У смерти твой голос

– Вы кто? – спросила она.
У меня тоже был к ней вопрос, и гораздо более важный. Вопрос, который я задавала сотни раз, но сегодня он имел особое значение.
– Когда и где вы родились?
Ишь, какие зацелованные губы. Меня аж перекосило от ревности, но я поборола мучительное желание вцепиться ей в волосы.
– Пятое февраля восемьдесят восьмого. Андон, девять тридцать утра, – пролепетала она, решив, видимо, что при общении с чокнутыми лучше им подыграть, чем спорить.
Я вытащила телефон и вбила эти данные в онлайн-калькулятор бацзы. Ну конечно. Четыре зеленые картинки. Год: дерево. Месяц: дерево. День: дерево. Час: дерево. Я развернула телефон к Чон Мину. Он ни малейшего удивления не выказал – естественно, он же знал, что там увидит.
– Вам лучше уйти, – сказала я девушке.
– Почему? Это вам лучше уйти! – оскорбилась девушка.
– Нет, вам, – громко сказала я, надеясь, что эта сцена быстро начнет действовать Чон Мину на нервы.
Так и получилось. Чон Мин поморщился, оглядев полное людей кофе, и убрал руку с плеча девушки.
– Иди, – мягко сказал он ей. – Прошу прощения, я тебя обманул. Забудь обо мне, я тебе не позвоню.
– Он не позвонит, – подтвердила я.
Девушка вскочила, схватила сумку, висевшую на спинке стула, и сердито ушла. Я обошла стол и села на ее место. А потом – не знаю, что на меня нашло, – взяла остаток ее кофе и выпила в качестве победного жеста, с вызовом глядя на Чон Мина. Ну и гадость! Я столько лет пила только капучино, что этот горький американо прямо-таки оскорбил мои вкусовые рецепторы.
– Что ж ты наделала, – процедил Чон Мин, откинувшись на спинку стула.
– А что? Могу не бояться микробов. Оказалось, любовь меня не убьет, мамино предсказание было фигней.
Это вообще-то была сенсационная новость, но Чон Мин даже ухом не повел. Вообще не удивился. Я нахмурилась.
– Ты знал? – медленно проговорила я.
День предательства, вот как он должен был называться в прогнозе бацзы! Мама мне врала, Гиль убил Ми Рэ, Чон Мин целовался с другой, а теперь, оказывается, еще и про маму знал. Откуда?
– Как ты здесь оказалась? – спросил Чон Мин. Как всегда, просто игнорирует вопрос, который ему не нравится. – Я велел тебе ждать.
– Чего? Звонка? – Я взяла со стола его телефон и помотала им у Чон Мина перед носом. – Слишком занят был?
Чон Мин с силой потер лицо, а я некстати подумала: «Как же ему идет этот зеленый свитер. Он его что, погладил?»
– Ты не представляешь, как трудно было ее найти! Она была нашим единственным выходом, а ты ее выгнала.
– А ее тебе не жалко? Я поняла, что ты хотел сделать: нашел другую девушку стихии дерева, чтобы отправить ее к этому психу вместо меня? План – супер! Сделать так, чтобы я выжила и умер кто-то другой.
– Я хотел тебя спасти, – тускло сказал Чон Мин.
Я невольно смягчилась:
– Знаю. Я поняла, правда. Но зачем ты с ней обжимался?! Она реально твоя подруга?
– Хватит задавать мне вопросы. Они меня бесят.
Ну хоть что-то не меняется. Грубит, как всегда. Когда все закончится, мы обязательно будем встречаться, а потом поженимся, – и я, кажется, привыкну к его грубостям так, что перестану обращать внимание. Эта мысль прибавила мне сил.
– Это Гиль, – сказала я. – Гиль убивает девушек.
И снова ни малейшего удивления. Да что такое!
– Ну ты и… Давай закажем чего-нибудь поесть и ты мне все расскажешь. – Чон Мин покачал головой, но я настаивала: – Да брось, можно уже не торопиться. Мы теперь знаем, кто это, ты рядом, ты меня защитишь. Уверена, именно я его жертва. Он приходил ко мне сегодня. Это он сказал, где тебя искать.
– Ну кто же еще…
Настроение у Чон Мина было депрессивное, а я чувствовала надежду невероятной силы.
– Гиль, видимо, думал, я увижу тебя с другой и сбегу от горя и ревности, тут-то он найдет меня и прикончит, но я спутала ему карты.
Я поискала на лице Чон Мина ответ, права я или нет, но он смотрел прямо перед собой расфокусированным взглядом человека, который уже на дне, так что глубже падать некуда.
– Не войдет же Гиль сюда на глазах у всего кафе, чтобы меня убить! Все закончилось.
 
– Все еще даже не началось, – глухо проговорил Чон Мин. – Юн Хи-а, ты ничего не понимаешь. Вообще ничего.
– Так объясни мне! Я хочу понять. Ты меня не прогонишь, не надейся. Что бы там ни было, будем вместе.
Я сжала его запястье. Чон Мин на секунду уронил голову, будто сдаваясь перед лицом испытаний, а потом встал. Подошел к стойке, буднично заплатил за кофе. Вернулся.
– Идем, – мрачно сказал он.
Мы сели в знакомую серую машину и куда-то поехали. Я не стала задавать вопросов, просто смотрела на город за окнами. Ближе к исторической части города на улицах все чаще попадались полицейские машины, а когда мы доехали до парковки около моста Лунного Света, оказалось, что парковка почти пуста, на мосту – ни одного человека.
Летними вечерами тут всегда толпа. Я непонимающе нахмурилась, и Чон Мин объяснил:
– После смерти Ми Рэ детектив поверил в теорию астрологических убийств. Ее данные проверили, они действительно укладывались в эту теорию. Ее оплакивает весь участок. Уже три дня вся полиция Андона на ушах, сегодня все, кто может, направлены патрулировать эту часть города. «Бар Синих Струн» сильно поврежден стихией и закрыт, но рядом с ним все равно расставили людей. Мост Лунного Света перекрыли, вход в Йемтео вчера вечером закрыли даже для работников. Везде написали, что из-за недавнего ливня необходимы технические работы. В Йемтео сейчас никого.
– Даже в гостинице? – не поверила я, вспомнив бизнес своей соседки. Ее заведение никогда не закрывалось.
– Ага. Постояльцев за счет городской администрации переселили в другой отель. В полиции все подавлены – никто не знает, кого убьют, как и где, одно ясно: кого-то убьют точно. Просто нигде об этом не пишут, чтобы не сеять панику. Смерть Ми Рэ в СМИ не упоминали, полиция ее скрыла. Сообщили только семье.
Я вышла из машины. Никогда еще не видела этот район таким тихим. Последние отблески заката догорали на воде Нактонгана, на мосту уже зажгли подсветку, и павильон, где мы когда-то сфотографировались с Чон Мином, выглядел как сияющая алая пагода.
– Ну мы-то знаем, кого должны убить, – с удивившим меня саму хладнокровием сказала я.
Чон Мин кивнул и посмотрел на часы. Я тоже глянула на свой мобильный. Восемь пятьдесят восемь. Мы стояли около машины и словно ждали чего-то. Я нашла руку Чон Мина и сжала. Всю жизнь я была помешана на предсказаниях, на том, чтобы знать, что будет завтра, но сейчас не могла догадаться, что будет через пять минут. Этот вечер был абсолютно – в самом буквальном значении слова – непредсказуемым, и сердце у меня колотилось, как у кролика.
Вокруг вдруг потемнело. На секунду мне показалось, что у меня что-то со зрением, а потом дошло – просто выключились фонари на парковке.
– Это полиция сделала? – пробормотала я, стиснув руку Чон Мина.
– Нет, – сказал он и погладил мою руку большим пальцем.
Свободной рукой я вытащила телефон из кармана пиджака: двадцать один ноль-ноль. Когда глаза привыкли, я поняла, что свет отключился не только на парковке. Выключилась подсветка моста. Погасли даже окна домов на другой стороне реки. Андон погрузился в сумерки.
И Чон Мин, конечно, не удивился.
  
Глава 11
 
Паразиты
 
Держась за руки, мы зашли в Йемтео. Сумерки сгущались с каждой минутой, в воздухе деловито проносились ночные насекомые, пахло цветами – пьянящая летняя ночь. Я никогда еще не видела Йемтео в темноте, тут всегда работает уличное освещение, чтобы туристы могли любоваться историческими домами в любое время суток.
Я почувствовала себя в эпохе Чосон, но не стала говорить этого вслух. Наверное, мы должны прокрасться в деревню тихо, и Чон Мин устроит ловушку для Гиля, иначе что мы тут делаем? Чон Мин шел спокойно, будто темнота ему нипочем, и мне с ним тоже было спокойно. Наверное, так люди чувствуют себя в присутствии любимых: тепло и безопасно, что бы вокруг ни творилось. И все это я чуть не потеряла из-за мамы!