Покемон. Реальный мир (СИ)

Как бы не старался замедлить трансформацию, она продолжала набирать обороты. Жжение уже давно перешло с грудной клетки на весь торс, и мне даже сложно представить, как сейчас выглядело мое тело. Единственное, что я смог сделать — направить всю трансформацию на внутренние части моего тела. Органы, кости, суставы, связки, хрящи… Там меньше нервных окончаний, а значит и вероятность потери сознания от болевого шока тоже меньше. Лишь череп и мозг остались нетронутыми, во избежание так сказать. Все остальное было планомерно разрушено, дабы уничтоженные органы могли восстать из пепла. Всё, кроме костей. Что происходило с ними я не знаю, но отчетливые щелчки, звучащие по всему телу, довольно скоро начали сильно раздражать, особенно если учесть, что каждый такой щелчок сопровождался вспышкой боли.
Сложно сказать, сколько времени я провел в подобном сосредоточении на процессах собственного организма, но, когда я наконец почувствовал, что дармовая энергия кончилась, а организм мой так и не был улучшен до конца, я с облегчением и легким разочарованием открыл глаза. Не то чтобы мне понравился сам процесс, но ощущение незаконченности раздосадовало. Вопреки ожидаемого ледяного взгляда Лорелей, наполненного вопросом, укором, осуждением и бог знает, чем еще, я увидел лишь нервничающую девушку, что стояла посреди льдины, довольно далеко от меня.
Сложив руки под грудью, она крепко сжимала свои локти в ладонях. Поза ее была крайне далека от расслабленной, а взгляд источал просто тонны беспокойства. Лишь окончательно придя в себя я понял причину. Звуки. Их не было. Совсем. Завывание вьюги было. Шум волн, бьющихся о летящую на огромной скорости ледяную шрапнель, чем и была наведенная парой джинкс вьюга, был. А звуков битвы не было.
Я не успел даже подойти к Лорелей, дабы поведать о готовности защиты, и поинтересоваться происходящим, как неожиданно, прямо сквозь ледяную метель, в льдину влетел огромный серый дракон. На спине его лежала блондинка, причем судя по отсутствию движений, спинной плавник она сжимала исключительно из-за сведенных судорогой рук, а в лапе покемона находился Ланс, что едва не был насажен на огромные черные когти.
* * *
Синтия в очередной раз наслаждалась потоками ветра, ласкающими ее довольное личико. Прикрыв глаза, девушка отдавала всю себя этому прекрасному чувству единения с природой и с ее покемоном, которому она безоговорочно доверяла свою жизнь, и если Габриэлла утверждает, что красноволосый опасен, то Синтия непременно узнает о нем все, ведь мало что может заставить кричать инстинкты взрослого тренированного гарчомпа уровня Чемпиона. Даже та махина, на которую они неслись, не вызывала в Габи подобных чувств, в отличии от самого обычного с виду, красноволосого паренька.
— Хр-р-р!
Габриэла резко изогнула шею, дабы посмотреть куда-то в небо. Ноздри ее сужались и раздувались, а красные глазки метались по небосводу, пытаясь найти источник раздражения, что покемон ощущала всеми фибрами своей драконьей сущности.
— Тише-тише, — Синтия аккуратно похлопала драконицу по шее, — Мы со всем разберемся, но сначала нужно позаботиться об этом грубияне.
— Гар-р-р! — покемон неуверенно кивнул, а после, радостно оскалившись, полностью сосредоточился на противнике, что уже давно их заметил, и даже подготавливал какую-то атаку.
— Дыхни-ка на него разочек, — попросила Синтия.
— А-А-А-АР-Р-Р-Р!
Замерев в воздухе, удерживаемая незримыми воздушными вихрями, Габриэлла громко взревела, задрав голову кверху. Синтия удерживалась на спине дракона, обхватив главный шип обеими руками, и уперев ноги в шипы поменьше, и с благоговением наблюдала за формирующейся атакой. Сейчас для девушки не было ничего более красивого, чем ее собственный покемон. Прямо перед открытой пастью в считанные мгновения сформировался небольшой, размером с покебол, золотистый шарик, излучающий во вне огромное количество слепящего света, что ореолом украшал золотое ядро, визуально увеличивая заряжающуюся атаку в десятки раз. Подготовка отработанного годами навыка не заняла много времени, однако Синтия все равно запечатлела в своей памяти каждое мгновение. Она видела подобное сотни, если не тысячи раз, и все равно сердце ее замирало, словно девушка наблюдает это впервые.
 
Габриэла направила приоткрытую пасть на торчащую из-под воды исполинскую морду, и с очередным громким ревом выпустила наружу всю собранную энергию, по пути бессистемно преобразовывая ее в различные энергетические типы. Узкий, переливающийся всеми цветами радуги луч угодил ровно промеж глаз гиганта, заставив его голову уйти под воду, но на этом атака не прекратилась. Не смешиваясь, различные типы энергий воздействовали на воду, заставляя ту не только расступиться перед мощной атакой, но и присоединиться к ней. Десятки ледяных шипов, окруженные кипятком, с силой вонзались в морду дракона, покуда между стремительно тающих сосулек скакали разряды молний, причиняя и без того дезориентированному подобной мощью дракону пусть и небольшие, но мучения.
Но и этого было мало, ведь как только покемон опустился достаточно глубоко, чтобы луч уже не мог бить его с прежней силой, хотя атака гарчомпа на этом не прекратилась, просто ослабла из-за расстояния и растрат энергии на преобразования, в открытое драконье брюхо врезалась другая парочка, близкая к чемпионскому уровню.
Выставив рог вперед, да закрутившись вокруг своей оси, в дело вступил Лорд, также окутанный золотой аурой, пока вокруг него вился темно-синий морской дракон, как еще называют гаярдосов, не просто создавая водные завихрения, но также насыщая их драконьей аурой, что мощными импульсами выбрасывалась из всего его тела. Резонируя с чужой аурой, Лорд лишь сильнее распалял свою, а вихревые потоки, образующиеся вокруг него, помогали существенно увеличить скорость, отчего при соприкосновении с нежным брюхом противника он едва не пробил то насквозь: постоянное пребывание под колоссальным всесторонним давлением сказывалось на общей физиологии покемона, в том числе и на плотности чешуи. Только благодаря ей древний драгонайт отделался лишь мощной колотой раной, да сильнейшим импульсом, отправившим его тушу обратно к поверхности воды, когда любого другого покемона подобная атака просто пробила бы насквозь.
Наверху его уже ждали. Импульса было недостаточно, чтобы такая туша покинула воды, но его хватило, чтобы разъяренная подобным отношением морда вновь оказалась над поверхностью. Очередной рев, наполненный не столько яростью, как раньше, сколько болью, и колосс тоже переходит в атаку, сосредотачивая все свое внимание на оседлавшей драконов парочке, но не забывая и о подводных вредителях. Направленная волна его ярости прошлась сквозь покемонов и их тренеров, вызвав дезориентацию у первых, и мощное чувство тревоги у вторых, отчего Габи была вынуждена временно прервать свои атаки, дабы не только выровняться в пространстве, но и протянуть крыло помощи нуждающимся, ведь парящий рядом аэродактиль не мог похвастаться схожим ментальным сопротивлением.
Выровняв тело в пространстве, чтобы оно находилось вертикально, и не забыв движением мощных когтистых лап отогнать от себя пусть и вертких, но все же мелких покемонов, — их банально снесло создаваемыми гигантом волнами, — драгонайт вяло пошевелил своими «усиками», что у обычных представителей этого вида задорно торчат вверх, пока у древнего исполина они были направлены вниз, придавленные собственной тяжестью. Пока его атака заряжалась, он гордо терпел залпы драконьего дыхания, стараясь погасить их напором собственной ауры, и иногда отвечая вспышками драконьей ярости. Искры электричества, натуральные молнии, толщиной превосходящие торс взрослого мужчины, в чем успел убедиться Ланс, забегали меж гигантских усищ. Их становилось все больше и больше, пока часть электрических дуг не начала срываться как в воду, так и в мельтешащих летунов, и даже сильнейшее сопротивление электричеству, даруемое земляной энергией, которой гарчомп Синтии был пропитан столь же сильно, как и драконьей, не могло окончательно защитить от попадания толстой молнии по живой мишени, которая, при всем желании, никак не могла разогнаться быстрее скорости света. Однако именно ей, Габриэлле, пришлось принимать на себя основную часть атаки, дабы защитить Ланса и прикрыть их совместное отступление. Оба тренера старались не думать об оставшихся под водой покемонах, ибо если Лорд имел все шансы справиться с молниями, все же драконья аура также имеет ряд полезных защитных свойств даже без ее преобразования в земляную, чем пользовался и сам исполин, совершенно не опасаясь бить молнией в воду, то вот гаярдос, как представитель водных покемонов, крайне негативно переносит прямое попадание электрических атак.