Покемон. Реальный мир (СИ)

Подойдя к выходу из клети, Бруно замолчал. Проход нам преградил тот самый фиолетовокожий ящер. Алые глазки его опасно поблескивали в свете оставшихся целыми ламп, а с раззявленной пасти капала на пол бесцветная слюна.
— Кх… х-х-х… КХИ!
Ящер явно пытался что-то выговорить, но из гортани его выходили лишь сдавленные хрипы, да полые трубки, покрывающего его тело, издавали равномерный гул и редкие посвистывания.
— Разозлило же меня — это, — вновь осмурневший лицом бугай кивнул на скалящегося хищника, что уже припал к самой земле. Иссохшие мышцы покемона выдавали напряжение, готовность того к рывку. Истонченная лавандовая кожа никак не могла спрятать их, — Эксплауд, — рывок, и огромная туша с гулом и свистом проносится мимо отошедшего с пути атаки Бруно, — Распространенный в Хоэнне пещерный хищник, обитающий близ сточных вод, куда частенько заплывают мелкие и не очень рыбешки, — затормозив, рептилия начала довольно неуклюже разворачиваться, но в середине действа совершила резкий рывок уже в мою сторону. Уклониться не составило труда, учитывая мое не совсем человеческое восприятие. Бруно же на мой неуклюжий, с его точки зрения, пасс лишь недовольно цыкнул, но комментировать не стал, продолжив вместо того лекцию, — К людям они относятся настороженно, но если дать эксплауду еды, то он с радостью пустит человека в свой дом… Чем и пользуются браконьеры. Образ жизни этих существ, — Бруно уже самостоятельно двинулся в сторону ящера, постепенно приводя свою ауру в движение, — построен на их голосе. Они используют его для охоты, для общения, и даже для создания потомства… Эти покемоны ищут пару, что может своим ревом входить с ними в резонанс, — ящер недовольно фыркал, скалился, кряхтел, но все же медленно пятился от гиганта, — На моей родине этих покемонов использовали в качестве средства дальней связи. Голос эксплауда был голосом отдаленных деревенек и сёл, и если во время опасности он не сможет издать рев, способный не только отпугнуть большинство хищников, но и известить население о нападении, то населения того может и не стать… — покемон оказался загнанным в угол. Бруно, не проявляя и грамма беспокойства, совершил последний шаг, оказавшись практически вплотную к прижавшейся к земле рептилии. Оба они замерли, взаимно вглядываясь в глаза оппонента, пока Бруно не начал медленно опускаться на одно колено. Эксплауд, напротив, слегка приподнял голову от земли, все также беспомощно скалясь и шипя. Широкая ладонь опустилась на хищную морду, отчего покемон ощутимо вздрогнул, зажмурившись, но, получив лишь аккуратное поглаживание, вместо ожидаемой боли, начал расслабляться, подставляясь под руки довольно улыбнувшегося гиганта, — Строение их тела весьма необычно, и, из-за частого использования звуковых атак, что порождают сильнейшие вибрации, их кожа приобрела свойства крайне эффективной звукоизоляции. Мимо такого браконьеры пройти не могли. И знаешь, — мужчина посмотрел мне в глаза, — Каждый раз, как мои односельчане ловили очередного «охотника» на покемонов, ему устраивали показательную казнь. Вешали, прямо в центре деревни… Исключениями же были только ловцы эксплаудов… Чтобы эти крохи, — Бруно уже натурально сидел в позе полу-лотоса, пока довольно высунувший язык покемон развалился на его коленях, подставляя бледно-лавандовое брюшко под почесывания, — не могли переполошить всю округу, заодно здорово оглушив обидчика, им прямо на месте выжигали гортань, вместе с голосовыми связками. Просто брали, и засовывали раскаленный прут в пасть, зачастую вполне себе живого, и всё понимающего покемона. Для таких ребят староста всегда имел дома с десяток железных прутиков… Ибо лишенная собственных эксплаудов деревня — вымершая деревня. Кара за подобное деяние должна быть такой, чтобы твари даже думать о краже этих рептилий боялись. Но довольно, — размякший покемон был поглощен красной вспышкой света. Освобожденный от ноши, Бруно быстро поднялся на ноги, — Я ответил на твои вопросы?
 
— Вполне… Но меня, все-таки, больше интересовал ваш рассказ об ауре.
— Ну значит о ней тебе и стоило спрашивать, — вновь пожал он плечами, направившись к видневшейся в конце коридора двери, — Пошли, нет больше времени вести праздные беседы.
Коридор с огромными клетками разделялся. В середине его располагалась распахнутая дверь, из которой доносился сладковатый запах разлагающегося мяса. В носу вновь засвербело, а на языке появился привкус железа. Стараясь сосредоточиться на запахе духов, я перевел все свое внимание на Бруно.
— Я пойду направо, — немного подумав, изрек мужчина, — Помни, что мы находимся под землей… Глубоко под землей. Очень надеюсь на твое благоразумие. Не хотелось бы обнаружить себя под завалом, так что постарайся не разнести опорные конструкции. И, если встретишь кого-то из людей, постарайся вырубить их на подольше, и продолжай поиски. Сейчас найти и спасти как можно больше покемонов — наша приоритетная задача.
— А вы? — я кивнул на Сири, намекая на обстоятельства подавления всех встреченных нами противников.
— Хм, — хмыкнул командир в ответ, кивнув на замершего подле него покемона.
— Ну… Ладно…
Надеюсь, тактика Бруно не заключается в избиении истощенных после длительного плена покемонов до бессознательного состояния. А еще я рад, что у меня хватило ума не озвучивать подобного предположения в слух. В упор не помню, чтобы боевые покемоны обладали возможностью мирного устранения противника… Ну, кроме обозначенного ранее способа. Однако, речь о покемонах Четверки! Уверен, даже если хитмончан Бруно не умеет в парализацию, усыпление, заморозку или, того хуже, в контроль разума или эмоций, то у его тренера так точно есть в запасе кто-то, кто способен на эти приемы.
Проходя мимо пустой клетки, я обратил внимание на пару отсеков у дальней ее стенки, выполненной в виде монолита какого-то странного черного металла, от которого, буквально, веяло темной энергией. Судя по ощущениям, из того же металла были сделаны и прутья, но… Не это меня заинтересовало. Отсеки. Квадратные решетки, на фоне литой стены, смотрелись жутко подозрительно, отчего проверить их я не мог. Но, хорошо это или плохо, покемонов внутри не оказалось. Ни живых, ни мертвых. Фактически, это были три вшитых в стену коробки разных размеров, самая крупная из которых, где-то полтора на полтора метра, изнутри была сильно покорежена и деформирована. В монолитных стенах виднелись вмятины, следы от когтей, местами даже явные подпалины… Да и запах внутри стоял не самый приятный. Такая резкая вонь даже умудрялась проходить сквозь удушающе терпкий аромат духов, которыми я едва ли не обливался ранее.
Широкие двери в конце коридора… были. Нет, они были не заперты, но… Огромная металлическая конструкция из пары трехметровых в высоту и полутораметровых в длину пластин… Просто развалилась, едва я прикоснулся к приоткрытой створке. Возможно, это дело лап нового фиолетовокожего друга Бруно, вот только по ту сторону не было ничего, кроме самого обычного склада. Слегка покоцанного, местами захламленного, но все же склада. Сотни стеллажей, поддерживающие коробки с барахлом, десятки деревянных ящиков, начинка которых состояла из самых обычных сухпайков. Что-то валялось и на полу, конечно, но в основном тут царил порядок.
Сотни и тысячи упаковок наидешовейшего корма для покемонов, что только можно найти… Видимо, только среди такого контингента, как браконьерское отребье, такие продукты и пользуются спросом, ибо ни один уважающий себя тренер не будет кормить подобным своих покемонов… Я даже как-то пытался использовать эту фирму как наказание и мотивацию для тренировок Сириуса. То, каким взглядом он на меня смотрел… В общем, даже мною это было принято, как перебор, хотя уж кто-кто, а я своим подопечным отлынивать от занятий не давал. Да и сейчас, узрев этикетку валявшейся на полу банки, Сириус не придумал ничего лучше, кроме как помочиться на нее…