Морально испорченная (ЛП)

— Тогда ты понимаешь, что она не была слишком молода. К тому времени у нее уже были годы тренировок. Скажу честно, я не видел никого с лучшим прицелом, чем у Би, только когда она не обдолбаная. — То что он использует ее прозвище, раздражает меня, но я должен принять, что он знает о ней то, чего не знаю я. Я не могу отрицать, что у них есть особая связь.
— Как долго она употребляет? — спрашиваю о том, что уже несколько дней не выходит у меня из головы.
— Честно говоря… Я не знаю. Это не ее первый раз с кокаином. Бывали периоды, когда она не употребляла, но по-настоящему она никогда не пыталась бросить.
— Почему? Что могло побудить ее сделать… всё это? — спрашиваю я, почти в рассерженный.
— Она ненормальная, Гастингс. Она ненормальная и никогда такой не будет. Ты должен смириться с этим, если хочешь быть с ней. — Я хочу поправить его и сказать, что между нами уже все кончено, но позволяю ему продолжать. — Таким людям, как мы, трудно соответствовать нормам. Социальным нормам. Нам достаточно одного триггера, и пошло-поехало. У неё была няня. Наркотики… скажем так, они помогают нам быть менее апатичными. Когда все, что ты знаешь, это море небытия, ты готов на все, чтобы вызвать небольшую волну.
— Так вот как ты оправдываешь ее зависимость? — спрашиваю я и качаю головой от его логики. — По логике, ты тоже должен быть наркоманом.
Его взгляд снова устремлен на маятник.
— У всех нас разные наркотики. Мой просто не является запрещенным веществом. — Он не уточняет.
На мгновение я замираю, переваривая сказанное Владом. Но все равно не могу сдержаться. Я хочу понять. Черт…
— Как я могу даже думать о том, чтобы быть с человеком, который манипулировал мной и лгал мне? Она не способна на сочувствие, на любовь.
— Разве? — спрашивает он, приподняв бровь. — Не пойми меня неправильно. Я не уверен, что она способна. Но я знаю ее достаточно долго, чтобы видеть, насколько нестандартно ее поведение по отношению к тебе. Для того, кто хладнокровно убивает, инстинкт защиты совершенно противопоказан. И все же, все, что она когда-либо делала, это защищала тебя.
— А как же тогда ты? Если ты говоришь, что не чувствуешь ни того, ни другого, почему ты помогаешь ей?
Влад усмехается, засовывая в рот очередную жвачку.
— Я руководствуюсь очень простым правилом возмездия, или «око за око». Разница лишь в том, что я отплачиваю добром, тем, кто помогает мне. Бьянка… может, она и ненормальная, но она самый преданный человек, которого ты когда-либо мог найти. Не позволяй другим незначительным вещам отвлекать тебя от этого.
— Убийство это незначительно? — добавляю я с сарказмом.
— На общем фоне? Да. И если бы ты знал, кто были те, кого она отправила на тот свет, ты бы понял, что мир стал лучше без них. Одно я могу тебе обещать: она никогда, никогда не причинит вред невинному человеку.
Я обдумываю это и отвечаю.
— Думаю, мы расходимся во мнениях.
— Я разочарован, Гастингс. Я бы не принял тебя за человека с узким кругозором.
— Опять же, я бы не назвал неодобрение убийства узким мышлением.
— И все же твоё прошлое говорит об обратном. — Я замер. Что он знает?
— Что ты имеешь в виду?
— Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду. — Медленно его губы изгибаются в ухмылке. — Но, увы, я не могу принять решение за тебя. — Он встает, и я вижу, что меня отстраняют. — Но знай, что она делает детокс для тебя.
— Она должна делать это для себя, а не для меня. — Я тоже встаю, готовый уйти.
— Это зависит от тебя. — Влад пожимает плечами и напоследок говорит. — Подумал, что тебе не помешает взглянуть на ситуацию с другой стороны. Свою задачу я выполнил.
— Просто… позаботься о ней.
— Всегда. — Он одаривает мне еще одной очаровательной улыбку, прежде чем проводить меня.
Глава 28
Бьянка
— Наконец-то ты проснулась. — Я открываю глаза и вижу, что Влад смотрит на меня сверху вниз, его лицо лишено выражения.
— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает он, идя в ванную и принося мне мокрое полотенце. Я беру его и начинаю вытирать лицо, чувствуя, как пот покрывает кожу.
  
— Намного лучше. Как долго я была в отключке? — Он смотрит на часы.
— Почти тридцать два часа.
— Не может быть. — Я пристально смотрю на него, но он только пожимает плечами.
— Наверное из-за успокоительного. Кокаин, уже должен был выйти из твоего организма, так что это хорошо. Но… — Он останавливается, чтобы подумать. — Я не спущу с тебя глаз ещё пару дней.
Я медленно киваю. Начинаю вспоминать кусочки своей позорной вспышки, и мне становится стыдно.
— Прости меня за то, что было раньше. — Влад отмахивается, будто это пустяк.
— Я и не ожидал, что ты будешь образцовой пациенткой. Кстати, тебя навещал твой муж.
— Тео? — Мои глаза расширяются. — Ты серьезно? — Он отодвигает стул от стола рядом с моей кроватью и располагается напротив меня.
— Почему? Как?
— Я позвонил ему.
— И он приехал?
— Угу. Он очень переживал за тебя. Может быть, ещё не все потеряно…
— Не все потеряно… ты имеешь в виду…
— Я помогу тебе. Я помогу тебе вернуть твоего мужа. Но за это ты будешь мне должна.
— Всё, что угодно. — Охотно соглашаюсь я, и он кивает.
— Хорошо. Я потребую от тебя обещание, — я хмурюсь на его просьбу и качаю головой.
— Какое обещание? — спрашиваю я, пытаясь понять, почему он пошел на такое.
— Ты узнаешь, когда наступит момент, — он поворачивает голову к окну. — Ты даёшь слово?
— Конечно, — говорю я, возможно, слишком быстро. Кто знает, о чем Влад спросит меня. Но в данный момент я готова дать ему все, что угодно.
— Отлично! — Его лицо тут же меняется, чтобы вместить улыбку. — А теперь о более серьезной проблеме.
Я заставляю принять себя сидячее положение. Пусть мой разум уже не так затуманен, как раньше, но я не могу сказать, что нахожусь в отличной форме. Мне также очень нужен душ. Но если Влад говорит, что это серьезно… есть шанс, что это серьезно.
Он достает свой телефон и включает запись. Я внимательно слушаю и спрашиваю.
— Это…?
— Да. Это твой торговец оружием.
— Он не мой торговец оружием. — Сердито смотря поправляю его я.
— Это ты чуть не угодила в ловушку. У тебя нет права голоса.
— Я бы справилась сама.
— Не сомневаюсь, что ты бы также привлекла к себе нежелательное внимание. — Я не отвечаю, зная, что он прав.
— Хорошо, пусть будет по твоему.
— Как видишь, мне удалось выудить из него кое-какую информацию. Он искал именно Артемиду.
— Да, чтобы добраться до тебя и что как там было… Химера? Кто это?
— То, о чем я больше всего беспокоюсь. Химера был моим предыдущим напарником.
— Я не знала, что до меня у тебя был другой напарник.
— Это не общеизвестно. Химера просто исчез в один прекрасный день.
— Так зачем им нужен ты или Химера? Насколько я поняла из того признания, я была лишь средством достижения цели.
— Я задаюсь тем же вопросом. — Он перетасовано несколько папок и протягивает мне досье, полное фотографий.
— Что это? — спрашиваю я, а он просто кивает, чтобы я открыл его. Когда я открываю, я сразу же хмурюсь. Я переворачиваю страницу за страницей, и меня встречают резня за резней, одна хуже другой. Одно, в частности, почти не похоже на то, что я когда-либо видела. Торс, мелко изрезанный, аккуратно вырезанными отверстиями, лежит на стуле в темной комнате. Ребра, похоже, были удалены заранее. А отверстия? Они выглядят тщательно вырезанными вручную. Вместо рук в туловище просунуты человеческие ноги, что превращает его в чудовищную амальгаму. А вместо пальцев на ногах — пальцы рук. Это резня, но и произведение искусства.
— Это Химера. — Влад показывает на фотографии в моих руках. — Он был не просто наёмником. Он был бугименом. Его работа заключалась не только в убийстве, но и в передаче послания. Посмотри на следующую страницу.
Я смотрю, и замечаю зубы — человеческие зубы, расположенные в форме буквы «С».