Покемон. Реальный мир (СИ)

— Профессор? Вы опять не спали всю ночь…
— Здравствуй, — сказал он, — И да, я действительно не спал всю ночь, пытаясь разобраться с твоим «подарком»… Кстати, хочу тебя обрадовать. Судя по данным спектрограммы и картинке призмомодулятора, оба присланных тобою генгара ни разу не употребляли людей в пищу.
— Замечательно! Тогда…
— Не спеши. Сначала, позволь я озвучу результаты исследований. Думаю, тебе и самому понравится.
— Угу, — кивнув, я заранее начал подготовку к обмену.
— Первый, который поменьше, является самым обычным генгаром, за исключением его темной природы. Чем она вызвана я так и не смог установить, да и сам он ответить не может, ведь тогда он еще был гастли, причем нестабильным, из-за чего практически не помнит того периода. Этому покемону около тридцати лет, и, по его словам, он стал генгаром совсем недавно, около года назад. Речевой аппарат развит слабо. В общем, его я уже могу отправить тебе обратно.
— Отлично. А что со вторым?
— Со вторым все… непонятно, — глаза Оука пылали детским восторгом, — Именно на его исследование я потратил всю ночь. Помимо того, что он куда более развит, чем первый, так еще и речь у него находится на очень и очень высоком уровне. И нет, — поторопился профессор, видя, что я хочу что-то сказать, — Дело не в возрасте. Хотя может и в нем, — задумался он, — Этот покемон общается так, будто уже сотню лет непрерывно находится среди людей… Однако все приборы, все анализы и модуляции показывают, что этому генгару всего лишь полгода отроду.
— Как?
— Вот и я о том же. Всё указывает на то, что он перешел в стабильную фазу лишь шесть месяцев назад. И я не имею ни малейшего представления, как это возможно! Мне не известно ни единого способа, как дикий гастли мог за шесть месяцев развиться в генгара, в совершенстве владеющего людской речью.
— А сам он что говорит?
— Что ничего не помнит. Только какие-то красные глаза, но я думаю, что речь идет о тебе или Сириусе. Ваши с ним действия оставили на обоих покемонах неизгладимое впечатление. В любом случае, я хотел бы оставить его у себя, чтобы показать его моей… коллеге, — Оук осекся в самый последний момент. Бессонная ночь явно дает о себе знать, из-за чего старик, кажется, едва не выговорил нечто, непредназначенное для моих ушей.
— Без проблем. И если вы уверены, что первый генгар безопасен для окружающих, то пришлите мне его, пожалуйста. Кстати, я хотел отправить вам пойманного недавно фироу.
— Он какой-то необычный?
— Нет… Самый обычный фироу. Может, слегка большего размера. Просто…
— Хах, очередная сопутствующая жертва?
— Именно.
— Что ж, присылай. Подумаю, куда его можно пристроить… Может, лига захочет выкупить его… Кстати, недавно звонил Гудшоу, спрашивал о тебе…
— Да, мы познакомились с ним вчера. Он прозрачно намекнул, что знает о моих необычных способностях.
— Извини, это моя вина.
— Не переживайте, профессор. Я ни в чем вас не виню. Еще в самом начале я говорил, что вы можете докладывать обо мне кому следует. Главное, чтобы это не привело к всеобщей огласке. Я пока не готов к подобному вниманию.
— Да знаю я, как ты не готов! После твоего выступления в Церулин-сити, мне приходится регулярно отбиваться от настырных интендантов различных корпораций, требующих предоставить им в аренду портативные генераторы барьеров…
— М-да… Вчера так и не успели пообщаться, — я открыл наконец настроившийся передатчик, и вставил покебол с фироу в выемку, — Принимайте. Я ведь и не знал, что мои действия спишут на вас. Думал, что все вопросы будут направлены ко мне.
— Угу… Я твой наставник, причем достаточно именитый, чтобы каждый понял, откуда ноги растут. К тебе, конечно, тоже скоро полезут, но не в таком количестве. Как у тебя дела-то? В целом? — Оук сноровисто вытащил покебол с фироу со своей стороны, после чего откатился на кресле к задней стене его кабинета, где достал из сейфа подставку с двумя покеболами, один из которых поместил обратно в машину.
— Я-то в норме. Да и Мисти, вроде, полегчало. Правда, меня к ней не пустили. Сказали, что больной нужны тишина и покой. Кстати, я встретил сегодня Майка.
 
— О! И как он? От него не было вестей с самого Церулин-сити, — улыбнулся Оук, активировав передачу покемона.
— Умудрился получить средней силы проклятье, когда охотился на призраков в некрополе.
— Он в порядке? — лицо профессора моментально стало серьезным.
— Судя по его рассказу, он проходил под проклятьем не меньше восьми часов. Ему крайне повезло, что атаковавший его покемон был довольно слаб. И неменьше повезло наткнуться на меня во время уже моей охоты. Навык хонтера уже почти завершил свое дело, практически подчинив разум парня.
— Уф-ф-ф… — из профессора словно вытащили стержень. Оук развалился на кресле, лицо его осунулось, в глазах появилась затаенная печаль, — Алекс, ну что с ними еще делать? Я уже показываю им на личном опыте, почему нельзя лезть в опасные зоны, не подготовившись заранее. Но все равно, каждый год хотя бы один, да рискует своей головой, попутно лишаясь ее.
— Профессор, честно, я не знаю. Единственное что приходит мне в голову — ставить сопровождающего к каждому новичку. Этот ваш Брок, к примеру, наверняка неоднократно вытаскивал голову Эша из петли, в которую парень регулярно лезет с упорством тороса.
— Да где же я возьму столько профессионалов? Брок — лидер стадиона с семилетним стажем работы!
— Необязательно использовать таких мастеров. В лиге что ли мало тренеров третьего ранга?
— Алекс… Ты слишком легко получил свой ранг, потому и не знаешь, насколько сложно он достается обычным людям. Скажем так, я не могу с уверенностью говорить, что ты сумеешь победить в лиге Индиго этого года. Ты, конечно, силен, но тот же призер прошлого года не уступает тебе. А может и превосходит. В любом случае, свободных тренеров третьего ранга действительно не так уж и много. И даже те свободны лишь условно. Пока их помощь не потребуется лиге. Тебя, например, не дергают, только потому что я лично просил об этом Чарли. И даже так, на твоем счету уже есть аж два закрытых задания.
— Два?
— Задание второго ранга, по обнаружению и удержанию источника каменной смолы, и задание четвертого ранга, по нахождению и обезвреживанию покемонов-людоедов. Разве тебе не поступали деньги на счет?
— Не уверен… Я не получал никаких уведомлений.
— Странно… Я постараюсь разузнать об этом. А пока, мне надо позвонить Майку.
— Он все еще должен быть в больнице.
— Все равно. Пусть смотрит на десяток пропущенных от меня и боится, — усмехнулся профессор, — Если у тебя все, то мне пора идти.
— Хорошо. До свидания.
— Пока.
Я решил повременить со знакомством с генгаром. Лучше забрать пичу и отправиться на один из полигонов, дабы выпустить всех своих покемонов и представить им новеньких. А также придумать им имена. Хм…
В холле меня уже ждала сестра Джой, на лице которой появилась доля беспокойства.
— Мистер Скар. У вашего покемона обнаружили инородный предмет в почке. Извлечение естественным путем невозможно. Нам требуется ваше письменное разрешение на хирургическое вмешательство.
— Конечно… — слегка удивленно, я принял бланк, начав мельком просматривать текст, и, не обнаружив ничего предосудительного, поставил свою подпись, — А что за предмет? Малыш спокойно ел фрукты с моих рук, не выказывая каких-либо признаков несварения или болей.
— Так это и не влияет на пищеварение… Подобное происходит достаточно редко, но, скорее всего, это небольшой громовой камень.
— Эм… Что?
— Громовой камень.
— А как он туда попал? — не понимал я.
Громовые камни — катализатор, необходимый некоторым электрическим покемонам, тем же пикачу, для дальнейшей эволюции. И добываются они на горе, примыкающей к плато Индиго. Из-за наличия рядом достаточно жарких и влажных лесов, а также единственной во всем Канто заснеженной вершины, в том месте как раз происходит столкновение различных по температуре, давлению и влажности масс воздуха, вызывающих довольно частые грозы, из-за которых и образуются руда с вкраплениями этих камней. Отсюда мне совершенно не понятно, каким образом громовой камень попал в почку самого обычного грызуна.