже помыслить об облегчении… Мне страшно.»
Вспышка.
«Очаровательная блондинка… Весьма милые формы, но у меня есть мои близняшки… Хотя, заполучить еще одну пару я бы не отказался. Но сначала ее нужно убить. Вывернуть наизнанку ее кишки, за всю ту боль, что она доставляет мне своей плетью. Пожрать ее плоть… Пожрать хоть что-то…»
«Голод. Какой голод, если на обед у меня были шикарные стейки? Или все-таки мертвая туша какой-то личинки, из которой еще не успел выветриться ее крошечный дух?»
«Страх. Чего бояться? Все проходит, как всегда, заказы успешны… Скар, конечно… А кто такой Скар? Тот, кого я боюсь? Нет. Я боюсь окружения. Столько боли разлито в воздухе, и вся она порождена лишь крошечной горсткой разумных… Неужели они ее не ощущают? Неужели они не понимают, что делают?»
«Ярость. Всепоглощающая ярость. На некомпетентную разведку. На хреновую информацию. На подмоченную репутацию. На чертову блондинку, к которой никак не выходит подобраться. Чего она вообще от меня хочет? Зачем меня мучает? Почему просто не убьет⁈»
Вспышка.
«Я… Я чувствую это. Чувствую их злость, как свою собственную. Их желание жить, как свое собственное. Их… Я чувствую их, и я могу влиять на них. Черные прутья слишком прочные, чтобы я мог их прорвать, но… Их клети таких прутьев не имеют…»
«Что опять случилось⁈ Почему, как не начало сезона, так меня начинают дергать по пустякам. Ну подумаешь, покемоны пытаются вырваться, что с того…»
Красные глаза взбешенных тварей. Они рвутся наружу, игнорируя увечья, что наносят себе. Они сдирают с себя плоть, в попытках пролезть в щели. Ломают кости, пытаясь выломать дверцы своих узилищ. И им удается…
«Я прибыл слишком поздно. Все уже кончено. Куча трупов, лужи крови… Распахнутая клеть из черного железа, а рядом с ней Калифа. Пытается кричать, но голос ее уже давно сорван. Пытается вырваться, но красноглазые твари удерживают ее конечности. Блондинка распята, прямо на полу. Вокруг нее части тел охраны и работников… Ее белоснежное платье практически полностью заплыло в крови, а от обесцвеченных белых локонов остались лишь последние клочки волос… Тёмный дух входит в ее тело, изменяя его под свои желания. Мышцы набухают, разрывая кожные покровы. Черная слизь вытекает из всех пор, растворяя остатки шелковой кожи, подобно самой едкой кислоте. Кости сокрушительно хрустят, выходя из суставов, удлиняясь и истончаясь… Ее глаза, полные слез и мольбы, заходятся красной поволокой. Калифы больше нет. Есть только оно.»
«Я больше не добыча. Теперь я охотник.»
«Я больше не охотник, но и добычей быть отказываюсь…»
Вспышка.
«Добыча уходит… Я все еще слышу дыхание ее гнилой души. Все еще жажду вкусить ее сущность перед смертью, но почему… ПОЧЕМУ МНЕ НЕ ДАЮТ ЭТОГО СДЕЛАТЬ! Несокрушимая преграда забирает себе мои силы… ДА ПУСТЬ ПОДАВИТСЯ! Пусть забирает себе всё, но я достигну цели. Охота только началась.»
 
Вспышка.
«Кто я? Бывшая добыча, ныне охотник? Бывший охотник, ныне добыча? Победитель? Проигравший? Кто из них я? Может… оба?»
Нестерпимый жар обдает тело, взывая к первородным инстинктам. Бежать от огня. Хотя бы куда-то.
— 'Странные существа…
— Люди?
— Страшные существа, эти твои люди. Они приносят лишь боль и страдания.
— Какую боль?
— Вот такую!'
Нутро сводит в болезненном спазме. Голова готова развалиться на части в любую секунду… лишь тени приносят покой. И временное облегчение, но туман в голове начинает давить сильнее, грозя вымыть последние остатки здравого смысла… Если он вообще хоть где-то остался.
 Глава восемьдесят пять. В путь 
Глава восемьдесят пять. В путь.
Отчеты, пересказы, доклады… Пусть мурыжили меня не долго, но зато со вкусом! Сначала мистер Санчес, убеленный сединами сварливый мужчина, весьма хилой наружности, но обладающий выдающимися навыками в менталистике, да и в целом совсем незаурядным умом. Тугой клубок нитей в его голове явно указывал на наличие далеко не одного потока сознания, что, в отличии от ситуации Сабрины, имели кристально-чистую структуру различных оттенков светлой бирюзы. Старик вызнал все необходимые ему детали, и заняло это, от силы, пару минут, после чего я был послан «тунеядствовать» и совершать иные свои «совершенно бесполезные и бессмысленные действия»… Интересная, в общем, личность, пусть и весьма сложная в общении.
За ним последовал вызов от Чарльза, и вот ему пришлось уже рассказывать все подробно. Что видел, кого видел, что чувствовал, какие выводы из этого сделал… Особое внимание Гудшоу уделил странной формы призраку. Да и мне, если говорить откровенно, было до безумия любопытно взглянуть на него в спокойной обстановке лаборатории, а не в горячке боя, когда жизнь окружающих людей висит на волоске, и зависит исключительно от моих действий.
Как бы печально это не было, но призрак был уничтожен во время попытки вселения в человека. Одержимый — само по себе не самое приятное явление, способное доставить немало хлопот окружающим, а уж посреди времянки, где оказывали срочную помощь пострадавшим в толкучке, с последующей отправкой тех в больницу, и подавно. Люди и так весьма скверно переносят долгий контакт с призрачной энергией, но когда эта энергия попадет в их тела напрямую, через когти восставшей твари, например, то спасти пострадавших будет уже практически невозможно.
Закончив с разговором с Гудшоу, ради которого пришлось вновь посетить ближайший полицейский участок, дабы установить закрытую линию связи, я был оперативно отловлен моей рыжей прелестью, что закономерно пропустила всё «веселье». И да, в третий раз я был подвергнут допросу, однако… обладая вполне себе неплохой памятью, если забыть о некоторых нюансах, а также способностью к хоть какому-то, но анализу окружающей действительности, мною было принято весьма садистское, с точки зрения одного тренера водных покемонов, решение: поведать о всех моих «общедоступных» злоключениях лишь в отеле. Ибо энтузиазма рассказывать одно и тоже в четвертый, а то и пятый раз, я в себе совсем не ощущал.
Так как о своих размышлениях я решил умолчать, дабы не портить и без того скверное настроение девушки, Мисти совсем растерялась, увидев приметную парочку, сидящую на диванчике в холле отеля. Очень злобную парочку, активно обсуждающую последние события в городе, и наше в них участие… Ведь, так интересно вышло, что Мисти «поплохело» где-то за полчаса до начала означенных событий… Накладывая это на тот факт, что Лили так и не получила сообщения с адресом больницы, куда я увел ее сестренку, приплюсовывая наличие у нее хоть и не гениального, но весьма острого ума, получаем в итоге обиженно-обвиняющий взгляд, нахмуренные бровки и сложенные под грудью руки. В количестве двух штук, с той лишь разницей, что вторая гостья нашего отеля уперла руки в боки, скорее всё же обвиняя, чем дуясь. Ну и да, я ожидал увидеть трёх обеспокоенных девушек, но Эрика, как выяснилось позже, не могла ещё дольше оставлять стадион без надзора.